Тяжелая поступь грядущей войны (СИ)

Пока Иоши с Эйкой грызли свои жёлуди по второму разу, прикрывая вновь прибывших от Хаоса, я вдруг испытал острое чувство безысходности. Словно воздух вокруг отравлен, дышать тяжело, противогаза нет, и все закончится плохо. И дело не в этих тварях, чьи разорванные тела валялись неподалёку, и даже не в Великом Асуре… Уверен, что мы уничтожим чудовище, но выйти обратно будет очень непросто. 
Эти плиты, резьба на стенах, орнамент и разбитые саркофаги… Древняя дыра, похожая на Морию или гробницу какого-нибудь фараона. Войти не так трудно, но билета в обратный конец тебе никто не предложит. Так и останешься здесь считать грядущие столетия и охранять эти поганые камни. Не знаю, почему в голову лезут такие поганые мысли… Возможно, я просто жутко устал? И ещё эта татуировка… 
Подарок Хозяина Океана чесался последние несколько дней, но сегодня это было особенно неприятно. Цвета и формы орнамент на запястье не изменил, но стоило почесать, и рука начинала гореть. До плеча или даже до шеи. Нет, я не тупой и понимал, что артефакт ко мне должен привыкнуть, и сейчас этот процесс как-то ускорился, но непонятно что, мать его, в таких случаях нужно делать? 
Чесать? Опустить в воду? Что-то сожрать? Приложить подорожник или просто забить хрен? Иоши с Эйкой только пожали плечами, сказав, что у них никогда не было артефактов. Нори предложил сходить к берегу и позвать одну мою знакомую девушку, но меня такой вариант, конечно же, не устроил. Ничего ведь срочного не происходит, а рука — это же ерунда… Надеюсь, её не придётся отрезать… 
— В две линии! По пятнадцать! — коротко скомандовал незнакомый самурай, и солдаты, с опаской косясь на разбросанные в зале трупы, прошли вперёд и образовали строй у ближней правой двери. 
— Я сама попробую открыть, мне нужно это почувствовать, — не терпящим возражений голосом произнесла княжна и, кивнув Эйке, направилась к «водопроводному крану».
Девушка выглядела бодрой и вполне отдохнувшей, очевидно полностью придя в себя после того, что случилось недавно. Князь с сомнением посмотрел ей вслед, затем махнул Кояме и вместе с десятком телохранителей занял место слева от строя. Остальные, вместе с командиром встали с другой стороны. Ёкай позади строя — колдовать они смогут, если что, и оттуда. Ну да… 
Тяжело вздохнув и ещё раз обведя взглядом зал, я машинально почесал левое запястье, поморщился от поднявшегося по руке жара и занял своё место около князя. 
Не знаю, что ждёт нас там за стеной, но с учетом тяжёлой артиллерии в виде четырёх заклинателей, сотню тварей мы уничтожим без особых проблем. Главное, чтобы там не было ничего пострашнее.
— Открывай! — видя, что все готовы, приказал сестре князь.
Аяка кивнула, положила руки на запирающий механизм, запрокинула голову, и только тут до меня дошло, что сейчас она потратит Силу и… 
— Стой! — рявкнул я, но было уже поздно. 
Плита быстро поползла вверх и… ничего страшного не случилось. 
Открывшийся зал был практически точной копией тех двух, что мы уже осмотрели. Высокий потолок с резьбой по периметру, полустертые рисунки на стенах, навроде тех, что рисовали на кувшинах древние греки, и пятьдесят саркофагов. Правда в отличие от зала напротив, здесь все каменные гробы были целыми. Не знаю, но, возможно, на это как-то повлияла закрытая дверь?
— Что такое? — заглянув внутрь помещения, княжна нашла меня взглядом и вопросительно подняла брови. 
— Открывая, ты тратишь свою Силу, госпожа, и стоишь в неудобной позиции для атаки, — пожав плечами, пояснил я. — С учетом же недавних событий… 
— Все в порядке, Таро-сан, — успокоила меня девушка. — Атаковать я могу и отсюда, Силы потратила каплю. Мне действительно нужно было почувствовать заклинания этого места…
— Почему бы не сделать это, закрыв уже открытую дверь? — логично возразил я. — И не подвергать себя смертельной опасности?
— Она просто такая же авантюристка, как некоторые, — скосив на подругу взгляд, мысленно заметил Иоши, прекрасно понимая при этом, что Ясудо его тоже услышат. 
 
— «Некоторые», в отличие от людей, способны очень быстро перемещаться, — глядя на Аяку, в тон приятелю так же мысленно ответила Эйка.
Князь при этом нахмурился, а княжна… Аяка улыбнулась и, глядя на меня, произнесла: 
— Да, Таро-сан, ты прав. Я не подумала об этом, но все же закончилось хорошо? Оставшиеся залы будет открывать госпожа Эйка, а сейчас, — девушка посмотрела на брата. — Сейчас мне нужно осмотреть все захоронения, чтобы найти нужный символ на крышке. Я знаю, что нужно искать…
На всех саркофагах в уже осмотренных комнатах были выбиты символы очень похожие на камоны[1]. Ни иероглифов, ни дат, ни тем более изображений на крышках гробов не было, но хорошо зная историю своего рода, ты без труда найдёшь захоронение дальнего родственника. Только как же оно стремно: гулять между саркофагов, прекрасно понимая, что из них в любой момент могут вылезти жуткие твари, которые обязательно попытаются тебя убить. 
Впрочем, обошлось. Покойники остались в гробах, княжна не нашла нужного знака, и мы отправились в соседнее помещение. Там история повторилась. Двух выбравшихся из своих могил уродов Нори с Аякой уничтожили ледяными копьями, но нужного гроба здесь тоже не нашлось. Третье — дальнее от входа помещение — размерами не уступало главному залу, и здесь тоже обнаружилась статуя. 
Тот же птицеголовый урод стоял у дальней стены, сложив перед грудью свои тонкие руки, и задумчиво смотрел в нашу сторону. При этом из сотни саркофагов двенадцать было разбито, а всех вылезших из них «обезьян» вместе с двумя десятками непонятно откуда взявшихся тут оранжевых призраков, телохранители уничтожили стрелами секунд за десять. До нас не добралась ни одна тварь. 
Помимо всего прочего, в дальнем углу комнаты слева от статуи обнаружился запирающий механизм, но никакой двери поначалу мы там не увидели. Уже зайдя внутрь, обнаружили на полу запертый проход, ведущий куда-то в нижние помещения, но ничего, конечно же, сразу трогать не стали. 
Аяка в сопровождении пятерки телохранителей отправилась осматривать саркофаги, а мы с князем и ёкай остались неподалёку от входа и принялись разглядывать рисунки на стенах, одновременно страхуя княжну. Зал большой — примерно тридцать на пятьдесят метров. Гробы стоят редко, и даже если оставшиеся покойники решат вылезти одновременно, мы успеем среагировать и уничтожить их всех. 
— А что это хоть за урод? — кивнув на статую, спросил я у князя. — Тебе о нем что-то известно?
— Нет, — покачал головой Нори и тоже посмотрел в сторону статуи. — Слышал только, что возлюбленная Мары выглядела как огромная птица и была способна оборачиваться человеком. Имени её я не знаю…
— Её зовут Илит, — подсказала подошедшая Эйка. — Жуткое чудовище, разорвавшее и сожравшее многих. Не просто же так Владыка Кимона приблизил к себе эту тварь. Слышала, у них даже родились дети…
— Возлюбленная, значит… — смерив взглядом статую, хмыкнул я. — Ну если эта Илит такая тварь, то почему победители не тронули её изваяние? 
— А какой смысл? Это же не голем, — лисица пожала плечами и перевела на меня удивленный взгляд. — Кому она тут мешает? Это всего лишь статуя, Таро. И к тому же очень неплохо исполненная. 
«Ну да, некоторые мудаки из нашего мира с тобой бы поспорили. И Дзержинский с Лениным не дадут соврать», — подумал про себя я, а вслух произнёс:
— Ну я же не разбираюсь: голем это, или кто-то ещё. Ведь с каменным муженьком этой подруги я уже успел повидаться в пещере на острове. Он, правда, был раз в десять повыше…
— Кстати да, — не приняв шутливого тона, серьезно произнесла кицунэ. — До нас доходят слухи, что между Марой и Сэтом пробежала лисица. И мне кажется, я знаю, кто этому поспособствовал. 
— А до кого это «до нас»? — уточнил я. — И почему ты думаешь, что Сэт обиделся на атаку каменного болвана?
— Тот каменный болван был поставлен в пещере для защиты асуров от Хозяев Океана и до поры до времени прекрасно справлялся с этой задачей, — глядя мне в глаза, терпеливо пояснила лисица. — Как ты думаешь, его атака способна серьезно навредить богу, или кому-то из его ближайших союзников? А скелет ведь сказал тебе, что за нарывом стоит кто-то из них. Это же — как воплотить часть себя и перенести во внешний мир, понимаешь? Тот, кто стоял за нарывом, без сомнения испытал великую боль. А потом пришел Океан и добил его земное обращение! Как ты думаешь, это может быть причиной ссоры богов?