Принцесса обмену не подлежит (СИ)

 Свет мой зеркальце... может лучше не надо? 
-... Их брак - дело давно решенное. Надо было всего-то подождать несколько лет, скажем так, лет семнадцать, чтобы Ирмэль вылезла из колыбели, освоила вышивание и прочие женским обязанностям и отправилась на лодке к своему суженому в Дни Красных Листьев. Так нет же! Сначала ей вздумалось болеть, в прошлом году - тонуть, а что сейчас? Где она нашла ядовитые ягоды, а?
Первое, что я осознаю после полной темноты - рядом со мной кто-то кого-то отчитывает.
Раздраженный голос принадлежит мужчине, а оправдательный лепет - женщине.
- Ей почти двадцать! Ей через несколько лет уже чепец больше подойдет, чем венец, а в голове - все еще куклы и истерики! Это все воспитание недалеких нянек и твой недогляд!
И снова невнятные оправдания.
- Хватит! Князь Констанс ждать еще год не будет! Какая есть - такая и пойдет… поплывет. Виделись они не часто, пару раз в год, может и не сообразит сразу, как переменилась. Скажем, что так и было. Повторяю, их брак - дело решенное! А дочке твоей другого жениха подберем. У той в запасе время есть.
Слышны тяжелые шаги, будто говорящий уходит куда-то, а я все еще не могу поднять тяжелые веки. В голове - вата, в ногах и руках тоже. Меня будто тяжелым чем-то придавило и размазало… Хочется одновременно ныть, свернуться клубочком и снова в темноту провалиться, где нет всех этих глупостей…
Только это состояние сразу проходит, когда на ухо раздается змеиное шипение:
- Вот дрянь! Только и можешь все портить! Что тебе стоило… - женщина не договаривает и тоже вроде уходит.
А я, уже с минуту как настороженная, заставляю себя открыть глаза.
И то, что вижу, мне совсем не нравится.
Брутальные каменные бруски, из которых сложены стены, это вообще не про московские квартиры или клиники.
Как и окна со ставнями.
В общем-то и высокая кровать с балдахином, а вокруг - раскрытые и выпотрошенные сундуки, из которых торчат разноцветные тряпки, больше похожи на декорации к спектаклю или фотосъемке, чем на мою привычную жизнь.
Как открываю глаза - так и закрываю. В надежде, что при повторной попытке мне предоставят другую реальность.
Не работает.
Конечности тоже не слишком-то работают.
Но я-то знаю, как разогнать кровь…
Десять минут - и уже встаю. Медленно, потому что слабость сильная, прохожусь по комнате, ощупываю стены, сундуки, свою белую, до пят, рубаху, ледяные - и тоже каменные - полы. И, набравшись смелости, выглядываю в открытое окно.
Чтобы тут же отпрянуть, задохнувшись.
Мне даже не надо снова выглядывать. Картинка и так запечатлелась.
Там огромный двор. И галереи с резными арками. И края таких же брутальных стен. А еще люди в разноцветных нарядах, лошади, запахи, красно-оранжевый лес вдалеке - явно осенний, а не зимний, положенный по сезону - пронзительно-голубое небо и такое четкое ощущение реальности, что я как-то разом понимаю…
Я - может быть и я. Ирма Строганова, двадцати восьми лет от роду.
А вот это все вокруг - явно не то место и не тот мир, в котором я родилась и прожила эти самые годы.
- Ну что же вы встали, принцесса! - раздается писк сзади, я резко поворачиваюсь - зря - и едва не падаю.
Меня тут же подхватывают под локти две дородные девицы и, охая, укладывают на подушки. Начинают причитать, суетиться, укутывать, пихать в рот ложки с каким-то варевом, поправлять рубашку, теребить мои косы…
Стоп.
Какие такие косы?!
- Дайте зеркало! - это первое, что вырывается из саднящего горла в новом мире.
- Б…ь, - а это второе. Когда зеркало таки протягивают.
 Плюс на минус дает... 
Я - медик. Травматолог, если уж быть точной.
Но такой фигни я никогда не видела.
И не читала о ней даже.
А я ведь хорошо училась и много работала…
Отражение шокирует.
Во-первых, я явно моложе. То есть и до этого себя старухой не ощущала и не пыталась найти кого-то для срочного размножения, раз часики тикают. Но мелкие морщинки вокруг глаз, необходимость уделять больше внимания лицу стало привычным… Сейчас - не надо. Морщинок нет, и с упругостью все хорошо.
 
Во-вторых, волосы… Я - рыжая. И у меня такие толстые красивые косы. Чего в принципе никогда за мной не наблюдалось.
Объективно, подобные физиологические изменения они неестественны.
А в - третьих - и в главных - все сосуды на лице у меня… хм, серебристые. Отчего лицо похоже на кусок белого мрамора с прожилками.
С сомнением смотрю на девах - у них обычные лица - и снова на себя.
А потом осторожненько откладываю зеркало, борясь с подступающей истерикой.
Так, Ирма, давай без истерик. Либо уже поздно для них - либо рано. Неизвестно, что за новости тебя ждут впереди, может пострашнее предположения, что ты в другом мире, в другом теле и еще и обзавелась неизвестными проблемами со здоровьем.
С них и начнем.
- Это что? - спрашиваю, тыча в свою щеку. Получается натурально. Хнычуще.
Не удивительно. Я рыдать готова, в общем-то.
Но рыдать начинают девицы. Еще и причитать, волосы рвать на голове. Выглядит странновато…
- Тихо! - повышаю голос. И тут же - молчание и удивленные взгляды. Будто первый раз от меня слышат подобное.
Та-ак…
Говорила же, будут еще поводы для истерики.
Не знаю как, но я здесь и по характеру была… есть другая. Не такая, как там… Или этот мир для меня все-таки «там»?
Или…
Стоп.
Потом.
- Что у меня с лицом? - спрашиваю уже тише.
Снова куча причитаний, из которого я узнаю, что то ли хотела отравиться, то ли по случайности наелась ядовитых ягод и вот. Теперь на люди мне показываться нельзя. И неизвестно, как плыть к жениху. И все в замке плачут. И вообще, я могла умереть, и никто не понимает, почему не умерла, но все, конечно, счастливы, особенно «батюшка ваш». И…
Следующее «и» я уже не слушаю.
- Это пройдет?
Опять на меня сотню слов вываливают, половина из которых - непонятные. Разве что фразу про знахарку улавливаю. Которая что-то да знает, а значит может помочь. Но она уехала, спряталась, а может в принципе не существует или живет в недоступном месте…
Ой. Все.
- Мне нужна еда, - сообщаю уверенно. - И одежда.
И подумать.
Но последнее я могу и в процессе.
Важно, чтобы они сейчас были заняты делом, а у меня был занят рот.
Служанки - может няньки - всплескивают руками и начинают суетиться в правильном направлении. У них ловко получается и меня переодеть - чувствуется, что дело это привычное, меня вертят как куклу, снимая сначала ночнушку, потом надевая похожую, но более прозрачную. Юбку тонкую, потом юбку плотнее на лямках, потом тунику, пояс, воротник какой-то, подобие чулочно-носочных изделий - а нет, это сапожки, оказывается, мягкие, в них полагается ходить. Переплетают косы, украшают волосы лентами и висюльками и торжественно подводят к столу, на котором уже стоят самые разные плошки. С очень даже съедобными и вкусными кусочками. Местами вполне знакомыми…
Я мрачно жую и думаю.
Все происходящее совершенно не похоже на галлюцинации или сон.
Зато похоже, что сомнительная гипотеза переселения душ - ну или сознания - нашла свое подтверждение. В моем лице. Как и существования других миров. И, провалившись в колодец в своем мире, может даже погибнув там, я в виде сознания переместилась в почти идентичную девицу в этом мире. Которая в то же время погибла здесь, отравившись ягодами.
То, что этому поспособствовали, я не исключаю. Тетка, которую я не видела, но слышала, шипела довольно неоднозначно.
Погибнуть не погибла. Это плюс. Отравилась с непонятными последствиями и может всю жизнь буду жить с мраморным лицом и телом - спасибо, рассмотрела, пока переодевали - это минус.