Система Возвышения 6: Системный Король (СИ)

Облака пепла сгустились, источая сам мрак и подавляя всякий свет. Гнев Небес, до того активно борющийся с черепами, в единый миг был изорван и подавлен, а затем соединённая мощь обоих заклятий — прах окружил каждый из черепов своеобразным саваном, многократно усилив их. В единый миг моя защита рухнула и я, из последних сил, отправил в атаку своё заклятие — но более двух третей из сотен огненных шаров были подавлены и уничтожены прорвавшимися вражескими атаками.
Те же, что успели достичь своих целей, одно за другим детонировали, сталкиваясь с защитой противостоящих мне магов. Пламя устраивало огромнейший взрыв, который значительно усиливался вливающимся в него Воздухом, что не давал огню рассеиваться и помогал концентрировать всю мощь атаки в одной точке, порталы, заранее открытые, позволили преодолеть их общий защитный барьер и столкнуться с личной защитой, а в месте удара вдобавок к шторму пламени возникала гравитационная аномалия. Ну и как вишенка на торте — молнии образовывали настоящую сеть вокруг поражённых врагов. Эта, последняя часть, должна была обрушиться на врага в случае если он выживет — и рассчитана она была так, что бы ударить до того, как тот обновит защитную магию. А если противник умрёт от первых трёх слоев атакующей магии, молнии должны будут перетечь к соседним сгусткам пламени и их усиливать.
Поражённые же огненные шары стремительно теряли стабильность от воздействия магии некроса, обращая всё кругом во прах. Зрелище весьма напоминало мне видео на тему ядерных грибов, что запомнились ещё с земли — и ведь каждый из подорвавшихся ударов в мощи не уступал средней ядерной боеголовке.
За миг до того, как удары вражеской магии поразили меня, я увидел, как левый глаз огромной твари, которой обратился Некромант, на миг потерял свечение, а затем снова загорелся.
— Ах ты ж хитровыебанный сукин сын! — с некоторой долей восхищения пробормотал я за миг до того, как лишиться сознания...
  
Глава 19
 
Сознание возвращалось медленно и нехотя. Сперва пришло ощущение собственной души, затем Воли, уже после я сумел просканировать свою ауру и понять, что неслабо потрёпан некроэнергией. Гниющие участки, что прежде полнились силой и мощью, сейчас оставляли желать лучшего. Попробовав использовать свои силы, я убедился, что они полностью заблокированы. Ну ещё бы, сука.
— Очнулся, Мясник? — раздался знакомый голос. — Не прикидывайся, я знаю, что ты в сознании. Не ломай комедию.
— Ну что ты, какая комедия, Васька, — открыл я глаза. — Ну привет, некрофил... или некроёб? Как вас, труповодов, правильнее называть?
— Быдлом был, быдлом и остался, — покачал головой сидящий на простой деревянной табуретке Системный Король, третий по силе в Калингоне. — Вот уж воистину — не всем с долголетием и силой приходить мудрость и разум. Кто-то как был хамом и невежей, так им и остаётся.
Я лежал в самом центре семидесяти с лишним лучевой звезды, скованный тонкой целью из астраита — прочнейшего из сплавов, весьма дорогом в изготовлении. Надо сказать, обо мне позаботились — лежал я на небольшом коврике, достаточно пушистом, что бы не чувствовать холода ледяных глыб, из которых состояло помещение.
Да, всё вокруг было создано из чёрного льда, что получался при смешении силы смерти и стихии воды. Гордость Василия Никишина, третьего по положению человека в государстве некромантов, что сам открыл этот магический элемент и активно использовал его. Умный, жестокий и достаточно трусливый человек, возвысившийся благодаря прагматизму и беспринципности, он был одним из лидеров мятежа — и я уверен, именно он стоял за противостоянием на политическом поприще Седыху. Другим ума бы не хватило реализовать такую комбинацию, при которой Некроманта поставили раком его же оружием.
В помещении находились так же десятеро магов. Один Системный Король, Дмитрий Котов, второй в Король Калингона, неизвестный мне гном, тоже в ранге Короля, и восемь альвов Бессмертных Князей — явно имперцы.
— Не ожидал, Руслан? — ехидно поинтересовался Дмитрий. — Думал, прилетишь весь такой красивый в Калингон, предложишь Некроманту вызвать нас на переговоры и прикончить, затем вы возьметесь за руки и за пару дней перебьёте всех наших сторонников? Удача слишком часто улыбалась тебе в прошлом, Минаев, и ты слишком расслабился. Ну да ничего, теперь твоё время прошло...
 
— И будущее за вами, и бла, бла, бла... — перебил его я с откровенным презрением в голосе. — Я понимаю тех, кто предаёт и бьёт в спину ради собственных целей и собственного возвышения, и говори мне об этом их, — кивнул я на нелюдь. — Император, то я бы не спорил. Но ты-то, червяк бесхребетный, чем гордишься? Сменил одного хозяина на другого и уже радостно лаешь, рассчитывая, что дадут будку побольше да миску поглубже? Пёс... Давай, полай, сучка! Встань на четвереньки и скажи гав-гав, может твои новые хозяева расскажут, какой ты хороши и как мило гавкаешь твоему новому хозяину!
Котов пошёл пятнами и, стиснув зубы, одним коротким шагом покрыл разделяющие нас три десятка метров. А затем на мои рёбра обрушился чудовищной силы удар, от которого моё тело подкинуло метра на три в воздух — а затем, не дав улететь слишком далеко или высоко, вдавило обратно в пол могучим давлением созданного Королём гравитационного поля.
— Как давно я хотел это сделать, — прошипел мне в лицо вставший на корточки некромант. — Очень хотел дать по твоему, — обрушился на моё лицо удар тяжёлого кулака. — Наглому! Самодовольному! Ебалу! — с каждым словом на меня обрушивался новый удар.
Из сломанного носа потоком хлынула кровь, но я лишь захохотал, стремясь вставить максимально возможное количество презрения.
— Ну что... Лёня... всё ещё насилуешь... с применением... некроса и различных... частей... военной... экипировки... женщин? — несмотря на все удары и на то, что уже лишился трёх-четырёх зубов, спросил я.
Да, вы не ошиблись — это тот самый Котов, что был наместником Гранда и насиловал и унижал Алёну. Засранец далеко пошёл, спору нет, но его прибить у Алёны во время войны не вышло — ведь он не подставлялся в ситуациях, когда это можно было спихнуть на монстров или нелюдь. Скользкий, в общем, тип, что после устроенной мной трёпки посвятил всего себя тому, что бы стать одним из сильнейших — и преуспел ведь, мерзавец! В чем-то мы с ним были схожи — а именно в жажде силы, но при этом я был явно поталантливее.
— Ага, — во всю пасть ухмыльнулся он. — Сегодня я отъебашу тебя, как господь бог черепаху, а после найду эту суку Алёну, запечатаю её силы и сделаю своей наложницей. Я, знаешь ли, с тех пор стал куда более умелым чародеем — и то, что я с ней могу сделать, не идёт ни в какое сравнение с тем, что было раньше! Я, знаешь ли, научился многому за прошедшие века...
Он ещё о чём-то разглагольствовал, разъясняя как он будет ебать Алёну и Хельгу с Кариной на моих глазах, подвергая их различным мучениям и при этом заставляя меня наблюдать за этим, но я, наконец, нащупал то, что искал. Крохотный, незаметный изъян в системе заклинаний, что опутывали меня, не позволяя использовать свои силы — как я и думал, мне не показалось, и моя весьма рискованная ставка сыграла. Мне не показалось, и Некромант действительно подмигнул мне перед последним ударом. Не зря я рискнул и не стал прибегать к самоубийству — хитрый сукин сын действительно обставил моё пленение максимально реалистично, напав внезапно и без просвещения меня в свой план. Подмигнуть огромным оком духа смерти в форме черепа и рассчитывать на то, что его поймут... Это действительно было хождением по тонкой грани. Если бы я не понял, он просто реально меня скинул, мне кажется. Хитрый старик предусмотрел все варианты развития событий, оставив себе пути отступления на любой случай. К тому же он явно понимал, что Котов захочет поглумиться надо мной до того, как отдать людям Императора — точно знал о том, насколько сильны комплексы засранца, созданные мной.
Меня опутывало больше полусотни заклинаний, и пятьдесят первое как раз служило центром всех этих чар, соединяя их действия воедино и не позволяя мне прибегнуть к собственной магии. Однако я уже потихоньку приступил к тому, что бы выпутаться из этого дерьма.