Спасти графство и законного короля! (СИ)
Я так разозлилась, что чуть пар из ушей не пошел.
- Значит так. Или ты мне делаешь столько пороха, сколько из имеющейся селитры выйдет, получаешь вольную и катишься на все четыре стороны с семьей, или катишься, крепостным, но один, семья здесь ждет. А мастера я найду. Не переживай. Не один ты такой в Венидии. Решай. Только порох должен быть не хуже того, что ты в фейерверки сыпешь! Проверим.
Пацифист обвел взглядом стоящих мужчин. Смотрели на него зло, кулаки сжаты, если бы не я, давно бы уже бить начали. Олаф вздохнул, и делать порох согласился. Я велела его отвезти в мастерскую, доставить туда все необходимое. А в конце пообещала, что расскажу ему один секрет, что мне Богиня в храме открыла, как сделать порох с предсказуемым результатом, что бы со временем не слеживался. Он на меня посмотрел с удивлением, но ничего не сказал. Я тихо попросила Густава за мастером присматривать. Сама мужиков оставила, велела не нарываться, но испытания продолжить. Эверта с собой забрала. Сказала, что он мне нужен. На возражения, кто записывать результаты будет, заметила, что Густав грамотный, запишет. А мне его каллиграфический почерк нужен. Посмотрел на испытания своей адской машины, и пока хватит! Вздохнул и поехал.
Дома велела обедать идти, отдохнуть, и потом ко мне прийти. Сама пообедала и спросила управляющего, есть ли у нас резчик по дереву. Нашелся. Молодой, из выздоравливающих. Неграмотный. Был еще один, опытный, но он мне не подошел, грамотный. Мне нужен был тот, кто те буквы, что на липовой доске Эверт выведет, прочесть не смог. Нужен мне он будет завтра – послезавтра. Пока я даже текст прокламации не сочинила. И чернила, которые для печати используются не придумала. Обычные не годились. Впитаются в дерево и все. Сижу, думаю. Вспомнила все виды красок. Еще в школе в художественный кружок ходила, маме мои детские каракули так понравились, что определила меня в студию при Дворце Пионеров (кто в Союзе жил, наверное помнят, что это такое) Там и в музеи водили, благо в центре Петербурга они на каждом шагу, и лекции о творчестве разных художников читали. Только второй Серебряковой (Зинаида Евгеньевна Серебрякова 1884–1967 — русская и французская художница) из меня не вышло, усидчивости не хватало. Под настроение рисую, нет настроения – месяцами к мольберту не подхожу. А потом медициной увлеклась, и творчество забросила. Но все, что знаю о красках, сейчас пригодилось. Так, значит, «произведение» мое на долгое хранение не рассчитано. Главное, что бы прочли, поняли, а там хоть пусть выбрасывают, хоть другим передают. Наборный шрифт применять не буду. Его отливать надо, из свинца, или из олова. А это опять лишних людей надо привлекать. Через них на меня выйти можно.
Одно дело оружие против Дамбрии, как все думают, разрабатывать, а другое дело власть, пусть не очень законную, подрывать. А я именно власть подрывать собираюсь. И, как я из детской литературы своего времени почерпнула, именно на шрифтах подпольщики часто и горели. Есть еще способ размножить текст на каком-то составе из желатина, как в «Мальчике из Уржума», книжке тоже из октябрятского детства, читала. Но совершенно не помню, как такую массу сварить, и какие чернила тут нужны. И на кухню к плите графиню не подпустят. Так что дерево. Начну с липовой доски, режется легко, без сколов, и доску уничтожить быстро можно. Камины в замке исправно топят, осень. Так что вспоминаю краски. Масляные. Сохнут долго. Надо быстрее, сутки, не больше. Вспомнила! Состав для набросков, тройник. Масло, или олифа, скипидар, лак. Масло конопляное или льняное найдем, лак, лак у столяров, что мебель режут, явно есть Скипидар. Надо в аптеке посмотреть. Раньше его от радикулита использовали. А проще, что бы опять алхимика не напрягать, и так на меня косо посматривает, просто узнать, есть ли в Графстве художники, или их со стороны приглашают. Художники нашлись. Свои, тоже крепостные! Ну и ну, какая я собственница! Правда, крепость прикрепляла не к человеку, а к графству. Но графство-то это Я! Хорошо, хоть обычая торговать «душами» в Венидии нет. Собралась, поехала в Рисс. Переговорила с одним пожилым художником. Чувствуется, пьянь знатная. Сейчас тоже страдает без денег. Начал писать портрет отца и матери, не закончил. Других заказов нет. Не до портретов людям. Я портреты незаконченные посмотрела. Лица выписаны, нет причесок и одежды. Спрашиваю, без модели закончить сможешь? Кивает и уверяет, что может, только одежда нужна. Подберет подходящие по комплекции модели, и с них напишет. Сказала, что бы пришел в замок, я ему гардероб батюшки и матушки покажу, пусть выберет подходящее. И я аванс ему пообещала выписать, что бы не голодал. Но только на еду на вино – ни-ни! А то высеку! (вот уже и привычки барские появились). Заверил, что в рот не возьмет, пока работу не закончит. Только после! Ох, чувствую, сопьется! Под разговор, выпросила пузырек скипидара и какого-то растительного лака. Якобы шкатулку подновить. Сажу у себя найду, или нажгу. Мне качество особо не нужно. Ну и масло уварю. Марьяна поможет. Она не любопытная. Надо барышне, значит сделает! Теперь текст! Надо сочинить так, что бы божественным казался. И да, валики забыла. Мягкий, для краски и жесткий, для прокатки бумаги. Это к столярам, не забыть заказать! Все, сажусь сочинять.
Глава 13.
Решила особо не заморачиваться. Текст без особых красот, прямой, рубленый. Типа: « Неисполненная клятва грозит Венидии многочисленными бедами: войной, голодом, мором. От мора уже страдает целое Рисское графство. Когда придет черед следующих? Народ, ты выступил поручителем, что Одгорин передаст власть законному наследнику после его совершеннолетия. Власть не передали, наследник пропал. Готовьтесь к худшему» Или: «Мор в Рисском графстве только начало, кара за лишение титула старшего сына за верность законному королю Венидии. Требуйте от Одгорина исполнения клятвы»! Или просто: «Долой клятвопреступника с трона»! «Одгорин, что ты сделал с наследником Евридия!? Верни трон законному королю»! «Клятвопреступников ждет кара богов! Она неотвратима»! Пожалуй, последние короткие фразы подходят больше. Народ в большинстве неграмотный, значит, кто-то будет читать, прочтет первую фразу, и неизвестно, станет ли читать дальше. Теперь подпортим праздник в герцогстве.
« Свадьба незаконна без одобрения главой рода»! «Бывшая королева выдает дочь замуж за одного из убийц своего сына»! «Кара небесная обрушится на вас, пирующих на крови»! Ну и так далее. Значит, надо печатать на одной доске, потом сушить, потом разрезать и подкидывать места скопления народа. Была у меня мысль засунуть часть бумажек в фейерверк и зажечь вместе с праздничными. Пусть разбросает над гостями. Потом подумала, что с большой высоты бумагу разнесет далеко в стороны, лучше с крыши кинуть, или с колокольни. Ладно, переговорю с пацифистом. Может, что и посоветует. Еще надо выйти на местных воров, или какая еще у них есть преступная гильдия, нанять для распространения слухов среди народа. Теперь надо переговорить с Эвертом. Писать ему придется, и к тому же зеркально. Значит, после обеда общее совещание, потом с ним переговорю.
Но на совещании выплыла другая проблема. Ко мне обратился Сэм.
- Барышня, просьба у меня. Не справляюсь я с сыновьями. Целый день молотами стучим, а выход всего ничего. Помогите, поговорите с бароном Обским, У него кузница к водяной мельнице присоединена, молот за счет воды стучит, кузнецы только болванку подставляют. Быстрей работа идет. Я уже к Бобу, кузнецу обращался, а тот говорит: барин не разрешил даже близко никого подпускать к молоту. Отказал.
- Сэи, а что, у нас нельзя такой же молот построить. Давай я съезжу, посмотрю на этот молот, барон графине не откажет, да и решит, что женщина все равно ничего не поймет! Поставим плотину, и повторим.
- Не выйдет, Ваша Светлость! Напор к нас не тот, а то бы я давно соорудил. У барона все на водопаде построено. Там такая высота, вода с напором падает. Не то, что у нас на мельнице!