Хакеры: Basic
— Цвет глаз действительно зависит от меланина, — неожиданно согласился с ним Мусорщик. — Амулеты каким-то образом понижают его уровень, но как и почему это происходит… увы, этого не знает никто.
— А у тебя, значит, тоже есть этот паук? — спросил Лекс.
— Не паук. У меня леопард. Но лучше бы была лиса. Ладно. Забудь, все это ерунда…
— Да? Надо бы найти Синку и задать ей несколько вопросов.
— Ты ее не найдешь, — покачал головой Мусорщик. — Если она сама не захочет, ее никто не найдет, даже Эмир. А вот Ника найти возможно. Только это дорого будет стоить. Понадобится много времени и денег. Поэтому Эмир не стал рассказывать саудитам подробности. Хакеров он убрал, все сделал чисто и, вроде, вернул свой авторитет. Зачем ему рассказывать, что кто-то смог уйти от ответственности?
— Значит, Ника никто искать не будет?
— Это дорого и хлопотно. У Эмира много других забот. Скажем так, на сегодняшний день месть Нику — для него далеко не главная цель.
— Зато главная для меня, — лицо Лекса исказилось от ненависти. — Я хочу, чтобы этот ублюдок заплатил за то, что сделал.
— Жизнью? — спросил Мусорщик.
— О, нет. Это было бы слишком просто. Как найти этих террористов, как их там…
— Дашнаков? Это профессиональные ищейки, и их услуги стоят очень, очень дорого.
— Не дороже денег, — зло произнес Лекс. — Я не успокоюсь, пока Ник не заплатит мне за взлом. Дашь мне их контакты по старой дружбе?
— По старой? Разве мы больше не друзья?
— Не думаю, что еще когда-нибудь обращусь за помощью к Армаде.
Мусорщик пожал плечами, подошел к столу, оторвал лист бумаги и написал на нем несколько символов:
6EQUJ5
— Это что за херня?
— Номер телефона.
— Номер телефона? И как по нему звонить?
— Это квест, — невозмутимо ответил Мусорщик. — Догадаешься, как звонить, попадешь на автоответчик. Скажешь, что тебе нужен хороший телескоп, тебе перезвонят и договорятся о встрече.
— Какая невероятная конспирация. А если я скажу, что мне нужен славянский шкаф, то мне предложат кровать с тумбочкой?
— У них действительно очень высокие расценки. Речь может идти о шестизначных цифрах…
— Спасибо.
Лекс демонстративно бросил очередной окурок на ковролин, безжалостно растоптал его и пошел к выходу. Подхватив пакет с мелочевкой, обернулся. Затем достал из пакета статуэтку ангела и протянул Мусорщику.
— Что это?
— Подарок… — Лекс не мог себе отказать в удовольствии хоть чуть-чуть развеять анонимность Мусорщика. — У тебя ведь вчера был день рождения, да, Леша? Поздравляю… тезка.
Сунув статуэтку в руки удивленного Мусорщика, Лекс вышел из кабинета и громко хлопнул дверью.
ГЛАВА 24
ДЕТСТВА ЧИСТЫЕ ГЛАЗЕНКИ
Азов-Краснодар, конец марта 2005 года.
Четыре месяца назад, пробираясь по грязному тоннелю Отстойника, Ник еще не знал, где возьмет деньги на еду, как найдет крышу над головой, и кто поможет ему оформить ксивы, хотя бы на первое время.
В ту ночь, а точнее уже под утро, когда браконьер на разбитой в хлам «девятке» вез его и Малого в Азов, Ник не знал, доживет ли до следующего дня. Он не был даже уверен, доедут ли они до Азова.
Оказалось, что доедут. И доживут до следующего дня, в подвале старой пятиэтажки, на едва теплой трубе, ежась от голода и холода.
С потолка капало — то ли конденсат, то ли трубы где-то протекали, но лужа была основательная. Что-то шуршало в дальнем углу — крысы, или кошки, а может, и те, и другие. Малой кинул туда камень, но шорох так и не прекратился.
Обоим было страшно, но они старались не показывать этого друг другу. Как ни странно, сильнее напуган был Ник. Малой же воспринимал происходящее как очередное приключение.
— Кто тебя ищет? — спросил мальчишка. — Это из-за компьютеров? Ты хакер?
— Да.
— Я думал, хакеров, как террористов, никто не находит.
— Если захотят, то находят, — пробормотал Ник.
— Ты банк взломал, да?
— Нет.
Малой помолчал немного, потом спросил:
— А долго учиться надо, чтобы хакером стать?
— Долго.
— Ты давно начал?
— С детства.
— Да ладно. Тогда еще компьютеров не было…
— У нас в интернате были.
Разговор не клеился. В ушах у Ника все еще звучали выстрелы, и он никак не мог успокоиться. Малой же, обычно неразговорчивый, сейчас напротив, был готов к общению.
— Тут где-то центральный рынок есть, а рядом с ним база.
На этой базе ночлежка есть, а еще там работяг без документов берут и платят вроде нормально.
— Откуда ты знаешь? — спросил Ник.
— Бичи в Отстойнике рассказывали. Ну, так что? На базе этой зависнуть можно, пока не потеплеет, и денег на дорогу поднять немного.
— Схожу завтра, посмотрю.
Ник закрыл глаза, но сон не шел. Малой тоже спать не спешил.
— Ты потом куда поедешь?
— Не знаю пока, — уклончиво ответил Ник.
— Я в Сочи рвану. Хочешь со мной? До Краснодара, потом Джубга, а там уже Сочи рядом.
— А там что?
— Там у меня бизнес будет, — мечтательно вздохнул Малой. — Шезлонги будем в прокат давать.
Внезапно Ник осознал, что в этот раз не получится, как раньше, купить билет, сесть и поехать без остановок. Денег ведь нет, их придется заработать, а это будет непросто. Малой же в такой дороге будет не обузой, а помощью, потому что, несмотря на возраст, у него есть опыт бродяжничества и умение не попадаться на глаза.
— Ну, так что? Поедем?
— Посмотрим. Давай спать.
Утром пошли на ту самую базу, о которой говорил Малой. Оказалось, что ночлежку давно спалили, да и хозяева на рынке уже несколько лет совсем другие — таджики, азербайджанцы, китайцы, в общем, интернационал. Но работа нашлась — снег раскидать, дров нарубить. Денег, правда, не дали — но шаурмой накормили, к тому же разрешили пожить в сарае.
Случайно прочитав в газете о ростовской бойне в статье «Трупы подземелья», Ник стал шугаться всего, даже собственной тени.
С базы носа не показывал, да и на самой базе боялся попасть под зрачки камер наблюдения. Мало ли, вдруг не локальные, а подключены к федеральной системе слежения.
Потом были две недели в рыбном цеху, где Ник с Малым работали грузчиками. Ночевали там же, в закутке, среди бочек, невыносимо воняющих селедкой.
Потом еще две недели на лесоторговой базе. Зарплаты так же не было, но были «погрузочные» от клиентов — первая наличка за последний месяц.
Между собой Малой и Ник в эти дни почти не общались — сил не было. Работа оказалась слишком тяжелой как для малолетки, так и для бывшего представителя офисного планктона. Тем не менее, они привязались друг к другу. Малой бегал на рынок за едой для обоих, а когда однажды на него напала стая бродячих собак, рыскавших в окрестностях, Ник бесстрашно пришел на помощь.
В конце марта, когда началась оттепель, испытав очередной приступ панической атаки, Ник решил рвать когти, о чем и сообщил Малому. Тот был не против. Через два дня они прибыли рейсовым автобусом в Краснодар.
Сняли квартиру на окраине — одна комната, посуточно, все удобства, на длительный срок — скидка десять процентов. Но на длительный срок они здесь задерживаться не собирались.
— На пару дней тормознем тут, потом в Сочи поедем, — сказал Ник, расплатившись с хозяином.
— А чего тут тормозиться, поехали сразу?
— Дело у меня тут одно есть.
— Какое?
— Детство хочу свое вернуть. Или хотя бы воспоминания.
На местном радиорынке Ник купил старый ноут и гарнитуру из наушников с микрофоном. Поколдовал с анонимными проксисерверами, загрузил скайп.
— Эд Макарыч, это я.
— Никита, ты? Deux es machina, в смысле ну ни хрена ж себе… а я думаю, что за Леночка ко мне в контакты ломится, скайп аж дымится… Ты как? Жив-здоров? Куда пропал?
— Жив-здоров, Эд Макарыч.
— Ну, слава Богу. Когда к нам?