Тяжелая поступь грядущей войны (СИ)
Ну да… Неприятно вот так говорить о любимой сестре, но, к моему удивлению, подавленным князь не выглядел. А ведь случись что-то похожее месяц назад, и парень гарантированно бы замкнулся. Предательство близких — это всегда страшно, а он ничего так, держится и даже заметно злится.
— И что ты обо всем этом думаешь? — воспользовавшись паузой, уточнил я. — Зачем ей это понадобилось? Артефакт вскружил голову, или она как-то связана с событиями последнего месяца?
— Не знаю, — со вздохом покачал головой Нори. — Пытаюсь найти объяснение, но в голову лезет какая-то ерунда. Глупо, с какой стороны ни взгляни. На сестру это совсем не похоже.
— Что не похоже? — поморщился я. — Ну, положим, асуров Аяка не нанимала, иначе её не заботила бы судьба Ки, но захват власти — это очень даже реально. Вот скажи: твоя сестра способна убить старшего брата? Я говорю о Керо.
— Нет, — снова покачал головой князь. — Это глупо, и Аяка на такое никогда не решится. Сестра слишком умна.
— Хорошо, — кивнул я, чувствуя некоторое облегчение. — Но тогда объясни, почему?
— Армия и народ не примут братоубийцу. Чтобы такое скрыть, Аяке пришлось бы перебить кучу людей, но даже если это у неё получилось бы — останется Хиро. Ты же помнишь, что мы умеем отличать ложь?
— Но Хиро солдат, и… — начал было я, но князь меня оборвал.
— В сёги[1] Керо проигрывал этому солдату семь партий из десяти, — с грустной улыбкой пояснил Нори. — Но дело даже не в этом. Убить Керо не так-то и просто. Брат — воин, чем бы там он сейчас ни занимался, а Аяка — всего лишь девушка. И даже с найденным артефактом она Керо не соперница. Только если в спину, исподтишка, но подумай сам: а что она ему перед этим скажет? Младший брат остался в гробнице? Ну сам-то ты как думаешь?
— То есть ей остаётся только бежать? Но она же могла это сделать, не закрывая нас здесь…
— Возможно, мы оба ей чем-то мешали? — Нори задумчиво тронул свой подбородок и, обернувшись, посмотрел в сторону выхода. — Если в городе что-то готовится, а мы…
— Мы? — поморщился я. — Или все-таки ты?
— Именно «мы» или, скорее, ты, — усмехнувшись, в тон мне ответил Нори. — Она ведь уже знает, кто ты такой, а самурай бога Луны — это фигура, с которой нельзя не считаться.
— Хорошо, — согласно кивнул я. — Но тогда сутки у нас есть? Ведь раньше вряд ли что-то начнётся? Значит, идём искать Слугу Мары, а потом уже будем решать, что делать дальше. Ведь пока асур не подох, думать о чем-то ещё как минимум глупо.
— Я знал, что ты это скажешь, — князь улыбнулся и дружески хлопнул меня по плечу. — Только есть ещё одна вещь, о которой пока никому не известно. В том саркофаге, где сестра нашла артефакт, лежал прах кого-то из родственников. Могилы Хидэо Ясудо наверху нет.
— И как ты это определил?
— На том захоронении был выбит оскаленный волк, — пояснил князь и в подтверждение ткнул большим пальцем в один из красно-белых камонов у себя на груди. — Оками является символом нашей семьи с тех давних времён, но у Хидэо Ясудо в этот камон была вплетена ветка суги[2] — дерева, под которым он встретил жену. Я читал об этом в нескольких свитках и не могу ошибаться.
— То есть ты из-за этого столько времени был наверху?
— Да, — кивнул Нори. — Я искал могилу Хидэо, но там её нет. Мне кажется, что найдя ее, мы найдем и асура
— Или наоборот, — вздохнул я и, обведя взглядом зал, задумчиво посмотрел в сторону выхода.
Вот же блин… Хрен пойми что, и просвета пока не видно. Грохнули одну, но нужно искать другого. Аяка сбежала непонятно зачем, дверь заблокирована, и даже артефакт нашёлся в какой-то левой могиле! Не жизнь, а какой-то гребаный квест, где за каждым ответом следует по три новых вопроса. Ладно хоть друзья живы и даже не ранены, а то бы вообще труба…
— Ещё час на отдых и двинемся дальше, — проследив за моим взглядом, произнёс князь. — Неплохо бы, конечно, сходить вперёд на разведку, но…
— Да вон она — разведка — летит, — хмыкнул я, кивнув на влетевшую в зал кошку. — Сейчас все и узнаем.
Мысленно подозвав девочку, я дождался, когда она подлетит и поинтересовался:
— Нэко, расскажи нам, пожалуйста, что ты там видела?
Услышав вопрос, кошка забавно наморщила лоб, затем покивала и, указав рукой на выход, пояснила:
— Там… большая… пещера, развалины … храма, дома… мост… мертвая щель… смерть.
М-да… Мертвая щель и смерть… Так и представляется старуха с косой в неглиже и с оскаленным черепом. Эх… Зря я самогона напился.
— Что ты имеешь в виду под смертью? — собрав мысли в кучу, уточнил я. — Там враги? Чудовища? Что нам там угрожает?
— Не знаю… что угрожает. Не чувствую. Только… немного Хаоса, но… он не опасный, — глядя на меня, пожала плечами Нэко. — А смерть — она просто лежит…
— Лежит?! — выдохнул я, чувствуя, что мысли снова побежали в разные стороны. — Как это «лежит»?
— Упала… и лежит, — хлопнув глазами, ответила кошка. — Там щель… там хоронили…
М-да… Выгнав из головы образ пьяной старухи, я посмотрел на Нори. Князь посмотрел на меня, и надо было видеть его физиономию.
— Слушай, а пойдем к ёкай? — с улыбкой предложил ему я. — Может быть Эйка что-то поймет?
— Да, — кивнул князь, — пойдем. Вряд ли мы с тобой догадаемся сами…
[1]Автор напоминает, что Сёги — это японская настольная логическая игра шахматного типа.
[2]Суги — криптомерия японская. Вечнозеленое дерево семейства кипарисовые.
Глава 7
До пещеры, о которой рассказала кошка, мы шли минут двадцать, разгоняя эхо шагов по пустым залам, и в любой момент готовые к внезапной атаке. Впрочем, никто на нас нападать не спешил. Четыре просторных зала, через которые мы прошли, размерами не уступали верхнему и тоже имели по шесть боковых помещений каждый. Саркофаги обнаружились в первых двух. При этом все они были разломаны, но самой нежити нигде не было видно. Скорее всего, все эти твари подохли в недавнем бою вместе с суккубом.
Два последних зала были пустыми. Лишь кучи мусора на полу, полуобвалившиеся барельефы, черные рисунки вперемешку с подтеками проникающей сверху воды, запах аммиака и уже знакомые статуи.
Тетка с птичьей головой, судя по всему, была самым почитаемым божеством этого поселения. Не, ну не просто же так она тут как Ленин на каждом углу? В шести залах четырнадцать статуй, и при этом — все разные! И ладно бы бюсты, но тут-то трех-пятиметровые изваяния!
Шли не торопясь, в колонну по пять, останавливаясь перед каждым залом и дожидаясь, пока Нэко разведает путь. Нет, конечно, кошка здесь уже полетала, но в тот раз у нее не было задачи обнаружить противника. Так что лишняя предосторожность не повредит.
С бакэнэко вообще непонятно… В девочке словно уживаются два разных существа. Проснувшись, она спасла меня за мгновение до смерти, потом облетела и вылечила еще четверых «тяжелых» и только после этого добила остатки наседающей на строй нежити. То есть Нэко в критической ситуации действовала как опытный боец, и только потом превратилась в маленькую девочку, с заметными отклонениями в развитии. К слову, Смерть, о которой она говорила, это всего лишь статуя Синигами, а щель — большая трещина, через которую перекинут мост. Но почему она мертвая, так никто из нас и не понял. В общем, с этой кошкой ни хрена не понятно, но могу предположить, что ее заторможенное состояние — это щадящий режим существования, позволяющий сберечь какие-то там ресурсы. То есть, когда будет нужно, Нэко «проснется». По крайней мере, я на это очень надеюсь.
Из последнего зала вниз вел наклонный коридор диаметром с тоннель метрополитена. Пройдя по нему, наш отряд вышел на просторную площадку в полусотне метров от частично обвалившегося каменного моста, перекинутого через широкую трещину.
— Дальше пока не идем! — скомандовал идущий первым Кояма и знаком приказал своим бойцам рассредоточиться вдоль стены.
Повинуясь команде, первые две шеренги, привычно приняли в разные стороны и изготовились для стрельбы. Я вышел следом за ними, огляделся и испытал понятное в таких случаях дежавю. За спиной ошарашено выдохнул Нори, Эйка помянула какого-то Енка. Ну да… Они-то такое видят впервые, а я меньше недели назад уже успел насмотреться.