Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)
Оставшиеся в живых кочевники успели сделать только один залп, прежде чем арбалетчики успели перезарядить свои арбалеты. Повторный залп арбалетчиков поставил точку в этом коротком сражении. Оставшиеся в живых теро из своего лагеря приветствовали их успех громкими криками.
В верх фургона, рядом с ним, сочно вонзилась стрела, гулко завибрировав и заставив его слегка вздрогнуть. Ещё несколько десятков неглубоко засели в предусмотрительно поднятых щитах. Никитин оглядел шеренги своих бойцов. Вроде бы никто из них не пострадал. Сейчас бойцы со смехом выдирали из щитов вражеские стрелы.
По полю с громким ржанием небольшими табунами бегали оставшихся бесхозными лошади. Бойцы быстро соорудили настил и успели схватить десятка два крепеньких лошадок. Кроме этого они в быстром темпе освежевали ещё сотню убитых лошадей, вырезая филейные части мяса, чтобы побаловать сослуживцев свежим мясом. Похлёбка из конины явно понравилась его бойцам, да и вкус у здешней конины был действительно приятной на вкус.
Ещё два десятка бойцов принялась собирать и сортировать арбалетные стрелы, большинство из них можно было использовать повторно.
Никитина во всём этом несколько смущала одна деталь. Почему кочевники с такой яростью набрасываются на них?
— Вот сейчас, получив такой мощный отпор, что им стоило отказаться от дальнейшей атаки — размышлял он про себя по-прежнему стоя на крыше фургона. — Так ведь нет, эти идиоты продолжили атаку! Зачем? Или их тоже накачали всякой дрянью и им теперь море по колено? Опять наркота. У многих кочевников, как заметил Сергей, по подбородку стекала пена. В этом мире, похоже, наркотическая дрянь использовалась более широко, чем на Земле.
Больше в этот день их кочевники не беспокоили. После одержанной победы бойцы стали сами рваться в бой. Никитину даже пришлось запретить ночной рейд Росо, который рвался порезвится. Вместе с ним появился вождь малоросликов, который хотели тайком перерезать пару десяток вражеских глоток пока кочевники будут спать.
— Ну, командир почему! — в два голоса орали бойцу — Сотню другую этих тварей мы перебьём! А нас им не поймать.
Землянин безразлично пожимал плечами, слушая их вопли.
— А если они в свою очередь пожалуют к нам в гости. Ночь, темно. Наш лагерь хорошо видно Представляете, что у нас будет здесь творится?! А если они попадут в животных!
Малорослик озадаченно почесал в затылке, похоже, этот вариант не приходил им в голову.
— Дошло до вас?
Оба кивнули.
— Так вот если они будут тревожить нас по ночам, то я вам разрешу порезвится в отместку, но первыми играть в эти игры мы не будем. Пускай атакуют нас днём, нашим арбалетчикам, будет легче целится. Поняли?
Бравые вояки озабоченно переглянулись и синхронно кивнули головой.
— Свободны. — отправил их Никитин небрежным взмахом руки.
Следующий день не принес никаких особых изменений. Кочевники отсиживались в холмах, зализывая свои раны, не делая никаких активных попыток к нападению, только наблюдали за ними. Они даже не пытались препятствовать им, когда Никитин отправил часть своих людей пасти, оголодавшую скотину.
Видя такое. Сергей отослал одного из низкоросликов на лошади к теро с тем что бы они перебирались в его лагерь, сидеть за укреплениями им теперь не было никакого смысла.
К его удивлению, они отказались, только попросили несколько больших бурдюков воды. Никитин перебросил им воду на лошадях. Теперь оставалось только ждать.
* * *— И чего это я забыл в этой проклятой степи? — думал он, ночью глядя на далекие звёзды. — Чего я сюда потащился?
Небеса загадочно молчали, не отвечая на его вопрос, как, бы подразумевая что человек должен самостоятельно найти ответ на свой вопрос, только вдруг вспыхнула и погасла, не долетев до земли узкая полоска падающего метеорита.
Никитину сегодня не спалось — мучила неопредёлённость их положения. Как в некоторых шахматных партиях, что бы ты не сделал всё плохо! Двигаться вслед отступавшим теро, когда их преследует двадцатитысячная конная группировка и принимать сражение в чистом поле! Не то!
Напасть на засевших в холмах кочевников? В принципе можно. А куда потом? Идти в степь и что мы там будем делать? С фургонами не уйти от степной конницы, которая будет нападать на них на марше. Да хватает в степи кланов. Сметём один вскоре появятся другой и так до тех пор, пока здесь все не поляжем.? Или народ здесь все-таки кончится раньше, чем у них стрелы?
Сергей, измученный от одолевавших его мыслей, заснул только на рассвете, так ничего и не придумав. Ночь прошла тревожно. Поминутно громко лаяли собаки охранявшие лагерь. На поле брани вовсю пировали и дрались ночные хищники.
Утром все поднялись злые и невыспавшиеся. Только обильный завтрак, щедро сдобренный кониной, немного поднял бойцам настроение.
— Если сегодня ничего не произойдёт — завтра будем прорываться в степь. — размышлял Никитин осматривая с верха фургона эту уже изрядно надоевшую ему степную картину. — Кочевников в холмах осталась тысячи две от силы. Будут нападать так у нас найдётся чем их встретить, а то мы здесь действительно все останемся!
Землянин поделился своими соображениями с сотниками и те согласились, что это лучше чем сидеть на месте. Все стали готовится к завтрашнему прорыву. Животных вновь вывели попастись неподалёку от лагеря, Росо и его всадники охраняли животных. Кочевники никак на это не реагировали, только внимательно наблюдали за ними с холмов.
Ближе к полудню все заволновались, далеко на горизонте, в том направлении, куда ушёл экспедиционный корпус теро, был замечен столб пыли. Наверх был срочно поднят один из бойцов, глаза, которого видели ничуть не хуже бинокля.
Боец долго всматривался в приближающуюся к ним стену пыли и минут через пять изрёк:
— Это степняки!
Все помрачнели. Никитин начал отдавать команды. В лагерь начали спешно загонять животных, а к теро был вновь послан гонец с тем, что бы они присоединились к их отряду. Согласилась присоединиться примерно половина теро, остальные в основном раненые — отказались, заявив, что хотят дать свой последний бой здесь.
Примерно двести теро с луками, большей частью из вольнонаёмных, присоединившихся к армии, перелезли через заграждения и рысью направились в сторону их лагеря. Степняки, засевшие в холмах, при виде своих сородичей оживились, и попытались было помешать этому.
Сотни три кочевников с громкими криками стала, понукая своих лошадей быстро спускаться с холма, рассчитывая перехватить теро, но Никитин предугадал действия противника.
Навстречу им выскочила конная сотня Росо и издали разрядила свои арбалеты в ряды атакующих, после чего отряд не торопясь, развернулся и стал двигаться обратно к лагерю.
Разъяренные кочевники поскакали вслед за ними, надеясь перехватить своих обидчиков вблизи укреплений, в пылу ярости забыв об арбалетчиках, которые с нетерпением поджидали их со стороны лагеря. Последовавшие залпы быстро проредили их ряды, и уцелевшие за исключением нескольких десятков сумасшедших, убрались обратно в холмы. Очередной залп арбалетчиков буквально нашпиговал этих берсеркеров болтами.
Теро тем временем перебрались через ров по приставному мосту и сейчас, выстроившись в длинную неровную шеренгу толпились около забора. Никитин поспешил к ним. Сразу было видно, что они сильно устали. Грязные запылённые лица, кое у кого на лице и теле пропитанные кровью повязки, чувствовалось, что они держаться на пределе сил…
— Кто главный у вас? — спросил он.
Новоприбывшие пару минут оживлённо переговаривались между собой на своём диалекте, потом вперёд вышел один из них, довольно пожилой теро с тонким шрамом на правой щеке… Коротко поклонившись Никитину, он представился:
— Меня зовут Себадо, господин. Большинство этих ребят из нашего селения. Мы готовы умереть, вместе с тобой, что бы захватить с собой как можно больше этих степных волков.
— Ну, это мы ещё посмотрим! — оптимистично заявил Сергей — А почему вы не все перешли в наш лагерь, здесь лучше держать оборону.