Прибытие (СИ)
— Электричество откуда? — спросил я у Митяя.
— Так гидроэлектростанция имеется. В баронстве барона фон Кауэра. — Ответил Митька и начал натягивать поводья. — Ваша милость, — крикнул он деду. — Стойте. Господин алхимик еще не закрыл лавку. Можно сразу шипы и крылья сдать, а потом сразу на постоялый двор ехать.
— Так и поступим, — решил дед, направляя своего коня в нашу сторону. — Рома, — он посмотрел на мою скрюченную с непривычки фигуру и махнул рукой, — здесь оставайся. А я пока ценности на деньги обменяю. Да, Митяй. Лошадей, нужно, наверное, родственникам твоих нанимателей вернуть.
— Это да, — кивнул парень. — Алмаз очень дорогой. За него и в суд могут подать, оспаривая право владения. Они могут и выиграть. Так что, лучше вернуть, глядишь, награду выплатят.
— Держи, — дед соскочил с седла. Я смотрел на него с завистью. Представляю, как я со стоном буду сползать с Алмаза на радость зевакам. Взяв протянутые поводья, я пошевелился, чтобы понять, насколько всё плохо. Ладно. Доехать куда надо — доеду и это самое главное.
Глава 9
— Рома, вставай, сколько можно спать? — в мозг проник голос деда, а на обнажённое плечо легла его тяжелая рука.
— М-м-м, — промычал я, открывая один глаз. Дед стоял надо мной, а позади него стояла хорошенькая горничная, которая, скорее всего, и открыла ему мой номер. — А если бы я был сейчас с женщиной? — Спросил я, садясь на кровати, прикрываясь от любопытного взгляда девушки одеялом.
— Я извинился бы и вышел. Но, Рома, ты не с женщиной, а доходит уже семь вечера. Я, конечно, понимаю, что ты устал, но не до такой степени, чтобы на сутки спать завалиться. Естественно, я переживал. А у этого прелестного юного создания имеются ключи от всех комнат, и она любезно согласилась мне помочь, как только узнала, что ты мой внук.
— Я вставал в туалет, — меня качнуло. Захотелось упасть и продолжить этот марафон по сну. И тут до меня дошло. — Сколько времени?
Сон слетел мгновенно. В половине восьмого за мной должен зайти Митяй, чтобы пойти на местные танцы. И я ни за что их не пропущу, потому что это очень хороший способ познакомиться со многими аспектами местной жизни, а также увидеть большое количество местной молодежи. Мероприятие весьма и весьма полезное с точки зрения адаптации.
Вскочив я отшвырнул в одеяло и побежал в сторону санузла. Девчонка вспыхнула и отвернулась.
— Роман, это было обязательно смущать девушку? — дед спрашивал вроде бы сурово, но в его голосе я расслышал насмешку.
— А почему она вообще всё ещё здесь? — грубо спросил я, оборачиваясь. — Раз она заходит в комнату к мужчине, то должна осознавать последствия. Например, что вполне может застать этого мужчину с женщиной, или голым, или в одних трусах, как меня сейчас.
Не дожидаясь ответа, я нырнул в ванную. Санузел был вполне современным, и присутствовал в каждой комнате. И всё бы ничего, если бы не одно «но». Здесь не было душа. Зато присутствовала большая ванна на гнутых ножках. Я такие в фильмах только видел, в старых. В очень старых фильмах про красивую жизнь в Европе.
Вчера вечером я чуть не уснул, лёжа в горячей воде в этой самой ванне. Сейчас же времени на неё не было. Пришлось довольствоваться раковиной. Благо, вода была не только холодная и с очень неплохим напором.
* * *Вчера мы приехали на этот постоялый двор уже когда совсем стемнело. По дороге Сергей, как ни странно немного оклемался. Он всю дорогу спал, и встал только на одном привале. Я даже не преминул деду на это указать.
— А ты говоришь, бессонница. Вон как дрыхнет, — показывая на Сергея, сказал я.
— Болеет человек, отстань от него, — ответил дед, поглядывая на старого друга с тревогой.
— Да я как бы его и не трогаю, — пожав плечами, перестал смотреть на телегу и сосредоточился на дороге.
Но Сергей за время пути отоспался и в довольно приличный холл вошёл вполне бодро. Это была дикая смесь фешенебельного отеля и таверны опять-таки из фильмов, которые я смотрел когда-то. Обеденный зал не был выделен в ресторан, и посетитель попадал в него прямо от входа. Присутствовала и неизменная в таких случаях барная стойка, напротив которой стояла очень даже цивильная стойка ресепшена.
А между этими двумя мирами располагалась лестница, ведущая наверх к номерам.
От этого контраста я слегка поперхнулся, даже хромать перестал, хотя перед тем как войти внутрь несколько минут расхаживался по заднему двору. При этом я всем своим видом показывал, что просто не могу расстаться с Алмазом. В первую минуту вообще висел у него не шее, чтобы не упасть.
На ресепшене стоял довольно молодой мужчина, который быстро оформил нам номера. Дед подумал и заплатил сразу за неделю, взяв два номера: один маленький для меня, и двухместный для себя и Сергея. Меня он пожалел, предоставив личное пространство. Номера оплатил с едой, чтобы не остаться голодными, когда деньги закончатся.
А деньги скоро закончатся, потому что за свинские шипы и крылья нетопыря удалось выручить двадцать серебряных рублей. Из них два дед отдал сразу, купив с десятка два флаконов законсервированной свиной крови, чтобы голову Вюрта кормить. Хотя, по мне так толку от него уже не было никакого, проще было отдать Сергею, для его опытов с огнём. Но, дед решил, что вот так будет лучше. Не уточнил, правда, для кого.
Зато постановил, что голова Вюрта будет со мной обитать в моей комнате. Что, мол, на него самого и Сергея этот огрызок плохо влияет. Он в них самые темные инстинкты пробуждает. А я, вроде как, к нему более терпимо отношусь, потому что у меня не было того кошмарного опыта, какой был у них. По мне так, опыт был тогда взаимный. Мотивация, правда, разная, что есть, то есть. В плане мотивации я тоже не испытывал от Вюрта восторга. По мне так, его действительно лучше было бы попросту сжечь. Но, дед прав, я к голове всё-таки относился более спокойно, чем тот же Сергей, к примеру. И если мы всё ещё не хотим от него избавляться, то лучше котелок поставить ко мне.
В комнате я засунул котелок с головой в шкаф, накинул на него мешок и благополучно забыл. Надеюсь, дед вспомнит о том, что его желательно покормить. А то наша проблема разрешится сама по себе, естественным, так сказать, образом. Только вот два рубля будет жалко, которые мы за кровь отдали.
Семь рублей ушло на оплату комнат и еды. Итого у нас осталось одиннадцать рублей. Не густо, прямо скажем. Один рубль дед отдал Митяю, сказал, что нанимает его как мальчика на побегушках и проводника одновременно. По-моему, он переплатил, слишком уж рожа у Митяя довольная была.
Оставшуюся десятку дед разделил пополам: пять рублей отдал мне, пять забрал себе. Я долго разглядывал тяжелый кругляш. Он был чем-то похож на старые советские рубли. На одной стороны на монете был изображён герб Российской империи — здесь ничего не поменялось, всё тот же двуглавый орёл с короной и скипетром с державой. На второй стороне был изображён Кремль. Вот только он чем-то неуловимо отличался от привычной мне картинки. Присмотревшись, я понял, чем именно. На площади отсутствовал храм Василия Блаженного. На его месте тоже был расположен храм, и это было тоже нечто грандиозное — но совершенно другое. Наверное, именно сейчас, глядя на чужую Красную площадь, я понял, что мы не дома, и, скорее всего, никогда домой больше не вернёмся.
Рефлексировал я недолго, потому что пришлось сползать с коня и идти устраиваться в комнате. Когда оформлялись, у нас не спросили документов. Но зато я заметил, как по каждому из нас прополз луч из шара, стоящего на стойке.
Как потом объяснил Митяй — это техно-магический идентификатор. Он проверил нас, выявил, что мы не объявлены в розыск по какой-то причине, не беглые преступники и не дезертиры из армии. А также, что ни один из нас не имеет отношение к темным магам из Вольфсангеля. На Вюрта, правда, прибор почти возбудился, но затем, видимо, решил, что обрубок темного мага не представляет опасности, и полез дальше исследовать Сергея. Так что в комнаты нас оформили довольно быстро и без особых проблем.