Спасти графство и законного короля! (СИ)
- Только не расстраивайся, твоя сестра выходит замуж за наследника Одгорина, Родрига.
- Значит, хотят подкрепить право на престол нашей кровью. Видимо, в своем праве не очень уверены. Зато матушка довольна. Она больше переживала, что сестра не может на балах присутствовать. Но я Алисии не завидую. Родриг жесток и похотлив. Он за юбками бегал еще когда мы подростками были. Спасибо, что сказали, Нелли. Если мне тоже что-то подобное на ум придет, то можно тоже приписать? Если свободное место останется!
- Конечно, я думаю, у тебя даже лучше получится.
- Спасибо, спокойной ночи, Нелли.
Последняя фраза у Оливера, сейчас я не могла назвать его Эвертом, ну не получалось и все! Так вот, последняя фраза прозвучала как-то многозначительно и как-то не окончено. Как будто человек хотел сказать что-то еще, и резко передумал. Я спокойно тоже пожелала спокойной ночи, и мы разошлись. Так, не забыть выделить Оливеру комнату под мастерскую. Заодно они с Авелем могут там спокойно свои идеи обсуждать, тем более, я их завтра, нет, завтра не выйдет, вернусь поздно, послезавтра озадачу. Паровым двигателем.
Глава 14.
Утром встала рано, пробежалась по замку, нашла подходящую комнату в гостевых покоях, светлая, без портьер, но это даже лучше, выходит на юг, кровати нет, утащили для общежития, так я назвала выделенное для почти здоровых помещение. Приказала убрать, что бы пыли не было. Оставить трюмо, принести выставленный из королевских покоев секретер с замком, а из оставшейся старой мебели массивный, прочный дубовый стол. Даже интересно, почему его выкинули, и несколько стульев. Велела, как уберут, закрыть на ключ и отдать его Эверту. Он будет для меня одну работу выполнять. Что бы никто не тревожил, и не отвлекал. Ключ у него постоянно будет. Убирать там будут сами, с Авелем. Там же решила расположить и мальчишку – резчика. Так и секрет соблюдем. А ему, мальчишке, скажу, что это секретные письмена особого заклинания. Не магу не понятные. Эверта встретила по дороге в столовую. Поздоровались, сообщила, что уезжаю к барону, комнату нашла, велела протопить и убрать. Ключ ему принесут. Могут там и с Авелем заниматься, если какая-нибудь новинка на ум придет. И отвлекать не будут и лишние уши не услышат. Только на время я там мальчишку неграмотного пристрою, резчика. Присмотрите за ним, что бы доски после работы тоже в секретер с ключом убирал, и что бы Авель пропаганду не читал. В таком деле чем меньше народу, тем больше безопасность. Потому что король взъярится, как только слухи поползут. И еще предложила вместе в храм съездить, на выходные. Согласился.
Быстренько посетила госпиталь, народу заметно поубавилось. Пожалуй, можно больных из домов забирать. Тех, кто потяжелее. Нечего там лежать, домашних отвлекать и заразу распространять. Вот по дороге посещу пару деревень, посмотрю, как там дела обстоят и решу. И тут придумала Авеля с собой взять, тем более, дорога пролегала через его родной городок. Пусть родным покажется, живым и почти здоровым, те его небось похоронили уже. Отправили Авеля в барак родные, так как у старшего брата жена как раз родила первенца, побоялись заразы. Он не обижался, тем более, попал в барак уже тогда, когда я там порядок навела, на полу не валялся, лежал на топчане, не так, как Оливер. Тому все ужасы пришлось по полной хлебнуть. И поправился быстрее всех. Авель обрадовался, решил заодно свои инструменты забрать, все равно больше механиков в семье нет. Торговцы одни. Потом к Пацифисту. Приклеилось к Олафу это прозвище. Вот возьму и в вольной так и напишу. Все равно фамилию надо давать! А что, Олаф Пацифист. Звучит! Приехали в его сарай, пороху уже столько, не знает куда сыпать. Я попросила воды, под причитания мастера смочили порох, перемешала в густое тесто, и положила сушиться. И тут подумала, что если высушить такие лепешки в прямоугольных формах, обернуть в промасленную бумагу, то хранить будет проще, а молоть по мере необходимости. Да еще, если в некоторые бруски воткнуть по фитилю с горением минуты две-три, чтобы отбежать успеть, то получатся хоть не динамитные, состав динамита не помню, хоть убей, знаю только, что там целлюлоза, но вполне добротные пороховые шашки. Вполне можно просто короля подорвать. Превратиться из таких мирных агитаторов в террористов, прямо Социалист – революционеров. Эс Эров, значит. Но тут палка о двух концах. Как бы не сделать жертву теракта мучеником. Народ таких жалеть любит. Лучше, если он сам раскается и отречется. Значит, надо что-то значимое взорвать и представить гневом Божием. Подумаю об этом на досуге. Олафу велела как порох высохнет и в камень превратится, позвать помощников и на мельницах ручных его смолоть. Тут уже помощников может не бояться. Они его секрет правильной смеси узнать не смогут, все уже перемешано. Тот понял и согласился. Попросил только разрешения еще один сарай построить, что бы мастерскую для размола организовать. Разрешила и лес и кирпич выделила. А готовый порох велела в ларях в старом подвале, который от сторожевой башни сохранился, хранить. Подвал в песчаном грунте, сухой, чистый. И боятся не надо, что молния ударит. Самой башни-то давно нет, на кирпичи разобрали. Домой заехала, переоделась, пообедала и к барону собралась. Летти со мной, куда же без нее! Все охала, что я опять чучелом оделась, волосы, что уже порядочно отросли под чепец спрятала, платье достала из маменькиных запасов, скромное, в каком она в храм ходила, оно на мне мешком висело. Ушивать не дала, только поясом затянула. Летти сказала строго:
- Помнишь тот разговор перед встречей с королем? Так вот, этот барон с ним в хороших отношениях, титул получил за то, что почти три года шпионил за его племянником, когда тот на севере жил. Пока между ними скандал какой-то не произошел. Так что увидит меня при параде, мигом королю донесет. Тот и утащит меня замуж за своего сынка, тем более, его старший брат через месяц женится. Так что побуду чучелом, тем более у этого барона сынок тоже имеется. Как бы глаз не положил. Вдруг я принцу не понравлюсь. Вот и толкнет сынка из баронов в графы!
Летти подумала и замолчала. И потом всю дорогу о моем внешнем виде не упоминала.
Вечером остановились в родном городке Авеля. Летти я поручила номер осмотреть, освежить, и приглядеть, как наш ужин разогревают. Что бы все чисто, как у Марьяны на кухне было. Марьяна поваренка послала, но приказ камеристки графини всяко весомей, чем какого-то паренька! Сама с Авелем к его родным поехала.
Он-то просил карету для прислуги и багажа с ним отпустить, так как инструмент тяжелый, но я решила, что поеду сама, в карете, по рассказам Авеля отец у него с тяжелым характером, прижимистый, может инструмент не отдать. Так что поработаю тяжелой артиллерией. Взяла с собой младшую горничную, она в экипаже для слуг ехала, Авеля посадила на козлы, в карету ему нельзя, урон для моей чести. Приехали. Лавка не на главной улице города, но и не на последней, торгуют всем подряд для среднего класса От сапог и кафтанов, до посуды и топоров. Вошла. Народ удивился. Авеля никто не узнал, за лакея приняли. Тот как вошел, так на какой-то ящик, стоящий в углу и уставился. Ко мне хозяйка подлетела, спрашивает, что госпоже угодно. За прилавком мужик бородатый, строгий взгляд. Хозяин. Рядом помоложе, борода пожиже и подстрижена по моде. Старший сын. Смотрю, куда Авель уставился, и понимаю, что в том ящике его инструменты и лежат. Значит, на продажу выставили. Хороши родственники. Ничего о судьбе сына не знают, в барак свезли и бросили, а его собственность на продажу. Я так прикинулась ничего не знающей дамочкой, тем более по внешнему виду я на графиню не тяну, бедная леди- помещица. Спрашиваю так наивно, что мне в поместье нужен набор инструментов для механика. Сама повернулась и Авелю подмигиваю, что бы молчал, не возмутился раньше времени. Радостный брат притаскивает ящик, выкладывает инструменты, объясняет, что к чему, и цену заламывает несусветную. Нашел дурочку! Я попросила упаковать. Мол, беру. Послала горничную за конюхом, велела в багажный ящик кареты уложить. И к выходу направилась. Хозяин за мной.