Школа боевой магии. Том 1 (СИ)
И тут, как обычно, подал голос Николай:
— Что, девочки, уединиться хотите?
Я было, дёрнулся, но посмотрел на несчастного Арика. Блин! Такое ощущение, как будто Николай никого, кроме меня не видит, в мыслях одно — как бы меня задеть! И не просто задеть, а побольнее. И в другой раз я может и навалял бы ему, чтоб думал, что говорить, но Арик… Ему реально сейчас плохо.
И я не нашёл ничего лучше, кроме как демонстративно положить руку на плечо Арику и громко сказать:
— Не переживай, дружище, нашим родителям сообщат, что с нами всё в порядке, я договорился с Григорием Ефимовичем.
И тут в комнате повисла тишина.
Арик поднял на меня полный надежды взгляд и спросил:
— Правда?
Я ответил:
— Да, Григорий Ефимович обещал. Он при мне позвонил своему начальнику и договорился.
Я победно оглядел парней, ловя впечатление, которое произвели на них мои слова.
Впечатление мои слова определённо произвели. Но не совсем то, на какое я рассчитывал. Парни смотрели на меня, как на идиота, Артём огорчённо покачал головой.
Я спросил у него:
— Что?
Артём вздохнул и спросил:
— Григорий Ефимович звонил Сан Санычу?
— Сан Санычу. И что? — с вызовом спросил я.
— Да нет, ничего. Что сделано, то сделано, — ответил Артём и скомандовал: — Всё, всем спать!
У меня, конечно же, появились вопросы, но Артём демонстративно повернулся ко мне спиной и начал расправлять свою кровать.
Остальные парни — тоже. Все, включая Николая!
Это было неприятно. Я вдруг почувствовал, что подвёл парней, но я совершенно не понимал, в чём дело.
Через несколько минут все уже лежали в постелях. Даже Арик. И только я торчал, как столб и не знал, что делать.
— Туши свет! — в гнетущей тишине приказал Артём.
— Да объясни ты, что не так? — возмутился я.
Артём сел и спросил:
— Ты действительно не понимаешь?
— Вообще-то я здесь два дня всего и знаю только то, что ты мне рассказал, когда показывал тут всё.
Артём вздохнул и согласно кивнул, а потом объяснил:
— Сан Саныч начальник службы государственной безопасности в нашем правительстве. Он курирует нашу школу. Он хочет подмять нас под себя. Григорий Ефимович пытается, чтобы у нас была хоть какая-то независимость и свобода, но всякий раз, когда он обращается за помощью к СГБ-ешникам, то уступает часть этой свободы. Чем аукнется его сегодняшний звонок, я даже представить не могу. А теперь всё, спать!
Ну вот как, а? Ничего мне сразу не сказал, и теперь я виноват!
Я потушил свет и лег. Дёма тут же пришёл ко мне под одеяло и успокаивающе затарахтел.
В конце концов, думал я, наглаживая котёнка, главное, мама с папой будут знать, что со мной всё в порядке. А с остальным разберёмся.
И я начал представлять, как приедут мама с папой и с Сонькой. Будет идти дождь, они промокнут, а я такой раз — и сплету им всем энергетические коконы, и они согреются и высохнут. И мама с папой будут гордиться мной. А Соньке я подарю свой лапоть, скажу, что это карета для её кукол, ни у кого такой нет, а у неё теперь есть, я сам сделал — специально для неё! Сонька будет прыгать от радости и сразу же начнёт катать в лапте свою куклу, с которой не расстаётся никогда, а мама с папой будут мной гордиться ещё больше.
От таких приятных мыслей глаза сами закрылись, и я уснул.
Утром я узнал, какая команда будет третьей. Когда мы высыпали из столовой после завтрака, ворота открылись, и въехал микроавтобус. Но не тот, а другой — новенький с затемнёнными стёклами. Следом въехал крытый тентом военный грузовик.
Откатилась автоматическая дверь микроавтобуса и из салона выскочили и сразу построились девять парней в камуфляже, и только потом не спеша вышел их командир. Он скомандовал: «смирно!», прошёлся вдоль строя, сделал одному замечание про внешний вид, тот сразу же заправил выбившуюся футболку. И только тогда я осознал, что у нас форма такая же. Только на нас она сидела, как обычная одежда, а на парнях — как военная форма. Даже не знаю, почему так.
Командир скомандовал: «вольно», и парни слегка расставили ноги и убрали руки за спину, как в боевиках. Все такие коротко стриженные, накачанные, как на подбор. А командир достал планшетку и начал что-то там смотреть.
Из дома появился Григорий Ефимович, подошёл к командиру и пожал тому руку. Командир неодобрительно смерил взглядом Григория Ефимовича, гражданский вид которого сильно контрастировал с военной выправкой самого командира, хотя, у меня не возникло сомнений, кто победит, сойдись они в рукопашной, и представился:
— Капитан Ерохин с группой бойцов в ваше распоряжение прибыл!
— А по имени отчеству как? — спросил Григорий Ефимович, не обращая внимание на неодобрительный взгляд капитана Ерохина.
— Анатолий Павлович. Где располагаться группе?
Григорий Ефимович вздохнул и ответил:
— Я не ждал вас так быстро, Анатолий Павлович. Поэтому помещение ещё не готово.
На что капитан Ерохин усмехнулся, и глядя поверх головы Григория Ефимовича, сообщил:
— Помещение не нужно. У нас палатка. Покажите место, где можно установить.
Григорий Ефимович задумчиво огляделся и показал на газон, рядом с уличным туалетом, чуть в стороне от нашего крыльца.
Капитан Ерохин повернулся к парням:
— Воронко! Командуйте!
Первый в ряду ответил:
— Есть!
Вышел из строя, что-то негромко сказал остальным парням. Они тут же побежали исполнять: открыли тент грузовика, начали доставать сумки и баулы, раскладушки…
Досмотреть мы не смогли, потому что подошёл Игорь Петрович и сказал нам, что давно пора идти на занятие.
Нам ничего не оставалось, как отправиться в учебную комнату.
— Заметили? Их девять! — прокомментировал кто-то у меня за спиной.
— Поди это третья группа и есть? — ответили ему.
— Это нам что, с военными теперь соревноваться?
— Да и пофиг! Подумаешь!
— Ага, у них подготовка знаешь какая!
— Заниматься лучше надо, тогда и на военных пофиг будет!
Обсуждение прибывших не закончилось даже когда мы расселись по своим местам.
Судя по приготовленным инструментам и заготовкам, сегодня планировалось продолжить резать по дереву, но, когда мы вошли в учебную комнату, Игорь Петрович убирал инструменты.
— Я решил изменить тему урока. — подтвердил он мои догадки. — А то вы сегодня слишком рассеянные, порежетесь у меня тут все… Давайте, лучше поговорим о кузнечном деле. Тем более, что мы с Григорием Ефимовичем всё равно планировали сделать небольшую кузню. Григорий Ефимович не очень хотел учить вас кузнечному делу, но если говорить о ремёслах с точки зрения боевой магии, то без кузницы никак.
Признаться, я в этот момент очень удивился. По моему мнению с кузницы нужно было начинать! Выковать свой меч — что может быть круче? Хотя, в наше время мечами никто не пользуется, и вообще, это холодное оружие, с ним просто так по улице не пройдёшь, но всё-таки.
Если бы в тот день, когда я тут появился, первым занятием было кузнечное дело, то, думаю, всё сложилось бы иначе…
Хотя, о чём я говорю⁈ Я в любом случае остался бы тут! Так что, какая разница?
Вру, конечно, разница есть — лапти и кузница, разве можно сравнить? Чего бы там преподаватели ни говорили, что, мол, боевое дело может плясать от чего угодно — от песни, от танца, от резьбы, от лаптей, но тем не менее кузница, это кузница!
В общем, парни расселись, но все были совершенно офигевшие и задумчивые.
Игорь Петрович начал рассказывать:
— Слова: ковать, коваль, кузнец, кузня и, как ни странно, коварный или кознь… строить козни… — это слова однокоренные, и произошли от праславянского ковати, которое с разными суффиксами имело разные значения: бить, рубить, резать, ковать. Кстати, суффикс -знь указывает на состояние, как в слове жизнь. Профессия кузнеца напрямую связана с магией, в том числе с боевой. Начиная с того, что древние кузнецы ковали оружие — мечи, наконечники для копий и стрел, топоры и так далее и доспехи — шлемы, наборные доспехи или кольчуги, латы… Заканчивая тем… Да вы меня не слушаете…