Дневник на итальянском (СИ)

— Даже не знаю чему больше удивляться. Тому, что ты опять смотришь мультики про принцессок, или что танцуешь вальс с воображаемым партнером в виде подушки…. — вырвал из танца меня голос. Джеймс стоял, скрестив руки на груди и опершись на косяк. Довольная улыбка до ушей ослепляла его лицо.
— Дурак, ты, братец! — кинула я в него подушкой-партнером, но парень ловко увернулся.
— От тебя это звучит, как комплимент. — сводный ухмыльнулся.
— Не позорь меня так, ради бога! — наиграно взмолилась я, заметив, как он сдерживает смешок.
— Знаешь, — он внимательно обвел меня взглядом, всматриваясь в лицо. — Если бы ты не лазила по крышам, как обезьяна, не прованивала бы дом своими ароматизаторами для унитаза и не включала «мисс недоступно», я бы вполне мог бы считать тебя адекватной.
— Это что, признание? — настроение было слишком хорошим, чтобы я отказалась от колкостей с Джеймсом.
— Не надейся…
Молчаливый глазной контакт, который длился между нами неопределенное количество времени, заставил всех мертвых бабочек в животе подать признаки жизни. Его мягкие глаза с медовым отливом, пристальный взгляд темных зрачков и надвинутые густые брови, которые смягчали его выражение лица.
— Ладно, я чего пришёл… — вырвал Джеймс меня из мыслей, заставив покраснеть. Я опять пялилась на него! — Твоя ненаглядная Эвелейн собирается завалить мне аттестат. Ей до конца месяца полтетради конспектов сдать надо. С химией я не дружу, соответственно…
— К чему ты ведёшь?
— Плачу пятьсот баксов за один конспект. Их там около пятнадцати. Прикинь, сколько бабок просто так свалиться… — он ухмыльнулся, и мне снова захотелось его придушить. — Предложение ограничено, думай быстрее.
— Нет.
— Нет? — искренне удивился он. — Почему?
— Я тебе в няньки не нанималась. Подружек своих попроси об одолжении.
— Они с головой не дружат.
— Это ожидаемо.
— Ты уверена в своём ответе? — прищурился он.
— Ага, — довольно улыбаясь, скрестила я руки на груди.
— У меня есть твоё фото в лифчике, — теперь улыбался он.
— Что?!
— Что слышала. — пожал он плечами. — Парням ты понравилась. А эти идиоты сделают всё, что угодно за фотку красивой девушки в белье…
— Это шантаж! — завопила я.
— Это жизнь, детка! — ухмыльнулся братец, насмешливо окидывая меня взглядом.
Меня словно током пробило от злости.
— Я не буду сдавать за тебя долги. Но согласна позаниматься. Расскажу темы, которые ты пропустил, и мы в расчете!
— Малышка, ты не поняла, тут условия ставлю я.
— Или так, или иди к чёрту, братец! — упрямо сдвинула я брови на переносице. — Фигура у меня ничего, к тому же, если твоим парням понравится, чего мне стыдиться-то?
Надо было видеть его лицо со стороны! Как так, Джеймсу Тёрнеру, собственной персоны, впервые отказала девчонка. Да ещё и насмехаться над ним решила! А в этом был особый драйв…
— Завтра. — внимательно обводя меня взглядом, вынес он вердикт. — В семь.
— Сегодня. — коротко ответила я, выпихивая его за дверь. — В пять!
— Твоя взяла. — и с этими словами, слишком привлекательно подмигнув, так, что мои ноги вросли в землю, он облизнув губы, ухмыляясь своему спеху пикапа, вышел из комнаты.
А я, как дура, снова не перестала пялиться на него! Да что же этот парень делал со мной?
  
Глава 35
 
Runaways — Lifehouse
Джеймс
Она сидела так близко, что я чувствовал запах её волос. Этот чертов запах, который так впечатался мне в память. Припоминается мне, я называл его ароматизатором для унитаза, а сейчас, как дурак, пытаюсь подсесть ближе, чтобы отчётливее слышать запах её волос. Такое вообще бывает, что бы голова кругом шла от одного только запаха девчонки? И ведь эта девчонка не пользуется дорогущими сладкими духами или парфюмом унисек, она просто заставила все полки в ванной гелями, шампунями, духами и всем остальным с запахом японской сакуры. Что ей так приспичило? И когда изначально мне показался этот запах, как в борделе, сейчас, я не мог здраво мыслить, пока запах её волос находился рядом. Видимо, Эрика это заметила, потому что удивленно захлопала своими длиннющими ресницами.
 
— Что? — отрываясь от учебника, подняла она голову, чтобы видеть меня. Я только зачарованно покачал головой, но не перестал пялиться. — Если ты продолжишь сверлить во мне дырку, тебе некому будет помогать с химией.
— К черту эту химию, — заявил я и тут же пожалел. Что вообще проходило? Почему, когда этот комок несчастья рядом, я несу чепуху несусветную?
Эрика опять захлопала своими глазищами.
— Короче, Эрика, завязывай с этой химией, я все равно нифига не понимаю. Вон мстители начинаются, тащи чего-нибудь похавать и будем смотреть.
Видимо, её настолько ошарашило мое предложение, что я и сам от себя не ожидал. Девчонка продолжала блымать глазами, приоткрыв пухлые губы. Нет, на них мне точно нельзя было смотреть. Да что, блин происходило! У меня с Аськой, секс-бомбой школы, такого чувства не возникало. Да что там она, ни одна девица не производила такого эффекта, в любых аспектах, как сводная…
— Бэмби, че в ступор впала? Еду тащи, или не мешай смотреть мне.
Теперь она вздохнула, как будто собиралась что-то сказать, но быстро сомкнула губы. Так мило со стороны, что захотелось рассмеяться. Только я был занят тем, что рассматривал её искусанные губы.
— Ну чего? Говори уже, — подбодрил я ее. — То тебя не заткнешь, рот не закрывается, то сидишь, как будто дар речи потеряла.
— Джеймс, ты ничего не заметил? — тихо спросила она, находясь явно под впечатлением чего-то.
— Ты меня начинаешь раздражать, вот, что заметил. Ещё минута твоего ступора, и я выставлю тебя за дверь.
— Идиот! Можешь хоть минуту побыть серьёзным?
— Ну вот, это уже похоже на тебя. Так что я заметить должен был?
— Ты… Ты меня впервые по имени назвал. — блымая глазами, растерянно произнесла она. — По нормальному.
— Могу вернуться к Бэмби, истеричке, как я там тебя ещё называл…
— Комок несчастья, — тихо добавила она, помогая моим мне.
— Да, точно.
— Просто так странно звучит от тебя… — теперь, Эрика уставилась на свои ноги на ковре. Засмущалась что ли? А это уже было интересно…
— Да ладно тебе, я вон даже не заметил, когда ты совершила переход с идиота, верзилы, недоумка, придурка с одной извилиной и клеща безмозглого на Джеймса! — соврал я. Потому что отчетливо помнил тот момент, когда аж живот заурчал от того, как она смеясь, назвала мое имя. Такое блин, не забудешь. И откуда ж эта девчонка свалилась на мою голову…
Казалось, девчонка уже жалела о том, что начала эту тему. Её щеки так побагровели, что мне с трудом удавалось скрывать улыбку. И всё таки, я чертовски хотел улыбнуться рядом с ней. Ровно так же, как и вывести сводную из себя, чтобы увидеть весь спектр эмоций.
— Так что на счёт еды? — прервал я затяжное молчание.
Её оливковые глаза замигали, внимательно и смущённо, то рассматривая меня, то пряча глаза в пол. В конце концов, она резко поднялась на ноги, схватив учебники и, спешно их собрав, протараторила так быстро, что я с трудом разобрал её слова с первого раза.
— Хочешь жрать, позови Асю, пусть она тебе и готовит. А я в кухарки не нанималась.
И дверь с грохотом закрылась, оставив за собой шлейф нежных духов.
Я завалился на спину, неожиданно для самого себя начав смеяться. Этот порыв накрыл волной, заполнив все мысли Эрикой. Без остатка. Накрыв лицо руками, я закрыл глаза. Это было чертово наваждение. Её глаза, улыбка, смех…чертовы милые щёки, которые не были так нагримированы, как у остальных моих бывших девчонок.
— С этим надо заканчивать! — опомнился я, завалившись на кровать, и уткнувшись в мобильник в чат с пацанами.
Моё изобилие долго не продолжалось…
— Ты ничего не перепутала? — недовольно рявкнул я, когда она стояла в пороге, держась за дверную ручку. — Твоя комната напротив. А в мою, не смей суваться, как к себе. Стучи хоть ради приличия.