Милый псих (ЛП)

— Нет. — Она продолжает потягивать вино, снова сосредоточившись на мне.
Я замечаю, что, когда она смотрит на меня, ее взгляд становится напряженным. Как прикосновение. Он такой прямой и оценивающий, как будто она оценивает каждую мельчайшую деталь и придает ей какое-то значение. Почти как компьютер, но намного, намного сексуальнее.
— Ты все время так готовишь? — Ее голос повышается. — Для других женщин?
Я бросаю ей улыбку через плечо.
— Я готовлю, но не для других женщин.
— Хорошо. Ты не должен. Я не думаю, что тебе вообще следует приглашать женщин в свой дом. Только меня.
— Договорились. — Я не собираюсь спорить. Она единственная, кого я хочу здесь видеть, и никого другого.
Она прочищает горло.
— Потому что, ты знаешь, это опасно. Я имею в виду, процент женщин-серийных убийц по сравнению с мужчинами ничтожно мал, но никогда не равен нулю.
— Ага. Никогда нельзя быть слишком осторожным.
— Именно.
Я обжариваю фрикадельки, затем добавляю их в кипящий соус. Вскоре спагетти готовы, и я достаю чесночный хлеб из духовки, пока она облизывает губы.
— Еще вина? — Я наливаю ей еще один бокал и один для себя, затем накрываю ее тарелку, с горкой накладывая спагетти и фрикадельки.
— Я никогда не смогу съесть все это.
— Ты сказала, что проголодалась. Я собираюсь тебя накормить. — Я сажусь рядом с ней и кладу салфетку ей на колени. — Ешь столько, сколько хочешь.
— Пахнет божественно. Намного лучше, чем соусы Prego.
Я сдерживаю смех.
— Действительно, высокая похвала.
Она ухмыляется и откусывает, пока она жует, из нее вырывается стон.
— Как же вкусно.
Удовлетворение переполняет меня, когда она наслаждается моей готовкой.
— Я рад, что тебе нравится.
— Мне правда очень нравится. — Она накручивает еще макарон на вилку и накалывает кусочек фрикадельки. — Я сама не очень хорошо готовлю.
— Прости, Мэгги, я даже не спросил тебя, чем ты зарабатываешь на жизнь.
Она на мгновение перестает жевать, затем приходит в себя и глотает.
— О, я всего лишь домашний подрядчик. Ничего особенного.
— Я думаю, ты совершенно особенная. — Я пододвигаю чесночный хлеб поближе к ней. — Так ты работаешь по контракту? Какого рода?
— Просто… Она откусывает комично огромный кусок спагетти и долго-долго жует.
Я не могу сдержать улыбку. Она чертовски мила, насколько это возможно, даже когда она не пытается. Это восхитительно. Когда она снова сглатывает, она промокает рот салфеткой.
— Как я уже говорила, я просто выполняю всякую работу здесь и там. Все по контракту. Иногда людям нужна помощь с их системами, и я помогаю.
— Работа с компьютером, хм? — Я потягиваю вино. — У тебя, должно быть, хорошо получается. Кажется, у тебя нюх на детали.
Она бросает на меня косой взгляд.
— Я кое-что замечаю. Да.
— Гораздо больше, чем обычный человек.
— Можно и так сказать. — Она потирает живот и откидывается на спинку стула. — Если я откушу еще кусочек, то могу взорваться.
— Не делай этого. У меня есть тирамису, которое ждет тебя.
Она стонет и снова вытирает рот.
— Ну, я бы не хотела тебя разочаровывать.
— И прежде, чем ты спросишь, нет, я не готовлю тирамису ни для кого другого. Только для тебя.
Она кивает.
— Хорошо.
Только для всех вас.
  
11
 
МЭГГИ
Я смотрю, как Оуэн снова облизывает мне пальцы. Мое сердце бешено колотится. Со мной происходит что-то, чего я не понимаю. Это должно пугать меня, но этого не происходит. Я хочу большего. Я никогда не хочу терять это ощущение.
— Ты лучше, чем тирамису. — Мое лицо заливает жаром. После того, как он угостил меня десертом, я сказала ему, что никогда не смогу отплатить ему тем же. Что, если я окажусь на кухне и меня оставят готовить еду, скорее всего, произойдет взрыв. Оуэн был настроен доказать, что я неправа, поэтому он просунул руку мне в штаны и подарил мне еще один оргазм. Я не могу не задаться вопросом, какой он на вкус.
 
— Неужели?
— Самое сладкое, что я когда-либо пробовал. — Он целует меня. Мой вкус остался на его языке. Это заставляет меня ерзать на стуле и хотеть, чтобы он доставил мне больше оргазмов. Я не думаю, что это так же вкусно, как тирамису, но, услышав это из его уст, он, возможно, прав.
Я впиваюсь зубами в его нижнюю губу. Он стонет напротив моего рта.
— Точно? Из всего или из всех? — Я толкаю его и понимаю, что веду себя довольно собственнически, когда дело касается его, чего я никогда не делала в прошлом. Это будет проблемой. Я уже чувствую это глубоко внутри себя. Я была единственным ребенком в семье. Я не думаю, что делиться, моя сильная сторона.
— Я клянусь тебе, Мэгги. — Он прикасается своими губами к моим. Мне нравится, как он произносит мое имя. Я должна попробовать его сейчас же. С другой стороны, я понятия не имею, что делать. Я должна погуглить это. Я имею в виду, я читала об этом в книгах, так что я знаю основы. Но читать об этом и на самом деле делать это, две совершенно разные вещи.
Мой дурацкий телефон начинает звонить, нарушая ход моих мыслей и омрачая момент. Он был настроен на тишину, за исключением нескольких человек.
— Это не твой парень, не так ли? — Спрашивает он, тон его голоса внезапно меняется.
— Это заставило бы тебя ревновать? — Спрашиваю я, заинтригованная этой идеей. Не то чтобы я хотела заставить его ревновать, но это могло бы показать мне, что, что бы я ни испытывала, это не односторонне. С другой стороны, люди постоянно целуются и занимаются сексом. Для остального мира это нормально. Мне это не нравится. Раньше меня это не беспокоило, но тогда мне не приходилось думать о том, что Оуэн занимается подобными вещами.
— Конечно.
Я засияла от его ответа.
— Хорошо. — Я прохожу мимо него. — Это просто моя лучшая подруга или папа. Он теперь никогда не сможет встретиться с Оушен. Он видел ее в кафе. Не то чтобы это имеет значение. Это работа. Я здесь для того, чтобы собирать информацию и двигаться дальше. На данный момент у меня ничего нет. За исключением того, что он дарит убийственные оргазмы и готовит лучшие спагетти, которые я когда-либо пробовала.
Когда я хватаю свой телефон, я понимаю, что была неправа это не Оушен и не мой отец пытались дозвониться до меня. Это Паркс, и он издевается надо мной. Знает ли он, что я здесь? Я уверена, что он знает. Маленький засранец. Я рычу. Сексуальный смешок исходит от Оуэна.
— Извини, у меня небольшая проблема с рычанием, по словам моего отца.
— Это восхитительно.
— Восхитительно? — Я поправляю очки на носу.
— Это одна из многих вещей, которая делает тебя сексуальной.
— Сексуальной? — Я жду новых его комплиментов.
— Да, детка, сексуальность занимает первое место в списке. — Он улыбается мне, не обращая внимания на то, насколько прямой я могу быть.
— Мне нужно идти, отец будет волноваться, — наполовину лгу я. Мой отец будет беспокоиться, но я никуда не хочу идти. К сожалению, другого выбора нет.
— Я мог бы сделать подарочную коробку для твоего отца, — предлагает Оуэн.
— Ему бы это понравилось. — Меня осеняет идея. Мой телефон все еще у меня в руке. — Где твой телефон? — Я запишу в нем свой номер. — Он достает его из заднего кармана и передает мне, не сбиваясь с ритма. Затем он подходит и вводит код. Не то чтобы мне это было нужно. Телефоны для меня детская забава, когда дело доходит до расшифровки кодов.
Оуэн идет упаковывать спагетти для моего отца. Я клонирую его телефон, прежде чем использовать его для вызова своего номера. Не мой настоящий, конечно, но тот, который я хочу, чтобы у него был. Мне нужно постоянно напоминать себе, что он профессионал и что технически я здесь под прикрытием. Мне нужно убедиться, что мои следы скрыты.