Снег на губах (СИ)

— Зачем тебе деньги? — задаёт Гермиона вопрос, не ожидая, впрочем, что он ответит.
Но Драко хмыкает и спокойно произносит:
— Купить подарки дорогим мне людям… Скоро Новый год, если ты не забыла…
— Маме? — она садится за свой стол, и они смотрят друг на друга из разных концов кабинета.
— Ну, да…
— А ещё кому? — продолжает она допрос, на что Драко вздыхает и закатывает глаза:
— Грейнджер… Что я тебе говорил про твой маленький любопытный нос?
— Ладно, я просто так спросила. Вежливый интерес. — Она вытаскивает книгу по рунам, ей нужно подготовиться к уроку и изучить руны скандинавских магов по которым она пишет эссе.
— Хм, больше похоже на наглое любопытство… — доносится до неё. — Я хочу подарить подарок девушке… Которая мне нравится…
Гермиона поднимает на него изумленный взгляд, но он не смотрит на неё.
— Что? Девушке? — восклицает она неожиданно громко даже для себя.
Драко сжимает губы и смеётся, качая головой:
— Представляешь, мне нравятся девушки! Грейнджер, я натурал, если что…
— Да иди ты… — смущённо хихикает она. — Думаешь, я сомневаюсь?
Уж в чём, а в этом она точно уверена. Проверено, так сказать, на практике.
Они молчат. Слышно, как тикают старинные часы на стене. Гермиона облизывает губы и осторожно продолжает:
— Драко, а кто эта девушка?
— Нет, Грейнджер… — бросает он, не поднимая взгляда от тетради, но на его губах играет лёгкая усмешка.
— Я просто… — мнется она, а Драко вскидывает голову и делает большие глаза:
— Слушай, Грейнджер, это замечательная девушка… И… Отстань от меня!
Он снова погружается в учебный материал, и она уже не смеет его беспокоить. Ей очень хочется думать, что эта замечательная девушка — она. В животе танцует хоровод бабочек при одной только мысли, что она нравится Драко, и он хочет купить ей подарок. Гермиона сцепляет руки в замок и украдкой следит за ним, а Малфой сосредоточенно читает, не обращая внимания ни на что. Через пару минут он не выдерживает и, поднимая брови, бросает ей:
— Грейнджер, не сверли меня глазами!
— Ты чувствуешь мой взгляд? — игриво спрашивает Гермиона. — Какой чувствительный…
Сверкают белые зубы, он закусывает нижнюю губу, сдерживая ухмылку:
— Я очень чувствительный, Грейнджер…
Гермиона смеётся и укоризненно качает головой:
— Малфой…
А он вдруг становится серьёзным и разглядывает её. Гермиона ощущает себя совершенно голой под его прямым изучающим взглядом. Ей кажется, что она чувствует, как он трогает её. Касается нежно. Осторожно. Любуется. Она сглатывает, не в силах прервать происходящее. Напряжение, растущее между ними, того и гляди лопнет электрическими разрядами…
Хватит, Драко, или я сейчас сгорю…
Драко вздрагивает, когда в кабинете раздаётся стук. Пришли ученики. Он встряхивает белой чёлкой, приходя в себя, словно смаргивает наваждение.
— Грейнджер… — произносит Драко с еле заметной хрипотцой, а она с готовностью выпрямляется. — Чтобы ни произошло, сиди молча! — строго произносит он и открывает дверь, взмахнув рукой.
Класс потихоньку заполняется третьекурсниками — слизеринцами и гриффиндорцами. Кто-то смотрит на Драко зло, кто-то равнодушно, а кто-то с интересом. Им давно известно, что именно он, Драко Малфой, будет вести урок. Директор Макгонагалл предупредила их об этом на общем собрании и провела лекцию, в которой звучали слова об ошибках, о прощении и о мире. Школьники встретили новость совершенно без энтузиазма.
Гермиона хорошо знает, кто из них потерял родных на войне, а у кого родители были в рядах Пожирателей. Эти подростки только выглядят как дети, но в их глазах читается недоверие и взрослая ненависть. И они могут быть жестокими.
Урок начинается в полнейшей тишине. Все настороженно ждут, что скажет Драко. Он встаёт из-за стола и спокойно объявляет:
— Я ваш новый преподаватель зельеварения. И я, как вы знаете, не профессор. Но для субординации можно называть меня профессор Малфой. Кому это кажется неправильным, не обижусь на мистера Малфоя. Сегодня мы…
Его неожиданно перебивает наглый голос:
 
— Что за херня? — младший брат Теренса Хиггса, Роберт, зло рычит со своей парты. — Почему мы должны слушать какого-то Пожирателя Смерти?
Он копия брат, такой же высокий, темноволосый, но худее и резче. И он нахохлившись ждёт, что же ответит новый преподаватель зельеварения на его дерзкий выпад.
— Мы не хотим этого профессора! — медленно произносит девочка, сидящая рядом с ним, тоже слизеринка, в поддержку своего однокурсника.
— Даа, мы не хотим учиться у тебя, Малфой! Ты преступник! — слышится голос светловолосого парнишки с Гриффиндора.
— Да, не хотим! — поддерживает его ещё один гриффиндорец.
Гермиона уже открывает рот, чтобы прекратить бунт, но Малфой кидает на неё строгий взгляд и почти незаметно качает головой из стороны в сторону. Он говорит так, как сказал бы Снейп, тихо и угрожающе:
— Закрыли все рты!
На четырнадцатилетних детей это никак не влияет, только ещё сильнее злит.
— Сам заткнись, придурок! Мы поймаем тебя после уроков и изобьем! Да, ребят? — кричит Хиггс. — Мой брат уже бил тебя!
Гермиона не выдерживает. Вскакивает со своего места:
— Мистер Хиггс, за подстрекание к драке вам первое предупреждение! Ещё раз услышу или увижу что-то в подобном духе, и вы будете отчислены!
— Я буду жаловаться! — кричит он, оборачиваясь к Гермионе. — Мисс Грейнджер, я не хочу у него учиться!
Гермиона вдыхает побольше воздуха в лёгкие, чтобы ответить что-то очень гневное, но слышит насмешливый голос Драко и останавливает себя. Класс всё свое внимание снова переводит на «профессора».
— Кому ты хочешь жаловаться, Хиггс? — язвительно спрашивает Драко. — Папочке? Это же он сидит рядом с моим в соседней камере? Я не ошибаюсь? Вперёд, иди, жалуйся! Не забудь передать моему отцу привет!
Роберт краснеет, как свёкла. Его передергивает от слов Малфоя, но он не сдаётся:
— Я буду жаловаться в Министерство Магии!
— Ты думаешь, в Министерстве не знают, что ваши уроки ведёт бывший Пожиратель? — голос Драко спокоен, и Гермиона усаживается на место, надеясь, что он справится.
— Да иди ты! — выплевывает Роберт.
— Мистер Хиггс, минус пять баллов со Слизерина! — Гермиона поражается уверенности Драко.
— Ублюдок! — тихо рычит Хиггс.
— Ещё минус десять баллов за оскорбление преподавателя! — продолжает «профессор» с ледяным спокойствием.
Слизеринцы сердито шипят на Хиггса, и тот замолкает, недовольный и красный от злости.
— Я бы хотел прояснить вопрос. — медленно продолжает Малфой, его голос холоден, как льды Антарктики, он скрещивает руки на груди и выглядит ещё более уверенным и статным, кажется, пара девочек с Гриффиндора открывают рты от восхищения. — Вы всё знаете про меня. Так вы думаете. Вы читали газеты. Слышали, что говорили ваши родители. Сплетничали. Но… — Он пожевал губу. — На самом деле, вы ничего не знаете обо мне! Ни-че-го!
Класс молчит. Гермиона хочет поймать его взгляд, но Малфой смотрит куда-то вперёд, сквозь стену, желваки играют на его скулах.
— И я не буду перед вами оправдываться. Что сделано, то сделано. Прошлое не изменить, но можно создать новое будущее. Лучшее будущее, — хмыкает он. — Мне дали шанс! И я постараюсь им воспользоваться. Я отличник по предмету зельеварения и могу, да! Я могу вам дать массу полезных знаний! Кто хочет аттестоваться в этом году, будем с вами работать, кто не хочет — на выход!
Тишина в классе говорит о том, что на выход сегодня никто не пойдёт, и он приступает к обьяснению темы урока. А Гермиона наконец выдыхает.
 
Мерлин, он вроде бы справился!
Она понимает, что все это время, пока Драко говорил, сжимала острые края книги по рунам так сильно, что у неё занемели пальцы. Гермиона ужасно переживала за него, но кажется зря.
«Хватит за него беспокоится, он достаточно умен, чтобы разрешить любую ситуацию» — успокаивает она себя, наблюдая, как Драко объясняет, в чем опасность гноя бубонтюбера и показывает безопасные способы его получения.