Наречённая из-за грани, или Мужья в довесок (СИ)

Начать с центра и двигаться по солнцу.
Вести за собой зафир и всех его пассажиров, как если бы они шли за мной по моим следам.
Остановившийся было зафир возобновил движение, мягко покатил по размокшей лужайке.
Место назначения – Фартерский домен, город Ридж.
И хорошо бы попасть на одну из тех специальных площадок… денег на оплату штрафа у меня нет.
На сей раз сияющая паутина развернулась передо мной сразу, не пришлось ни упорно сосредотачиваться невесть сколько времени, ни мысленно разрисовывать воображаемую мандалу. Я видела сеть ясно, чётко, как только что лицезрела Исабель, сидевшую напротив. Я с готовностью протянула руку, перебрала едва ощутимые тончайшие нити. Удивительно… их ведь нет, нитей этих. Если я открою глаза, то увижу обоих Катрино и ещё служанку, а сети не будет. И в то же время она здесь, передо мной, исполинский сверкающий цветок, соединивший в себе все пути-дороги этого мира. Я чувствую её подушечками пальцев, вижу, как она улыбается ласково, наблюдая за моими поисками.
Фартерский домен, Ридж… в общем, к Люсьену. И Виргилу.
Зафир вздрогнул всем нутром, будто на ухабе подскочил, перекосился на один бок. Сеть исчезла, и я под общие крики полетела на пол. Следом на меня свалилась Надин, а потом и горничная. Зафир снова тряхнуло, снаружи донёсся хруст, треск и адарская карета, проехав ещё немного – подозреваю, скорее по инерции, – остановилась. Мы втроём барахтались на полу, Филипп обнимал маму, не присоединившуюся к нашей тесной компании лишь благодаря хорошей реакции и силе сына. Наконец нам удалось снять друг с друга собственные руки-ноги и, охая и кряхтя, расползтись по сиденьям. Торопливо одёрнув юбки, горничная забилась в угол и начала шёпотом молиться. Мы с Надин прильнули к окнам.
На перепутье нас не перебросило, что уже можно считать плюсом. Потому как вряд ли кто-то стал бы строить на перепутье роскошного вида бледно-голубой особняк с тонкими колоннами, высокими окнами и балкончиком на втором этаже.
Минус заключался в том, что мощённый камнем двор перед особняком никак не мог сойти за площадку для телепортирующихся зафиров. Ко всему прочему зафир, кажется, то ли врезался во что-то, то ли снёс по пути.
– Где мы? – сухо осведомилась Исабель.
– Не на перепутье, – признала я.
– А могли оказаться там?
– Всё в порядке, мама? – поспешно уточнил Филипп в попытке переключить фокус материнского внимания.
– В порядке, Фелиппе. Сколь полагаю, могло быть и много хуже.
– Куда ты двигалась? – поинтересовалась Надин.
– Фартерский домен, Ридж.
– Это требуемое направление. А я имею в виду, куда ты пошла.
Никуда. Я обозначила, куда хочу попасть, но выбрала ли я нужную нить?
Движение точно не начала.
Из дома высыпалась недоумённо переговаривающаяся прислуга. Вперёд выступили двое лакеев покрепче и ростом повыше, начали подбираться к зафиру с разных сторон. Я распахнула дверцу и спрыгнула на площадку.
– Доброго дня! – поздоровалась я, и лакеи замерли. – Не подскажете, как пройти в библиотеку… как можно выехать отсюда? Я немного промахнулась при перемещении… Приношу свои глубочайшие извинения за доставленные неудобства. Ущерб я возмещу… наверное.
Судя по виду старших среди слуг, материальный ущерб я буду возмещать весь ближайший год.
Стеклянные створки распахнулись, и на балкончике появилась темноволосая женская фигура в зелёном халате.
– Что случилось? – крикнула она. Перегнулась через перила, присмотрелась ко мне. – Всея Мать, неужели это адара Феодора?
– Варвара, – поправила я и тоже пригляделась к женщине.
Майя Мелве.
А о ком ты, Варенька, подумала в последний момент?
О Виргиле.
В результате попала в гости к его сестре.
Чёрт, а мне казалось, что если при озвучивании сети места назначения называть конкретного человека, в этом месте пребывающего и мне не совсем чужого, то больше шансов оказаться именно там, а не где-то ещё.
Вероятно, теория неверна.
Или в моём случае срабатывает как-то не так.
– Ах, да, брат упоминал, – кивнула сама себе Майя.
 
Я обернулась к зафиру.
– Спокуха, народ, мы прибыли по адресу. Конечно, промахнулись… вот на столечко, – я развела большой и указательный пальцы, демонстрируя степень промаха. – Зато мы точно в Фартерском домене и даже в Ридже.
Надин и Филипп выбрались из салона, настороженно огляделись. И если Надин была здесь впервые, то Филипп сразу признал и особняк, и его хозяйку.
Признал и помрачнел.
– Филиппе, вы ли это?! – воскликнула Майя, прежде не лицезревшая сиятельного придворного кавалера в виде столь затрапезном.
Вместо ответа Филипп подал руку матери. Зафир спустил подножку, Исабель, опираясь на руку сына, сошла на площадку с достоинством королевы, прибывшей с визитом в сиротский приют. Вроде как нет желания тратить время на этих сироток и вообще, другие заботы есть, поувлекательнее созерцания кучки ребятишек, но лицо держит безупречно и улыбается любезно.
– Проходите же скорее! Будьте моими дорогими гостями.
– А как же… – я обозрела причинённый неудачным приземлением ущерб.
Зафир всё-таки уронил – садовую скульптуру, валявшуюся нынче в траве… кажется, у фигуры откололась какая-то часть тела. И наехал зафир на бордюр, обрамляющий клумбу, кою и дополняла скульптура.
– Пустое, моя дорогая. Проходите, вас проводят в гостиную, а я тотчас к вам выйду, – Майя подала знак столпившимся под окнами слугам и скрылась за стеклянными створками.
– Кто она такая? – едва слышно спросила Исабель у сына.
– Озелли Майя Мелве, хозяйка салона.
– Салона? – отсутствие прилагательного, поясняющего назначение сего заведения, Исабель истолковала правильно и в лице переменилась. – Того самого салона? Ох, Филиппе…
– Пойдём, мама, – Филипп настойчиво потянул матушку к входу в дом и расступившимся слугам. – Мы в Ридже, и ты можешь вернуться домой на наёмном экипаже… или Майя подаст свой.
– Разумеется, Филиппе, – внезапно пошла на попятный Исабель и высвободила руку. – Иди, мне прежде надо удостовериться, что с Софией всё хорошо.
Я заглянула в салон.
София молиться перестала, но вылезать из угла не торопилась, хлопая оттуда округлившимися глазами, словно перепуганный зверёк.
– Адара Варвара, – Исабель встала рядом со мной, делая вид, будто всецело заинтересована состоянием горничной. На меня пожилая дама не смотрела, голос её был тих, вкрадчив. Едва ли её слова достигали чьих-либо ушей, кроме меня да бледной Софии. – Полагаю, тебе пора узнать… я не спешила рассказывать, надеялась на твоё благоразумие… и благоразумие моего сына. Но коли всё так сложилось… Некоторое время назад в нашем доме появилась молодая озелли… она мила, почтительна, образованна, из хорошей семьи. Моему сыну по нраву такие девушки, прелестные в своём очаровании юности… и девушек Филиппе равнодушным не оставляет. Поэтому я не виню её… Та озелли, о которой я веду речь, она… понесла.
– Понесла? – в первую секунду я даже не сообразила, о чём свекромонстр толкует.
– Она беременна, – пояснила Исабель тоном, исполненным вселенского терпения. – И отец её ребёнка – Филиппе. Положение девушки таково, что лучше бы моему порой легкомысленному, беспутному сыну взять в её жёны. Мы с моим дорогим супругом готовы признать внука и в свой час Филиппе признает сына…
То есть бабушка с дедушкой уже в курсе пола нерождённого ребёнка? Далеко, однако, местные технологии шагнули… УЗИ вон делают…
– Надеюсь, ты понимаешь, что адаре… твоего положения места в жизни Филиппе нет. Или ты примешь то, что у твоего сочетаемого будет незаконнорожденный ребёнок? Да и сам он… разве будет он с тобой, зная о своём сыне от другой женщины, сыне, ставшим бастардом по твоей прихоти, безродной адары, не давшей ему ничего, но лишившей всего? Подумай об этом, хорошенько подумай…
– Варя, ты идёшь? – окликнула меня Надин, заметив, что я замешкалась у зафира.
– Иду, – я отвернулась от свекромонстра и последовала за Надин.