Школа боевой магии. Том 1 (СИ)
Если честно, я по этому поводу испытывал двойственные чувства. С одной стороны, мне было очень жаль родителей, что им пришлось так переживать из-за меня. А с другой — мне почему-то было приятно, что они из-за меня переживали. Просто после того, как родилась Сонька… Но, блин! Я же взрослый мужик! А Сонька маленькая, и она девочка. И я люблю её! Но вот некоторую радость от того, что мама с папой переживали из-за меня, я всё же испытал.
Парни стояли на крыльце и около дома. И я их понимал. Погода была хорошая, тёплая и заходить в дом совсем не хотелось. Кадетам тоже не хотелось. Но они держались около своей палатки и к нам не подходили. Но в нашу сторону посматривали. Да и пусть! Я сразу же повернулся к ним спиной.
Так вот, когда мы с Ариком подходили к крыльцу, нам на встречу вышел Илья. И, естественно, первый вопрос был:
— Зачем вас звал Григорий Ефимович?
Я растерялся. Конечно, можно было предположить такой вопрос и договориться, что отвечать на него, но я совсем об этом не подумал.
Зато подумал Арик. Он спокойно ответил:
— Показал нам изображения с камер наблюдения, чтобы мы не вздумали нарушать дисциплину.
И тут я вспомнил про камеры! Блин! Да! Они повёрнуты вовнутрь!
Мне захотелось срочно обсудить это с Ариком, и он как будто почувствовал это, предложил мне:
— Влад, как ты смотришь, если мы перед сном немного побегаем?
Я смотрел на это нормально. Сказал только, что сейчас отнесу Дёму, положу на свою кровать.
Арик кивнул и не обращая ни на кого внимания начал разминку.
— Можно я с вами? — спросил Илья, когда я вернулся и присоединился к разминке.
Я хотел уже было возмутиться, но Арик кивнул:
— Конечно.
Мы размялись и побежали по дорожкам. Я не совсем понимал, что Арик хочет, но я отметил его выражение лица. Именно так начинались наши художества в супермаркетах и другие фокусы.
Мы пробежали по дорожкам вокруг дома, потом заложили круг пошире: мимо веранды, где мы занимались с Борей, мимо турников, мимо бани…
Наконец, Арик сбежал с дорожки и остановился — чуть в стороне от веранды, сбоку от комнаты наказаний — хорошо просматриваемое со всех сторон место. И начал махать руками, потому что парни с крыльца поглядывали на нас. Забавно, что некоторые из них тоже побежали по дорожкам.
Короче, и я начал махать руками, а сам вопросительно посмотрел на Арика.
— Это слепая зона, — сказал он. — Тут с видеокамер нас не видно.
Я растеряно глянул сначала на Арика, потом на Илью — вот так свободно Арик выдал ему секрет! Ну вот как так?
А Илья понимающе кивнул и, продолжая махать руками, прокомментировал:
— А я думал, тут слепых зон нет.
И я удивился — так, получается, он знал, что камеры смотрят внутрь?
— Отсюда кажется, что всё просматривается, — охотно поделился Арик. — Но я на мониторах видел изображение. Камеры настроены так, что слепые пятна есть.
— То есть, это не единственное? — уточнил я.
— Нет, есть ещё, — ответил Арик. — Просто это самое доступное и не вызовет подозрений. Потому что мы на виду, — Арик начал делать наклоны.
Мы с Ильёй повторили за ним.
— И какие планы? — спросил Илья.
Я аж вскипел весь, не знал, как дать Арику понять, что Илье нельзя доверять, но Арик только кивнул мне и ответил:
— Я хочу разобраться, что тут на самом деле происходит.
Что происходит на самом деле, мне тоже хотелось понять. Но не очень. Главное, что я мог учиться боевой магии и с родителями всё было хорошо. Остальное меня мало волновало. Но раз Арик заинтересовался, значит, нужно выяснить. В конце концов, именно он всегда просчитывал наши операции в супермаркетах, именно он всегда знал, как встать, чтобы не попадать в камеры наблюдения или на заметку охранникам. Поэтому я согласился с ним.
Но легко согласиться, а вот с чего начать?
Я так и спросил:
— С чего начнём?
Глава 16
— Для начала я хочу понять, кто здесь хозяин, — ответил Арик.
— Ну это просто! — ответил Илья. — Это дом Григория Ефимовича и Агафьи Ефимовны. Это их личный дом.
— Да? — усмехнулся Арик. — Что-то не похоже, что они чувствуют себя тут хозяевами…
Я вспомнил, как вёл себя капитан Ерохин, и согласился с Ариком:
— Может, дом и их, но хозяева тут точно не они.
Илья растеряно захлопал глазами и даже перестал приседать.
Арик глянул на него и сказал:
— Понаблюдай, как держатся кадеты, а главное, их командир. Да и охранники тоже… И потом, камеры… Если он хозяин, то почему камеры повёрнуты внутрь?.. Он что, сам себе не доверяет? Сам себе тюрьму устроил?
Илья растеряно пожал плечами.
— Вот то-то же! — заключил Арик и добавил: — Ну что, побежали? А то подозрительно долго стоим.
И мы побежали.
Ещё кружок, и вернулись к крыльцу. И с удовольствием отметили, что наши парни практически все развлекли себя пробежкой. И даже трое кадетов лёгкой трусцой огибали дом.
Помахав ещё руками и восстановив дыхание, мы сели на крыльцо. К нам тут же присоединились Артём и Николай — они только что прибежали.
— Хорошо! — Николай вдохнул полной грудью и добавил: — Жалко места маловато.
— Да, — подключился Арик. — По лесу бегать было бы вообще здорово!
Я с удивлением посмотрел на Арика. Он никогда не отличался тягой к бегу. Он в большей степени интеллектуал. Точнее, интеллектуал очень далёкий от спорта. А тут вдруг…
Но перехватив его взгляд, я всё понял и поддержал друга:
— Лес вокруг… Сосновый воздух… Вот бы побегать там…
Николай мечтательно замычал и покивал, соглашаясь. И тогда Артём, подставляя заходящему солнцу лицо, ответил:
— Спрошу завтра. Может, и устроим кросс по пересечённой местности.
Я наклонил голову, чтобы скрыть торжество. Конечно, ещё ничего не решено и нам пока не разрешили выйти за пределы базы, но чем чёрт не шутит?
В тот момент я совсем не думал о том, что Арик кросс по пересечённой местности пробежать не сможет. Да и я тоже вряд ли осилю. Но тут дело в принципе — выйти из-под камер наблюдения.
Не знаю, чем нам это может помочь, но хотелось проверить, насколько жёстко контролируется тут всё и насколько Григорий Ефимович руководит процессом.
Подошли остальные парни — довольные и счастливые. И немного уставшие. Кто-то ещё высказался про лес, и я едва не закричал от торжества — мысль носилась в воздухе.
Уже заходя в дом, я невольно кинул взгляд в сторону столовой. Там горел свет.
Моё воображение сразу же нарисовало Марину с подругой, которые под руководством Агафьи Ефимовны моют посуду и готовят продукты к завтрашнему утру, чтобы к нашему подъёму завтрак был готов.
Я не удержался и, спустившись с крыльца, сделал несколько шагов в сторону кухни. В этот момент свет там погас.
Это произошло так неожиданно, что я растерялся и запнулся. Сразу стало как-то темно.
Вздохнув, я вернулся в комнату.
Парни уже укладывались. Я погладил спящего Дёму, он от моего прикосновения потянулся, забавно выпуская острые коготки, и зевнул, показывая не менее острые зубки. А потом перевернулся на другой бок и, замурчав, снова закрыл глаза.
Я взял полотенце и пошёл в душ, потому что после пробежки хотелось ополоснуться.
Я уже взялся за ручку душевой и тут услышал, как там, за дверью, кто-то воскликнул:
— Ты не понимаешь, оберег с его кровью!
— И что это нам даст? — ответил негромко Николай
— Пока не знаю, но вдруг он и есть тот самый, единственный?
— Ты дебил! До сих пор веришь в сказки. Не бывает единственных. Чтобы чего-то достичь, нужна команда. Даже если ты на вершине видишь одного, будь уверен, он стоит на чьих-то плечах. — в голосе Николая слышалась издёвка.
— Но цепи на нём не застёгиваются!
— И что? — Николай засмеялся. — Выпусти его одного против этих и что будет? Он же вообще ни на что не способный!..
Послышались шаги, и я успел отскочить к входной двери и сделать вид, что только что зашёл и развязываю шнурки кроссовок. Только полотенце предательски упало с плеча.