Ты будешь моим! (СИ)
А вообще, здесь царит гармония и она буквально витает в воздухе. Свобода выбора, что предоставляет город, опьяняет: хочешь, можешь поехать к безграничному океану, позагорать на пляже или купаться в голубой воде; хочешь, можешь отправиться в пустыню или в парк с водопадами и озерами. Я была везде и все это безумно люблю, этот город настолько сильно в меня вжился, что его не выковырять нечем. Он позволил мне жить, занять свои мысли, которые крутились вокруг одного парня, новыми увлечениями.
Только он не смог подарить мне любовь…
Я не была домоседкой, студенческие тусовки и выпивка играли свою роль в процессе учебы. Да и вообще жизнь в студенческом городке насыщенная и запоминающая. У меня много друзей с разных стран мира, и с большинством из них я посетила разные уголочки страны. Будь то Большой Каньон в штате Аризоне, входящий в число семи чудес света, или Белая пустыня, очередная загадка природы.
Я отвлекалась как могла, погрузилась в учебу, а свободное время посвящала путешествиям. Знакомилась с парнями и ходила на свидания, только вот дальше одного или двух свидание дело не заходило. Я просто подсознательно всех кандидатов на свое сердце сравнивала с ним.
И вот я сижу в империал-классе самолета, который возвращает меня домой.
А что меня там ждет?
АЛЕКСЕЙ
— Алексей Андреевич, ваш кофе, — уверенной походкой в кабинет входит женщина тридцати пяти лет, на стеклянный стол, наполовину заваленный бумагами, ставит кофе. — Можно я уйду сегодня пораньше?
— Повод? — не подминая головы от бумаг, интересуюсь у своей секретарши.
— У меня, вообще-то, сегодня нерабочий день и консультация у врача, я вам говорила, а вы, как всегда, заработались и забыли, — поднимаю на нее удивленный взгляд и наблюдаю, как Ольга Аркадьевна с укором качает головой.
— Вы правы, заработался, — откидываюсь на спинку кожаного кресла и провожу руками по голове. — И да, конечно, вы можете идти.
— Спасибо. Кстати, договор по «СитСтрой» у вас на рабочей почте, также список сотрудников на собеседование. И постарайтесь уже определиться, мне со дня на день рожать, а как я вас оставлю без замены?
Не отвечаю, считаю это риторическим вопросом, за три года работы бок о бок и так понятно, что один я не справлюсь.
— Постараюсь, можете идти, — заканчиваю разговор и, не дождавшись пока секретарша покинет кабинет, снова пытаюсь вникнуть в работу.
Но в голове, сколько бы я себя ни отвлекал, только и звучат слова босса «Слава прилетает послезавтра, приезжай с малым на ужин. Слава будет рада с ним познакомиться». Легко сказать, да только сложно сделать. Пять лет я жил мыслями о ней, как чертов сталкер следил за ней в социальных сетях, по несколько раз в день мониторил ее страничку.
Я окончательно увяз в ней, попал в ее хитросплетенные сети, еще находясь в летнем саду, пять лет назад. Когда наконец-то осознал, что девочка из моих снов, лица которой я все никак не мог разглядеть — Слава.
Я мог ей сказать тогда сразу о своих чувствах, но это было бы чревато последствиями. Наверное, я побоялся, что она поднимет бунт и откажется уезжать учиться. Мне бы этого не хотелось, она заслуживает хорошего образования, к тому же насколько мне известно, Калифорнийский университет — ее мечта. Сегодня она возвращается домой с дипломом в руках, и в честь ее приезда босс приглашает в гости.
Я чертовски сильно хочу ее увидеть, почувствовать и посмотреть, как она выросла и какой стала. И возможно, наконец-то сказать, как она мне дорога.
СЛАВА
— Уважаемые пассажиры, наш самолет совершил посадку в аэропорту города Москва. Температура за бортом двадцать три градуса Цельсия, местное время шестнадцать часов. Командир корабля и экипаж прощаются с вами. Надеемся еще раз увидеть вас на борту нашего самолета. Благодарим вас за выбор нашей авиакомпании. Сейчас вам будет подан трап. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки самолета, — уже давно заученную речь произносит стюардесса, а пассажиры, не спеша, складывают газеты, убирают плед и меняют удобные мягкие тапочки на обувь, достают свои телефоны и звонят, а позже коротко произносят «на месте».
Я же смотрю в иллюминатор, наблюдаю, как к самолету приставляют телетрап или просто «рукав». Внутри все горит от предвкушения встречи с семьей, я очень давно их не видела, особенно двойняшек, к сожалению, наши каникулы редко совпадали. Сейчас они выросли, так же как и их шуточки, Алиска так вообще в свои шестнадцать уже влюбиться успела, а я…
А я не смогла разлюбить.
Беру свой рюкзак и, улыбнувшись стюардессам, покидаю огромный двухпалубный авиалайнер. Направляюсь в сектор выдачи багажа, взглядом ищу нужную мне ленту и отправляю короткое сообщение с одной лишь цифрой четыре, означающей целых четыре чемодана. Меньше чем через десять минут ко мне подходит двое мужчин, работающих у отца в компании охранниками, и забирают все мои нажитые вещи в Лос-Анджелесе.
— Славка, — не успеваю найти своих родителей взглядом, зато вижу шустрого парнишку вихрем несущегося на меня.
Артемка подлетает ко мне и всей своей недетской комплектацией врезается в меня так, что я даже пошатнулась и одновременно ужаснулась, не понимая, откуда в десятилетнем парне столько сил.
— Привет, моя хорошая, — улыбаясь, произносит мама, аккуратно вытирая слезы, которые катятся из ее глаз цвета неба.
Маме уже сорок, но выглядит она на тридцать лет и не старше. Она обладательница подтянутой стройной фигуры, пусть и благодаря спортзалу, но уверена, ей завидуют многие женщины ее возраста. Ведь несмотря на возраст, она светится от счастья как юная девушка, которая первый раз влюбилась, находясь рядом с отцом.
— Привет, мамуль, — падаю в ее женские объятия и вдыхаю любимый аромат ее духов с нотками ванили.
— Так, а папочку обнимать, кто будет? — рядом ворчит отец как старый вредный дед.
— У тебя цветы и они колючие, — сомнительно смотрю на огромный букет роз, стебли которых, скорее всего, с шипами.
— Вот коза, — усмехаясь, произносит отец и напирает на меня с огромным букетом, я не успеваю увернуться, как он одной рукой хватает меня в свои медвежьи объятия.
Домой мы приезжаем почти что через два часа, и виной тому дорожные пробки, а я уже и забыла что это такое. Не переодеваясь, сразу же отправляюсь к бассейну, в котором вовсю плескаются двойняшки. Точнее, плавает Арсений, а Алиса, честно говоря, в довольно откровенном бикини загорает на шезлонге. Смотрю на нее со стороны, прикусив нижнюю губу и понимаю, что, нацепив солнцезащитные очки, она, скорее всего, спит. Перевожу взгляд на Арсения, который уже подплыл к бортику и сложа руки крест-накрест, смотрит на меня любопытным взглядом. Усмехаюсь, и, развернувшись, иду в сад, именно в ту часть, где находится садовый домик с инструментами. Беру пустое ведро и возвращаюсь, зачерпываю в бассейне воды и под крик младшего братишки: «Рота подъем. Война началась!» выливаю все содержимое на сестренку.
Уверена, ее визг слышат даже родители, не говоря о соседях. Она резко подрывается с шезлонга, снимает очки и все это под звучный аккомпанемент речи, спасибо, хоть цензурой. Замечает меня и ехидно улыбнувшись резко срывается с места и, схватив за руку, тянет за собой в бассейн.
Когда я всплываю и начинаю звонко смеяться, замечаю, что Арсений уже вылез. А еще вырос, по нему видно, что он начал увлекаться не только баскетболом, но и спортом в целом. Силовые нагрузки он себе позволяет не слабые.
— Попалась, — Алиска запрыгивает на меня со спины и погружает нас вместе под воду, я только и успеваю задержать дыхание.
Накупавшись и насмеявшись, вылезаем из воды. И пока я с ужасом смотрю на свой комбинезон, который прилип к моему телу словно вторая кожа, эти двое убегают в дом, не оставив мне ни одного полотенца.