Тени не исчезают в полдень (СИ)

«Тени, я говорила тебе, они ещё преследуют меня. Я видела тебя под окном сегодня. Знаю, что это неправда. Но, пожалуйста, не приходи пока. Я со всем разберусь».
Алек в десятый раз перечитывал сообщение, словно можно было из двух строчек текста выудить ещё какую-нибудь скрытую информацию. Вернулся Макс. Сразу за ним — Камилла. Андрей немного задержался, и это было на него совершенно непохоже. Выглядел он непривычно взволнованным, но молчал. И почему люди постоянно за равнодушием скрывают прямо противоположное?
Последним вернулся Олег, и на него сразу обратились все взгляды. Результаты экспертизы многое могли прояснить, как отметил Руслан. Но не для Алека. Он знал результаты заранее.
— След ботинка на подоконнике принадлежит Григорий Багову, — без лишних предисловий объявил Олег. И никто не удивился.
Взгляд Макса так и говорил: «А я был прав». Руслан черкнул что-то в блокноте, наверное, готовился уже к аресту. В том, что ни его, ни Макса Шустов не послушает, Алек был уверен.
Вскрытие ничего необычного не выявило. Орудие убийства — острое ровное лезвие. Таких множество, не найти. Макс набегался, пытаясь отыскать концы ниточек, связывающих многоликую Милану с обществом. И связи находились в самых разных местах. У Миланы было немало недоброжелателей, но чтоб дошло до убийства, навряд ли. На своей мистической теории Макс больше не настаивал, понял, что убеждать бесполезно.
Алек выбрал меньшее из двух зол и показал найденное сообщение. Гришу оно не оправдало, но посеяло зерно сомнения даже в рассуждения Руслана. Андрей и вовсе отказался комментировать. Но до самого интересного дело ещё не дошло.
Камилла вышла к доске, покручивая в пальцах маленькую чёрную флешку.
— Видео с камер, — пояснила она и подключила флешку к ноутбуку. По одному загадочному взгляду Камиллы Алек понял, что там не простое видео с камер.
На первый взгляд на записи не было ничего особенного. Но стоило присмотреться и сравнить время, как Алек вскочил, одновременно с Максом. Случайно пересеклись их взгляды, и одна и та же мысль мелькнула в головах обоих. Они почувствовали, что думают об одном и том же.
Камера ясно освещала вход в подъезд. На ней видно было, как Милана вернулась в восемь вечера и больше не выходила. После Миланы в дом вошли ещё несколько человек, Камилла пояснила, что это жильцы дома. Самое интересное началось в полночь. Человек в кофте с капюшоном беспрепятственно попал в подъезд и вышел через пару минут. И только другая камера, у перекрёстка, засекла движение у окна Миланы. Движение настолько смутное, словно по стене скользнула тень. Но оно точно совпадало по времени с предполагаемым моментом убийства. И было это ровно через пять минут после того, как вышел из подъезда странный человек. А пошёл он, между прочим, вправо, именно с той стороны дома и было нужное окно.
— Багов. — Макс не спрашивал. Он знал ответ.
— Он самый. — Камилла вывела на экран файл с подтверждением. Лицо человека под капюшоном на секунду попало в кадр. Это без сомнений был Гриша.
Алек окончательно запутался. Одно дело — след обуви на подоконнике и смутные подозрения по поводу ночных визитов. Это можно подстроить. Но как подстроить то, что собственными глазами он сейчас видел? А если Гриша на самом деле был в доме, почему не сказал? Почему именно в это время? Зачем входил в подъезд и сразу вышел? Передумал? Или лгал, всё это время лгал?
Последний вариант вызывал необъяснимое отторжение. Алек готов был броситься на защиту Багова, когда слово взял Руслан и начал открыто стрелять обвинениями.
— Думаю, дело было так, — сказал Шустов самоуверенно, — Багов входит в подъезд, подходит к двери и понимает, что это глупая затея. Могут проснуться родители Миланы и всё испортить. Тогда он возвращается и выбирает новый выход — окно.
— Глупо, — отрезал Макс. Положение и звание Руслана его уже не смущали. И Макс вступил в открытый спор. — Зачем входить в подъезд? Он не в первый раз перелезал через окно. Он знал об этом пути. К чему риски?
— Багова не было этой ночью у дома Миланы, — не давая Руслану вставить слово, перебил Алек. — Вы видели сообщение. Вы слышали, что он сам говорил. Я в тот вечер встретил его в баре. И он был не в лучшей форме. Это почти алиби.
 
Алек понимал, что защита хромает. А на стороне Руслана оставалась логика. Только или влияло обещание, данное Грише, или Алек окончательно сошёл с ума, но обвинений в сторону Багова он просто не допускал.
— Я говорил! — вскипел Макс. — Это не человек. Да как вы можете не видеть? Это невозможно.
— Невозможно, говоришь? — скептически переспросил Руслан. — А значит тени твои возможны?
Запал Макса куда-то исчез. Мрачный, он опустился на стул и скрестил руки на груди. Алек тоже отказался от защиты. Всё равно он ничего не мог сделать. Пока.
Но об обещании Алек не забыл. Подкараулив момент, он улизнул из отдела и поспешно позвонил Грише, предупредил и намекнул, что стоит на пару дней исчезнуть, пока обвинения не спадут. Полицейский предлагал подозреваемому бежать от правосудия! Сюжет для детективного романа. Алек давно уже принял тот факт, что больше ничего нельзя мерить обычными мерками.
На протяжении долгого обсуждения Арсений тихо сидел в углу и во все глаза смотрел на доску. Когда это перестало казаться интересным, он начал разглядывать одного за другим временных коллег. Сеня не замечал, что и сам является объектом наблюдения сразу с двух сторон. Всё чаще на него кидал холодный взгляд Руслан. И Алек пытался угадать, на чью сторону в негласном противостоянии встанет новый участник. Хотелось сказать: «игры». Но ведь вовсе это не игра…
Арсений ничего не сказал, когда его напрямую спросил Андрей, отмахнулся, сбился на полуслове и, испугавшись, замолчал. Пятиминутка подведения итогов превратилась в час рассуждений и перепалок и закончилась триумфом Руслана.
Времени терять не стали. Руслан лично выследил местонахождение телефона Багова. И только Алек знал, когда высветился маячок на экране, что Гриша попросту оставил вещи в квартире.
Ордеры на арест и на обыск были получены. Руслан, Андрей, Камилла и Олег поехали брать Багова. Макс наотрез отказался, его никто и не стал убеждать. Не до того было. Алек думал, что придётся ехать. Но тут, к общему удивлению, вступил в разговор молчаливый Арсений и попросил, чтобы он остался. И Алек остался. Только вместо Сени первым к нему подскочил Макс.
— Ты тоже так думаешь? — выпалил он, схватив Алека за плечи.
— Если ты о невиновности Гриши, то да. — Алек старался не выдавать смятения. Ещё одна капля, и его тирада обгонит речь Макса. Хорошо, что пока она оставалась мысленной.
— Да ни при чем тут Багов, — отмахнулся Макс. — Я о тенях. Это не человек, Алек!
И почему со стороны всякое безумие звучит ещё более безумно, чем в собственной голове? Макс говорил то, о чём Алек непрерывно думал последнее время. Но вслух подтвердить его слова значило признать существование сверхъестественного. А этого порога Алек пока не мог переступить.
— Ты помог Багову. — Макс пошёл ва банк. Алек принял вызов. Он взглядом указал на телефон и на дверь. Макс быстро кивнул. Теперь он был за дверью с телефоном Алека. Пусть сам посмотрит и во всём убедится.
В Максе Алек был уверен. Да этому парню он доверил бы жизнь, что там маленькие тайны! Макс улыбнулся ему перед тем, как отвернуться и захлопнуть за собой дверь. Алеку другого подтверждения было и не нужно. Если что взбредёт в голову, любое безумие, Макс пойдёт за ним, не задумываясь. Алек в этом не сомневался.
Он ещё смотрел на закрытую дверь, когда кто-то дёрнул рукав рубашки. Алек обернулся. За его спиной стоял Арсений, про которого он успел забыть, и смотрел так доверчиво и открыто, что Алек невольно сравнил мальчишку с Максом. Между ними и правда было что-то общее.
— Я вам хотел сказать. Вы поймёте, — выпрямившись, начал Арсений. Алек поймал себя на мысли, что с ним первым по-настоящему заговорил Журавлёв. Неужели, из-за того взломанного аккаунта? — Я чувствую что-то странное…