Гальрадский ястреб (СИ)
— Мирина, как идут дела? — бодро спросил старик.
— Доброго дня, господин, все хорошо, — скромно ответила она. — А кто это с вами?
Велимир чуть подвинулся, чтобы показать Мирине свою спутницу и, выдохнув, произнес:
— Вот, волей судеб пересеклись на одной из дорог. Её зовут…
— Я… Камилла.
Слова с трудом вырвались из уст девушки. В комнате наступила тишина. Мирина встала как вкопанная, не понимая в чем дело, а удивление старика сменилось неожиданной радостью:
— Хвала Святому Малеону! Я уж боялся, ты не заговоришь!
— Простите, — тихо ответила Камилла. — Простите меня.
Недолго думая, Велимир велел женщине отправиться за лекарствами, а также приготовить все необходимое для мытья. А когда Мирина удалилась, и они остались одни, Камилла аккуратно села на край кровати. Стоять уже не было сил и, казалось, только сейчас тело заныло от ран и усталости.
— Что стряслось с тобой, девочка? — поинтересовался, наконец, старик. — Можешь рассказать?
— Я…
Слова по-прежнему давались тяжело. Одно время, казалось, будто говорить больше не придется никогда, настолько безнадежной была ситуация. Собравшись с силами, она негромко сказала:
— Те люди случайно встретились на пути, прямо как вы. Меня схватили. Самый старший — Гальзар, вечерами сильно бил плетью, постоянно повторяя… я должна молчать, притвориться немой. Видимо, чтобы не проболталась, что путешествую против собственной воли.
— И ты не могла сбежать от них?
Камилла отрицательно покачала головой:
— Ночью меня приковывали к телеге, и я спала на земле, а днем не сводили глаз. Они отобрали все, что было из еды и воды, а затем мы вышли в незнакомые места. Я не знала даже, куда бежать и где искать помощи, если бы и была возможность. Думала, мы дойдем до первой деревни и там я найду помощь, но…
В комнату постучалась Мирина с белым застиранным полотенцем и сообщила, что все готово. Велимир велел ей позаботиться о Камилле, проводить и по необходимости помочь хорошенько искупаться. Нужно смыть всю грязь с тела, прежде чем обрабатывать раны. Камилла не рассчитывала на такое гостеприимство, но отказов он не принимал. Мирина принялась исполнять указание и повела девушку в конец длинного корпуса на первый этаж. Кажется, она радовалась женскому обществу.
В отдельной комнатке в конце коридора стояла большая деревянная бадья, отгороженная занавесом от посторонних глаз. На полке лежали несколько масел в бутылях и маленький кусочек мыла.
— Не стесняйся, никто не потревожит, — поддержала Мирина.
— Мы находимся в каком-то военном лагере? — попыталась выведать Камилла.
Мирина скромно отвела взгляд, прежде чем ответить:
— Господин Велимир всегда говорит: «Больше дела и меньше болтовни». Я оставлю тут пару полотенец и выйду за дверь, а ты как закончишь — зови.
Мирина быстро вышла, закрыв за собой дверь. Делать было нечего — Камилла неторопливо разделась и уселась в бадью, ощущая кожей теплую воду. Все тело предательски заныло, напоминая о ранах и усталости. Камилла открыла одну из бутылей с маслом и почувствовала легкий аромат цветов.
В детстве она жила в доме с другими семьями простолюдинов и о такой роскоши не смела и мечтать. Спать, готовить и принимать пищу приходилось вместе с другими семьями, а в комнату для мытья собиралась очередь по вечерам. Мыться требовалось быстро, чтобы не задерживать остальных. Ни о каком приятном времяпрепровождении в одиночестве не было и речи. Она всегда по-доброму завидовала Дьюку, у которого был собственный дом и земля, где он комфортно жил вместе с родителями.
Вздохнув, она впервые за долгое время позволила себе расслабиться. И взглянув на руки, поняла, что не может унять мелкую дрожь в кистях.
Глава 3. Закрытое общество
Мирина с заботой и осторожностью обработала раны Камиллы по всему телу, а затем предложила выбрать одежду из своего небольшого гардероба. Камилла потянулась к одному из пестрых платьев с желтыми кружевами, но затем все же взяла штаны и рубаху. В этой одежде девушка чувствовала себя гораздо привычнее.
Велимир уже сидел и ждал её в просторных покоях на втором этаже, где всё выглядело уютно и богато. На стенах висели красно-белые щиты, в углу маленький камин и стопка дров, посередине — большой письменный стол. В углу комнаты, возле окна, две небольшие застеленные кровати. Старик сидел за столом и пил вино из красивого серебряного кубка. При виде Камиллы он улыбнулся, отвлекшись от чтения каких-то бумаг.
— Выглядишь гораздо лучше, присаживайся.
Камилла села напротив и посмотрела на того, с кем волей судеб пересеклась на одной из дорог. Он и сам переоделся в одежду попроще, снял оружие и сплел сзади седые волосы, надел пояс поверх длинной рубахи.
— Позволь узнать, куда ты направлялась, когда повстречала тех людей?
— Я направлялась в Саргос, — ответила Камилла.
Велимир чуть отпил из кубка и задумчиво произнес:
— В таком случае надо будет подобрать для тебя пару ответственных ребят в сопровождение и собрать провизию побольше. И ещё стоит взять лошадей. Путь туда совсем не близкий, свернув с восточного тракта, мы только удалились от центральной провинции.
— Вы, правда, это сделаете? — с удивлением спросила Камилла. — Я благодарна за все, ведь… и так очень много уже сделали.
— Не стоит беспокоиться, — спокойно и с легкой иронией в голосе ответил он. — Если уйдешь одна и погибнешь там, получится, что Мирина зря тебя отмывала. На дорогах Гальрада в последнее время небезопасно. Бандитские общины развелись, служители продажных орденов. В некоторых местах просто так не прогуляешься, тем более без блуждающего.
— Выходит, вы здесь самый главный? — поинтересовалась Камилла.
— О нет, я лишь скромный помощник.
Затем он наклонился чуть ближе и заглянул девушке в глаза, будто смотря в саму её душу.
— Прости любопытство старика, но зачем тебе в столицу? Там ждет кто-то из родни?
Камилла опустила глаза. Стыдно было признаться, что там никто не ждал. После спасения от североземцев, она долгое время спала на земле и почти ничего не ела. Добравшись до большого селения, просила о помощи, но никто и слушать не хотел. Два года назад ей повезло забрести в один небогатый постоялый двор и попроситься на ночлег. Денег при себе не было, но пожилая хозяйка поинтересовалась, что случилось и, выслушав девушку, предоставила кров и еду. В обмен на работу, разумеется. Ночью Камилла спала в одной из комнат, а днем занималась гостями и уборкой помещений. Она прожила на постоялом дворе несколько зим, и казалось, что так теперь будет всегда. Но судьба распорядилась иначе. Старушка умерла, а её родственники быстро прибрали к рукам постоялый двор, выставив Камиллу на улицу. Ей посоветовали отправиться в Саргос и попытаться найти работу там.
— В Саргосе меня никто не ждет, — тихо ответила она. — Я шла в надежде освоиться и найти своё место.
— Эх, знаем мы таких, кто пытался, — ответил старик, будто подтверждая свою догадку. — Говорили, делать там нечего. В столице одни зажравшиеся вельможи, даже в подмастерье к кому-то пристроиться шансов мало. А я думаю вот что: хочешь остаться здесь, с нами?
— С вами? — переспросила Камилла с волнением в голосе.
— Именно. Мирина уже давно просила помощницу, да и скучно ей, поди, одной-то в мужском обществе. Будешь ей помогать? Жалования, к сожалению, обещать не могу, зато взамен получишь жилье, пищу, одежду. И вещи, какие требуются, по необходимости.
— Я согласна! — быстро выпалила девушка.
— Особого выбора у тебя нет, — с пониманием сказал Велимир. — Но в столицу сможешь уйти в любой момент, если у нас не понравится. Только, ты… готовить, убираться, стирать умеешь?
— Да, я все умею, господин!
Велимир откинулся назад на стуле и уставился в потолок, устало вздохнув.
— Значит, решено. Только ради всех Святых не надо меня так называть. Зови просто Велимиром.