Наследница Вир-Антор (СИ)

- У вас есть скрытые мотивы или это ваше личное желание? – я чувствовала, как тьма поднимается из глубин моей сущности, как темнеют мои карие глаза, как кончики пальцев начинает колоть. Как голова привычно зудит, потому что теневые рога готовы явить себя в любую секунду, а темная сущность сильваны рвется наружу.
- Только мое личное желание – сказал мужчина спокойно, наблюдая, как тьма обволакивает мои руки, которыми я уперлась в его грудь. Его взгляд опустился на мои губы – я сейчас совершу ошибку, принцесса, и надеюсь ваша тьма меня простит и пощадит – прохрипел мужчина и накрыл мой рот своим.
Волна жара прошила тело насквозь. Я настолько опешила от действий принца, что даже на нашла сил на сопротивление. А потом решила, что плевать на все, этот мужчина невероятно-притягательный, и наша симпатия с первого взгляда явно взаимная, пусть он и не будет моим гардом. Но вкус его губ я запомню как что-то приятное, то, что скрасит последние часы моей старой жизни. Я приоткрыла рот, впуская язык Гектора внутрь. Прижалась к нему плотнее, обволакивая нас обоих своей тьмой и пряча от лишних глаз. Губы принца стали настойчивее. Он покусывал мои губы, посасывал мой язык, и я млела от этих движений и этих смелых ласк. Пила его дыхание в ответ, запустив руки ему в волосы. Гектор прислонил меня к стене и подхватил под бедра. И целовал меня, целовал неистово и жестко, словно не мог отпустить ни на секунду. Когда я почувствовала, что тело совсем обмякло, а лоно наполняется влагой, я выпустила тьму и отстранила принца от себя.
Взгляд мужчины был затуманен. Он будто опьянел и был дезориентирован.
Я погладила мужчину по щеке и молча пошла дальше. Ох, Гектор, зря ты это сделал. Если твой камень не будет выбран, мы оба почувствуем разочарование. Ведь искра между нами уже пробежала. Даже не искра, а целый столп искр, рискующий прожечь в сердцах дыры, которые мы будем долго и мучительно исцелять, если мир Севар посчитает, что нам не по пути.
 Глава 3: Жизнь на Земле 
Настоящее время, Земля, Санкт-Петербург, Россия
Я села в свой автомобиль и выдвинулась в наш дом. Мы с моими мужчинами предпочитали селиться за городом, подальше от любопытных соседей и их длинных языков. К сожалению, это знание пришло к нам не сразу, но с годами наши легенды о том, почему мы втроем живем вместе, стали все более реалистичными.
Сейчас мы с Гектором, или Германом на данном этапе жизни, для всех были мужем и женой, а Парис – двоюродным братом мужа, который временно обитал в нашем доме, пока его жилье строилось. Для поддержания легенды пришлось купить землю на другом конце Ленинградской области и мееедленно строить там дом. Помимо этого Парис был также моим компаньоном в компании, которую мы создали, как только переселились в Санкт-Петербург из Владивостока.
Двадцать лет назад, когда мы попали на Землю недалеко от небольшой деревеньки на севере Германии, будущее казалось размытым и страшным. Мое внутреннее состояние вообще невозможно описать, я была настолько поглощена горем, что Парис и Гектор думали, что я могу просто умереть от магического и эмоционального истощения.
Впоследствии оказалось, что из нас троих, сил дара у меня осталось больше всего. Просто все произошедшее на время заблокировало магию внутри, не давая мне выгореть окончательно.
Гектор же выгорел почти целиком. Последние крохи он потратил на то, чтобы поставить нам заслоны на магию и впитать скудную энергетическую информацию по миру Земля, а также наделить нас способностью быстро осваивать местные языки и другие знания. Искра у Гектора еще горела, но дар его спал. Правда, крылья, на удивление, остались, и мой бывший гард мог выпускать их и даже подниматься в воздух.
Парису повезло больше. Десмод не утратил ментального дара, пусть он был в десятки раз слабее, чем на Севаре. Из хорошего – жажда крови его почти не мучила, поэтому мужчине хватало того, что он брал у меня или Гектора во время близости. Свойства яда пусть и стали слабее, но не исчезли совсем.
 
Первые месяцы на Земле мы жили в той самой деревеньке недалеко от немецкого Киля, на берегу Балтийского моря. За это время нам удалось продать кое-какие украшения, полностью освоить пять языков, усвоить множество информации об окружающем мире, изучить технологии, сделать себе первые местные документы (спасибо Парису и его дару) и накидать план дальнейшей жизни.
Я за это время успокоилась и приняла новую реальность. Выбора не было, а сдаваться я просто не привыкла. Понимала прекрасно, что моих сил на построение портала обратно в наш мир у меня не хватит. Даже если я выжму свою тьму до самого дна.
И я, и мои мужчины были образованными. Правда, что такое магическое образование в мире без магии? Что мы могли привнести в этот мир? Да ничего. Мы были как слепыши, которых грубо закинули в новые реалии. Мол, выплывайте как-нибудь сами. Пришлось изучать экономики стран, искать нишу, которую мы можем занять, не раскрывая себя и не вызывая подозрений.
Так и началась наша жизнь на Земле. Странная жизнь, большей частью спокойная, временами тревожная. Каждые несколько лет мы переезжали из города в город, из страны в страну. Разумеется, в свободное время мы искали какие-то источники магии в этом мире. Были в Тибете, в Чили, в Израиле, посещали Стоунхендж, пирамиды Гизы, гору Брокен. Да, мы чувствовали силу, энергию этого мира, но она была другой, чуждой нам. От нее невозможно было напитаться, не возможно было расширить резервы, она проходила через нас, как через решето, нисколько не затрагивая наши искры. В какой-то момент мы просто перестали пытаться. Наверное, именно тогда мы втроем осознали, что останемся на Земле навсегда. Надежды на возврат в мир Севар для нас больше нет.
Наши отношения на троих на Земле считались аморальными. Да, встречались, конечно, и семьи такого плана, которые не скрывались, но осуждались и порицались. А нам не хотелось привлекать к себе лишнее внимание, поэтому мы создавали легенды. Парис или Гектор становились моими мужьями по очереди, а второй мужчина – моим братом или братом мужа.
Разумеется, такой расклад накладывал на нас ограничения. Я не могла выйти с мужчинами в люди и одинаково целовать их или обнимать. Этого удостаивался только «муж». Поначалу такое положение дел угнетало моих бывших гардов, но потом они смирились.
Я давно считала Гектора и Париса мужьями, хотя по законам Севара мы так официально и не заключили брак. Просто не успели.
Каждый раз, когда я думала об этом, сердце болезненно сжималось. Их должно было быть трое, их было трое, и мы все хоть на короткое время, но познали счастье полной, счастливой семьи в рамках нашего мира. Жаль, что наше счастье было варварски разрушено. Жаль, что своего третьего мужчину я даже оплакать не смогла по-настоящему, не смогла даже просто попрощаться, как положено. Сейчас его лицо постепенно стиралось из памяти и оставалось только на рисунках, которые я заказывала, просто чтобы не забывать.
Я сжала руль, чувствуя, как закололо пальцы. Заслон Гектора сдерживал мою темную сущность сильваны, делал мою тьму невидимой. Но иногда, когда эмоции снова меня накрывали, тьма внутри бурлила так, что приходилось уходить в лес и выпускать ее на волю, чтобы кого-нибудь случайно не убить.
Наш коттедж находился в тридцати километрах от города в небольшом поселке. Мы специально выбрали дом в отдалении от других и закрыли его высоким забором, чтобы хотя бы во дворе иметь возможность расслабиться и наслаждаться друг другом без косых взглядов.
Когда я въехала через мощные железные ворота, оказалось, что Парис обогнал меня и успел зайти в дом. Во избежание слухов, которые и так гуляли по нашей компании, мы решили уезжать домой поодиночке.
Последние двенадцать лет мы предпочитали заниматься финансовым и юридическим консалтингом для других компаний. Этот бизнес был безопасным и не зависел от экономической ситуации и страны, в которой мы жили. Проверив схемы в нескольких странах, мы уже безбоязненно налаживали свой бизнес на каждом новом месте жительства. И я, и мои мужчины бесконечно учились и совершенствовались. Разумеется, по документам у нас всех было уже по несколько образований. В реальной же жизни мы скорее все изучали на практике. А так как в прошлой своей жизни мы все крутились в правящих верхушках Севара, помогали своим семьям и в финансовых, и в политических и в торговых вопросах, то могли перенести какие-то вещи и в нашу текущую жизнь, с оглядкой на местные реалии.