Три подруги и пустынная кошка (СИ)

— Ты слишком долго жила среди людей, — разочарованно проговорил отец, прошел и рухнул на трон, вольготно развалившись. — Зачем ты здесь?
— Я не могу вернуться домой? — вскинула я бровь с вызовом.
— Можешь, — кивнул отец, жестом показывая прислужнице подойти.
Едва только девушка приблизилась, как отец с треском расходящейся по швам ткани сорвал с неё простое длинное платье. Прислужница даже не пикнула, лишь зажмурила глаза, сжимаясь всем телом и замирая. Не считая подноса, которым она даже не попыталась прикрыться, девушка теперь стояла перед нами абсолютно голая.
— Так и ходи, — приказал отец, а после указал кивком головы: — Иди.
— И зачем это нужно было? — спросил я, когда девушка, мелко семеня ногами, торопливо исчезла за высокой дверью, стараясь быть как можно меньше ростом и не заметнее.
— Чтобы ты не тешила себя надеждами, будто здесь что-то изменилось, — прищурившись, ответил король. — Ты сбежала, потому что тебе, якобы, было здесь плохо. Так вот, не думай, что твое возвращение заставит меня что-то изменить в собственном королевстве. Я — здесь закон! И ты либо принимаешь свой дом и свою семью такими, как есть, либо возвращаешься в мир, на который ты нас променяла.
— Хорошо, вернусь, — легко согласилась я, делая большой глоток вина. Оно было горьковатым, терпким, выдержанным. Еще чуть больше танинов — и его невозможно было бы пить. А так, весьма даже терпимо. — Но только после того, как ты сделаешь то, ради чего я вернулась.
— И что же это? — безразлично откликнулся отец, откидывая за спину прядь волос.
В зал вошел Лорс и застыл у дверей, будто опасаясь что я начну вытворять всякие безумства.
Я решила не обманывать возложенных на меня ожиданий и начала.
— Подними усыпальницу матери, — не просила, я требовала.
— Что? — выпрямился отец, перестав разглядывать вино в своем кубке.
— Что слышал, — грубо откликнулась я и сделала еще глоток. — Я знаю. Я все знаю — про усыпальницу, про месть жрицы, про планы Макса. И то, что ты все это время был в курсе событий. Что он тебе пообещал за помощь? Пожизненный свободный вход в свой клуб секс-игрищ?
Отец вздрогнул, будто хлыстом ударили, и резко сел, перестав изображать привольную утомленность королевской жизнью.
— Откуда ты знаешь?
— Я видела тебя там, — честность всегда была лучшим оружием.
— Ты…? — отец изумленно привстал. — Ты была в «Шанхае»?
— Ага, заглянула на огонек, — злобной гиеной улыбнулась я. — Вернее, Макс силой затащил, предварительно помариновав в подвале и отработав на мне навыки в швырянии ножей.
Я отогнула край платья и продемонстрировала затянувшуюся красной кожей рану, которая будет таковой еще долго. Серебро ведь.
— Ты был в курсе этого?
— Что? Нет…, - быстро замахал руками король. — Нет, я не знал об этом! Я бы ему не позволил!
— Ага, сейчас бы не позволил, а через год отдашь меня ему в полное распоряжение. И потом, через год он сможет делать со мной все, что захочет. Потому что королю никто не указ! — последнее я выкрикнула отцу в лицо, ненавидя за все.
За то, что он такой и за то, что сделал меня такой же, как он сам.
Потому что…
Потому что я действительно была дочерью своего отца.
Я осознанно делала зло и шла дальше, не оборачиваясь.
Глубоко вздохнув, попыталась взять себя в руки.
— Мне уже плевать, что будет со мной. Хочешь, чтобы я вышла замуж за Макса? Хорошо, пусть будет так. Но взамен я хочу, чтобы ты поднял склеп мамы, потому что кроме тебя никто не знает, где он. Я, возможно, могла бы справиться и сама, но есть шанс, что во время поисков смою какой-нибудь континент.
Отец стиснул губы в одну тонкую линию.
— Нет, — выдал он. — Этого не будет. Твоя мать ушла и этого уже не исправить.
— Я знаю, — спорить не стала. — Но есть то, что еще исправить можно.
— О чем ты? — напряжение в его голосе было таким плотным, что я на себе ощутила тяжесть его мыслей.
— Затеянная Максом игра обернулась большими проблемами. В обмен на подселение к нему тени Змея, Нуатль потребовала себе меня.
 
— Знаю, — отрывисто произнес король, вставая с трона. — Но он сказал, что проблема решена. Вместо тебя тень подселят к музе.
— Ага, — со злой насмешкой проговорила я. — Вот только все пошло не по плану. Муза эту дрянь тоже не устроила, и Максик предложил жрице тело моей матери.
Взгляд короля потемнел, а вместе с ним, я это знала, потемнело и небо над морем, заволновалась вода, и ветер начал рваться шквалистыми порывами.
Надвигался шторм.
— Неожиданно, да? — я улыбнулась, в то время, как сердце сковывал лед. — Но все пошло не по плану, Нуатль вырвалась на свободу раньше, чем Макс успел решить проблему. И теперь эта мерзкая тварь сидит в моей подруге. В Нисе, дочери Изельта, предводителя клана банши. Знаешь, сколько времени потребуется Нуатль, чтобы найти меня и переползти из одного тела в другое?
— Захват не то же самое, что подселение, — отрезал отец, бегая глазами вокруг, но не глядя на меня. — При захвате тень тратит много сил на подчинение чужого сознания, а при подселении создается связь, которую невозможно разорвать в одностороннем порядке. Только магически.
— Когда она уже будет во мне, то проведение ритуала станет лишь вопросом времени, и будет неважно, хочу я этого или нет, — я очень сильно старалась, чтобы не срываться на крик все время, а потому по большей части шипела боевым гусем, разве что крыльями не хлопала. — А я этого не хочу! Поэтому подними усыпальницу матери и пусть эта тварь забирает её тело, если оно ей так нужно.
— Думаешь, это хороший вариант? — отец казался растерянным. Ситуация поставила его в тупик.
— А отдать ей меня — хороший вариант? — в ответ едко поинтересовалась я. — Я устала разгребать все это семейное дерьмо! Пусть те, кто заварил кашу, сами же и потушат огонь под кастрюлей! Это проблема Табити, значит, ей и разбираться со жрицей!
— Табити уже ни с кем не сможет разобраться, — проговорил отец и на молодом лице, которое останется таковым еще очень долго, появились следы измождения. Стало очевидно, что ему уже много лет. — Она лишилась всех своих сил. Никто не знает, где она и жива ли вообще.
— И что ты предлагаешь?
— Ты можешь вернуться сюда и занять положенное тебе место рядом со мной, — отец указал на второй трон, размером чуть поменьше, который стоял рядом с первым. Стоял пустым, потому что никто из моих сестер не имел права его занять. — Здесь тебя никто не достанет.
— Да, — согласилась я и добавила дрогнувшим голосом: — И тогда моя подруга погибнет!
— Подруга тебе ценнее матери? — на лице короля отобразилось сомнение.
— Ниса со мной половину моей жизни, — я позволила слезам заполнить мои глаза. — А мать я не знаю. Для меня это некая абстрактная женщина, про которую я знаю только одно — она когда-то была. И да, из них двоих Ниса мне дороже!
Отец заложил руки за спину, покачался на пятках, уставившись в пол на собственное отражение, не менее властное и величественное, чем оригинал, и спустя некоторое время заявил:
— Хорошо, я подниму усыпальницу.
Я, уже не сдерживаясь, выдохнула с откровенным облегчением.
Отец кивнул, будто бы принимая это искреннее проявление эмоций за благодарность, и приказал Лорсу, все еще подпирающему дверь:
— Готовь дьяволов.
Когда мы с отцом по мосту вышли к ступеням, там, по ту сторону прозрачного пузыря, нас уже ожидало три оседланных ската, которые висели в воде, плавно и неторопливо двигая головными плавниками, словно взмахивая крыльями.
— Куда мы? — спросила я, рассматривая крайнего правого и самого мелкого манта, который, исходя из размеров, предназначался мне.
— Скоро все узнаешь, — не стал заранее анонсировать отец. И я понимала почему.
Обернувшись и подняв голову, увидела на одном из балконов дворца, в той его части, которая традиционно принадлежала королеве, свои младших сестер.
Фелис, Элора и Тэйла.