Заключённыий волк (ЛП)

— На построение с остальными, — приказал он, и мы поспешили прочь к задней стене, где заключенные теснились плечом к плечу.
Мы нашли место и вклинились в него, моя рука упала на бок и прижалась к руке Розы. От ее кожи исходило тепло, и мне пришлось приложить чертовски много усилий, чтобы унять свой стояк, пока охранники двигались, чтобы встать перед нами.
— РАЗДЕТЬСЯ! — рявкнул Кейн.
О, блять, блять, блять.
Моему стояку нужно было умереть тысячей смертей прямо сейчас.
Я пытался думать, о чем угодно, только не о том, как Роза ощущалась подо мной. Ее дыхание на моих губах, ее изгибы, прижимающиеся к моим мышцам.
Я бросил взгляд на женщину-охранника с волосатой верхней губой, надеясь, что этого будет достаточно. Я стянул с себя комбинезон, намеренно отводя глаза от Розы рядом со мной, которая быстро становилась полностью голой.
Несколько охранников побежали вперед, чтобы начать обыскивать нашу одежду, и я старался не слишком ухмыляться гениальности моего плана.
Кейн наблюдал за всеми нами, его челюсть напрягалась, а в глазах кипела ярость, которая, казалось, отчаянно хотела вырваться наружу.
Когда наша одежда была обыскана, губы Кейна дернулись в раздражении.
— Повернуться, руки на стену, ноги раздвинуть.
Ох, к черту мою жизнь.
Я повернулся, прижимая ладони к стене, и посмотрел на Розу. Она бросила на меня испуганный взгляд, складывая губами слова: «где он?».
Я нагло улыбнулся ей в ответ, хотя она не выглядела от этого более уверенной. Но она должна была знать, что я был слишком хорош в этом деле, чтобы подвести ее.
Вскоре руки уже ощупывали все мое тело, и я старался не думать о том, принадлежали ли они Волосатой Губе. Если у моего стояка и были какие-то мечты о возвращении, теперь они точно были далекими воспоминаниями.
— Ничего, сэр, — наконец сообщил Кейну офицер.
Наступила напряженная тишина.
— Одеться! — рявкнул Кейн, и я рассмеялся, поворачиваясь и натягивая одежду.
Роза пыталась поймать мой взгляд, вероятно, сейчас она была пиздец как растеряна. Может, она думала, что я проглотил его. Но я не собирался копаться в собственном дерьме ради ключа. Я был слишком хорош для такого.
— Тебе лучше проверить свой шкафчик прямо сейчас, — рыкнул Кейн на Гастингса.
— Ключ был при мне, клянусь, — попытался он, но Кейн направил его к выходу из комнаты, отказываясь на него смотреть.
Кейн оглядел нас всех подозрительным взглядом, и затем указал на дверь.
— По камерам! Вы все заперты до конца дня.
Мы зашагали вперед, и я оторвался от Розы, двигаясь сквозь толпу, пока я не оказался позади Кейна, который шел вместе с нами. Я ударил локтем в живот Лунного Волка рядом с ним, и этот ублюдок толкнул меня достаточно сильно, чтобы я врезался в Кейна. Я использовал импульс, чтобы повернуться и поймать себя на талии Кейна, скользнув рукой в его карман, я вытащил ключ.
Через полсекунды его кулак столкнулся с моим лицом, и я рухнул на пол.
— Тронь меня еще раз, и я переломаю тебе ноги, — прорычал он, отступая от меня, пока море тел расступалось вокруг меня, как прилив вокруг скалы. Я со стоном поднес руку к лицу, проталкивая ключ под язык.
Появилась Роза, спеша вперед и хватая меня за руку, чтобы помочь мне подняться. Я бросил ей косую улыбку, получая в ответ растерянный взгляд, и мы направились за толпой.
Спустившись на четвертый уровень, заключенные разделились на группы, направляясь к своим блокам. Кейн привел нашу группу в блок D и опустил мост над бездной, внимательно наблюдая за всеми, пока мы шли на другую сторону.
— Все по камерам. Проверка через пять минут, — угрожающе прорычал он.
Когда он узнает, что Гастингс действительно потерял ключ, он никогда не прекратит поисков. Поэтому Розе нужно было спрятать его где-нибудь, где он никогда его не найдет. Иначе ей конец. Я почти поддался искушению не отдавать ей ключ, опасаясь того, что случится, если ее когда-нибудь обнаружат. Но я должен был верить в моего маленького щенка. Она была самым сильным Волком из всех, кого я знал, не то, чтобы я когда-либо ей это говорил.
 
Я поспешил наверх с Розой, и она прижалась ко мне, ожидая, что я скажу, когда мы, наконец, окажемся за пределами наших камер.
— Где… — начала она, и я схватил ее за талию, притянул к себе и сунул язык в ее рот.
Я глубоко застонал, прежде чем смог остановить себя, проталкивая ключ между ее губами и задерживаясь там намного дольше, чем это было необходимо, пока ее губы двигались вместе с моими. Она была самой сладкой вещью, которую я когда-либо пробовал. Рот, на который я поклялся никогда не претендовать. Она была всеми вещами, что я не мог иметь, взбитыми в коктейль из запретных плодов. Ее язык встречался с моим голодными движениями, и огонь горел в основании моего позвоночника, пока я боролся с желанием затащить ее в свою камеру.
Я разорвал поцелуй с треском в груди, и ее глаза впились в мои на бесконечное мгновение.
— Не думай об этом слишком сильно, маленький щенок.
Я подмигнул и шагнул в камеру, жужжание предупреждало, что двери вот-вот закроются. Она нахмурилась, прежде чем направиться в свою камеру, не в силах сказать мне ни слова с ключом во рту. И спасибо звездам за это, потому что на всем белом свете не было ни единого шанса, что она не почувствовала, насколько мне понравился этот поцелуй.
Мой стояк снова был в полной силе. Предатель, которого ждала быстрая смерть. Потому что Розали Оскура была не для меня. И определенно не для моего члена.
Глава 15
Розали
Роари направился в свою камеру, даже не оглянувшись, и я повернулась и тоже зашагала к себе.
Мое сердце колотилось, а губы покалывало от воспоминаний о поцелуе. Поцелуе, о котором я мечтала, которого желала, за которым болела большее раз, чем могла сосчитать. И, святое дерьмо Пегаса на карусели, он стоил того, чтобы ждать. Каждый миллиметр моей плоти ожил от желания, и я почти задыхалась от возбуждения.
Его дразнящий отказ на мгновение выбил из меня дух. Но только на мгновение. Роари Найт мог утверждать, что не хочет меня, но я не могла быть единственной из нас, кто почувствовал химию в этом поцелуе. Клянусь звездами, я и сейчас чувствовала его рот на моем, и единственное, чего мне хотелось — это большего.
Все мои надежды на то, что Роари был просто зудом, который я так хотела почесать, были разрушены этим поцелуем. Потому что теперь, когда я попробовала его на вкус, я была даже больше уверена, что хочу большего. И в этой жизни было не так много того, чего я желала и не смогла получить.
Возможно, он пытался развеять мои надежды этим маленьким комментарием, но я не поддавалась на его уловки. Потому что, возможно, ему и пришлось поцеловать меня, чтобы передать мне ключ, но ни в коем случае ему не нужно было продолжать поцелуй так долго. Его язык оставался у меня во рту даже после того, как ключ покинул его рот. Не то чтобы у меня были какие-то претензии по этому поводу.
Раздалось низкое жужжание, за которым последовал грохот закрывающейся за мной двери камеры, заставивший меня сосредоточиться на том, что было действительно важно в данный момент.
Я быстро схватила запасную простыню, подаренную мне Роари, и повесила ее на дверь, убедившись, что в ней нет щелей, через которые могли бы подглядывать любопытные bastardos31, и поспешила через всю комнату к раковине.
Я опустилась на колени и достала изо рта ключ, вставляя его в замок левого наручника и делая пол оборота, чтобы высвободить магию.
Я вздохнула, когда сила прилила к кончикам моих пальцев, и быстро разблокировала и правый наручник.
Я слушала, как охранники рыскали по камерам на втором этаже, прочесывая каждый уголок и щель и проводя повторный обыск с раздеванием.
Мое сердце колотилось в груди, когда я торопливо прижала пальцы к раствору между кирпичами и усилием воли заставила его рассыпаться в песок и создать пространство.