Хакеры: Basic

Деньги, почет, слава, уважение, любовь, свобода, самостоятельность…
Идеальный мир прекратил существование в конце месяца, когда хозяева интернет-кафе обратили внимание на счета от провайдера. Внезапно они узнали, что фактический трафик не соответствует тому, который указывается в отчетах управляющей программы.
Проверили программу, нашли изменения, установили, как они работают и когда их сделали.
Дальнейшее было делом техники.
Ник с Лексом и двумя новыми подружками сидели в чиллауте ночного клуба. Час назад они продали несколько паролей для компании знакомых типиков и понятия не имели, что типиков уже допросили ребята из службы безопасности развлекательного комплекса.
Когда в чиллауте появились люди в костюмах с бейджиками охраны, пацаны, разумеется, и не подозревали, что это пришли по их души.
— Кто из вас Ник, а кто Лекс?
— А в чем проблема?
— В вас. Поднимайте жопы и на выход. Дамы сидят на местах и смотрят в пол.
Сначала вежливо попросили, потом с нажимом.
Привели в подвал. В отличие от детдомовского, этот подвал был сухой, теплый и хорошо освещенный. Только вот уютом тут ни разу и не пахло.
Пацаны включили дурачка, делая вид, что не понимают, зачем их сюда приволокли. Но после того, как им сделали ласточку, отпираться стало не только бессмысленно, но и небезопасно. Они, что называется, «запели» — рассказали все, в том числе и про диалаповый пароль, который продали почти полсотни раз.
Насилие прекратилось, началась беседа. Теперь пиджаки желали знать, кто и как возместит убытки.
А вот с этим возникли сложности, поскольку брать у детдомовских, во-первых, нечего, а во-вторых, западло.
По всем законам, Нику и Лексу должны были сломать несколько ребер, поставить пару фингалов и отпустить восвояси. Но бить их не стали. Продержали всю ночь в подвале, а утром отвели на беседу с одним из акционеров «Максиса», у которого здесь был даже свой собственный кабинет.
Ему было лет шестьдесят. Чекист на пенсии, «Максис» принадлежал его зятю. Он сам сказал об этом, чтобы у ребят не оставалось никаких вопросов. А еще сказал, что воровать у клуба, это еще пол-беды. А вот продажа пароля для диалапа, на котором за последние две недели повисло почти две сотни душ, проступок куда более серьезный. Особенно с учетом того, что пароль был закреплен за ФСБ, которые только-только стали переходить с телефонных дозвонов на выделенные линии.
Этот чекист-пенсионер предельно четко обрисовал ситуацию: либо заява в милицию и срок за мошенничество, либо искупление вины путем добровольно-принудительной работы.
— А что за работа?
— Надо кое-какие компьютеры посмотреть.
Пацаны, разумеется, выбрали второе, и в тот же день их отвезли на Литейный, 4, где расположилось управление ФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.
Задача — проверить локальную сеть Управления на предмет уязвимости. Не привлекая лишнего внимания, быстро, аккуратно и четко.
Кое-какой опыт у них был, благо интернет бесплатный, начитались литературы. Проверили защиту на несколько уязвимостей, одна сработала.
— Ты что сейчас делаешь?
— Смотрю, что у вас на серваке крутится. Демона давно обновляли? Я про почту…
— Кхм… наверное… я в этом не очень понимаю… 
login: admin………….######@@@@@ cat/etc/passwd
Переполнение буфера, вызванное Ником, спровоцировало выполнение кода, который открыл доступ к базе с паролями. Чекисты были очень удивлены, когда пацаны продемонстрировали им, как можно читать их почту, а так же удалять файлы с любого компьютера, включая директорский.
Шума так и не было… Ну, или он был, но прошел мимо ушей пацанов. Кого надо наказали, кого надо — уволили.
С юными взломщиками же провели беседу — чтобы не болтали лишнего, а затем привели в один из кабинетов, находящихся здесь же, на Литейном, 4.
Кабинет этот отличался от остальных кабинетов тем, что в нем окна были закрыты плотными зелеными шторами. Настолько плотными, что ни один лучик солнца не пробивался. Еще там громоздился письменный стол, на котором стояли чернильный прибор и статуэтка в виде краба, сидящего в весельной лодке. И еще там был хозяин кабинета, который запомнился меньше всего, и тому была причина.
 
Этот мужчина лет сорока, в неброском сером костюме, обладал тяжелым взглядом. Смотреть ему в глаза было так трудно, что уже через несколько минут беседы-допроса пацаны блуждали взглядами по столу да по шторам. А когда принесли чай, уткнулись в чашки, только бы не встречаться со взглядом хозяина кабинета. И на вопросы отвечали.
— Хакеры, значит?
— Эээ… да… то есть нет…
— Сеть в управлении вы взломали?
— Да это не совсем взлом был… просто буфер переполнили, и там ошибка…
— Все, все, хватит. Технические подробности в другой раз расскажете. Как вас, говорите, зовут?
— Меня Никита.
— Меня Леша… Алексей.
Кто, откуда, чем занимаются, даже что сегодня ели — тоже спросил. То ли переживает, то ли вербует. Врать не хотелось, потому что этот тип с тяжелым взглядом без всяких ласточек и подвалов страху нагонял так, что мало не покажется.
Игра в вопросы и ответы закончилась телефонным звонком, который выписал им путевку в жизнь и определил форму дальнейшего существования.
— С Гумилевым соедините.
— Да, Владимир Владимирович. Соединяю.
— Здравствуйте, Андрей Львович, вам хакеры нужны? Ну, или кто там… Короче, у меня тут двое молодых дарований, пристройте их куда-нибудь, пока они в тюрьму не угодили. Вроде способные.
Молодые дарования не знали, кто такой Гумилев, и не подозревали о том, что он только что купил через подставных лиц у DataART движок почтового сервера, которому суждено стать крупнейшим почтовым ресурсом России и положить начало основанию крупнейшей российской IT-компании.
Они еще много о чем не подозревали, но и без этого у них была передозировка информацией.
Начавшись когда-то в грязном подвале, здесь, в этом кабинете, закончилась их юность и началась вполне себе такая взрослая жизнь со всеми вытекающими из нее ответственностями.
  
ГЛАВА 2
 
СПРАВЕДЛИВОСТИ НЕТ
 
Москва, 9 сентября 2001 года.
Спустя три года после взлома «Максиса» Лекс нашел вход в пространственно-временной тоннель. Он находился в Москве, внутри МКАДа. Время здесь текло быстрее, чем в остальном мире, и три земных года длились примерно год с небольшим.
Станции метро, безликие лица, каменные джунгли, безумно стремительный ритм жизни. Если сравнивать с Питером, это как будто жизнь поставили на ускоренную перемотку. Ни секунды покоя, движение и еще раз движение.
Пространство — съемная двушка на окраине юго-запада и офис в центре.
Время — два поочередно сменяющихся этапа: понедельник-пятница и пятница-понедельник. Первые два-три месяца не привычно, но потом втягиваешься и привыкаешь к новому распорядку.
Правда, Лекс привыкал дольше. Даром что Питер не родной город, а все же там как-то спокойнее. А тут суета сует и, при этом, ничего толком и не происходит, потому что треть жизни уходит на дорогу, а это несправедливо.
Зато у каждого свой комп. Сбылась мечта из детства, правда, утратив свою актуальность задолго до того, как воплотилась в жизнь.
И своя квартира. Ну, то есть съемная, но сейчас в ней хозяева Ник и Лекс, а не кто-то еще.
Юго-запад столицы, пятнадцать минут до метро, седьмой этаж, квартиру сверху занимают китайцы. Однажды у них прорвало трубу в ванной и пацаны, пытаясь объяснить им, что их затапливает, рисовали на бумаге картинки, изображающие лопнувшую трубу и потоки воды, стекающие с потолка.
Второй год двадцать первого века.
На щите у подъезда висит реклама интернет-провайдера, но в дом еще не протянули кабель, обещают через пару месяцев.
А пока выручает старый добрый модем, занимающий телефонную линию, визжащий и скрипящий во время дозвона, и рвущий связь тогда, когда ему вздумается.