"Фантастика 2023-146". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Люди провожали взглядами невесть откуда взявшийся и непонятно куда ехавший автомобиль с сидящими в нем военными. Кто-то что-то пытался при этом решить для себя, другие бездумно смотрели вслед. Проезд паккарда можно было вполне считать событием и как о таковом поведать знакомым. Нормальная провинциальная реакция на то, что выводит за грань размеренной, не блещущей разнообразием жизни. Этакое полусонное царство, удаленное от всех центров с их кипением страстей…
Никто не попытался остановить проезжающих. Ни напасть, ни спросить. Совсем как в старые добрые времена.
Очередная улица оказалось замощенной булыжником. Это давало знать о приближении центра, хотя езда сразу стала подобием пытки. Автомобиль трясло, словно он готовился развалиться. Что-нибудь сказать можно было лишь под угрозой лишиться языка, и даже указывающая дорогу Ольга теперь обходилась исключительно знаками.
Центральная площадь Красного не отличалась многолюдьем. Казенного вида николаевские здания походили на такие же в других уездных городках России. Разве что от полицейского участка остались одни развалины, да рядом с дверью в градоначальстве обвисшей тряпкой висел грязноватый красный флаг.
Потом булыжник закончился, и паккард вновь запылил по окраинам. По эту сторону от центра вид города изменился к худшему. Во многих местах заборы оказались повалены, несколько домов были разнесены по бревнышку, но по сравнению с виденным в других местах это не произвело на ехавших впечатления.
Улица совершила поворот, и Ясманис торопливо затормозил.
Перед самым выездом из города дорогу преграждала баррикада. Материалом к ней послужил всякий хлам из разрушенных по соседству домов, и в целом она не производила серьезного впечатления. Однако впечатление впечатлением, проехать через нее было невозможно.
Рядом с баррикадой расположились десяток молодых парней, вооруженных охотничьими ружьями, парой берданок да одной-единственной трехлинейкой. Службу свою парни несли плохо. Вид вынырнувшего автомобиля явился для них неожиданностью, и теперь они таращились на машину с не меньшим изумлением, чем пассажиры паккарда – на баррикаду.
Единственным их оправданием явно служило то, что импровизированная оборона была рассчитана на нападение извне. Об этом говорило само присутствие парней по эту сторону укрытия и направленные в сторону от города стволы дробовиков.
Взаимное замешательство длилось от силы несколько секунд.
Крепкий губастый парнишка выдохнул емкое слово из тех, что неприлично произносить при женщинах, и довольно проворно схватил берданку.
– Отставить! – Сухтелен рявкнул так, что руки губастого невольно опустились.
Подполковник легко выпрыгнул из машины, шагнул к баррикаде и командным тоном спросил:
– Кто такие? Что тут устроили?
Судя по всему, армию парни не прошли, но устоять перед видом и голосом Сухтелена не сумел ни один.
– Дружина города Красного, – с некоторым усилием произнес губастый.
– Что с того, что дружина? По какому праву перегородили дорогу? Кто старший? – продолжал рявкать Сухтелен.
– Дык энто… – робко встрял другой парень, из тех, про кого говорят поперек себя шире. Очевидно, поэтому он же был владельцем единственной трехлинейки. – Приходится… А ну как заявятся корытненские… Вот и велели охранять…
– Кто велел? И вообще, что за корытненские? – наседал Сухтелен.
– Ну, жители Корытни, одним словом, – склонностью к осмысленной речи здоровяк явно не страдал. – Повадились, вишь, озоровать. Ну, мы и энто…
– Банда, что ли? – осведомился подполковник.
Здоровяк почесал крупной пятерней крепкий затылок и покачал головой:
– Не. Не банда. Дома порушат, прибьют кто под руку попадется, ну, там самогонку, съестное прихватят, баб понасильничают, но чтобы грабить… – Он сморщил губы и убежденно повторил: – Не. Не банда. Говорю: озорники.
От подобных тонкостей Сухтелен несколько ошалел.
– Хороши озорники! – наконец сумел выдохнуть он и торопливо перевел разговор на другую тему: – Власть в городе у кого?
– Дык энто… У народа, вестимо.
– Народ – понятие неопределенное. Правит кто? Совет, Дума, атаман или всем миром по каждому вопросу собираетесь? – пояснил свой вопрос Сухтелен.
– По какому и всем миром, – встрял губастый. – А так кажинный делает, что хочет.
Офицеры переглянулись между собой. Высказаться хотелось всем, но впитанная в плоть и кровь субординация не позволила никаких слов.
– Это же анархия в чистом виде! – одиноко воскликнула Ольга.
– Вас сюда тоже мир послал или по своему желанию? – Сухтелен сделал вид, будто не расслышал возгласа барышни.
– А то как же! – важно ответил здоровяк, даже не понимая, что его ответ носит двоякий характер.
– Ладно, – выяснять дальше Сухтелен не захотел. – Банда велика? Ну, этих ваших озорников много?
– Не. С две дюжины будет. А когда и поболе.
– Они, могет быть, не так и страшны, только Васька… – вновь влез губастый. – Супротив его никак не выстоять.
– Так. Коротко и внятно. Что за Васька такой и чем знаменит?
– Да Бурлюков, – губастый сказал это так, словно это был известнейший человек на земле.
– Не знаем мы никакого Бурлюкова. И знать не можем, как люди не местные, – терпеливо пояснил Сухтелен.
Губастый изумленно развел руками. Похоже, что мысль, будто кто-то не знает Ваську, попросту не вмещалась в его голову.
– Он пастухом в Корытне был, – к счастью, вступил в разговор еще один парень, явно посмышленнее и пограмотнее своих приятелей. – Парень как парень. Только шутки у него всегда дурацкие были. То скирду разметает, то колесо у чужой телеги открутить норовит. Его у нас еще порою поколачивали, чтобы к нашим девкам не лез. А тут за какой-то месяц он вдруг такой здоровый стал, как три быка. Бревно из избы вырывает, словно это тростинка. Ну и при нем прихлебатели, само собой. Заявляются сюда и такое творят, что поверить трудно. А справиться с ним никто не может. Тех, кто пробовал, он враз насмерть пришиб. Вот мы и решили дождаться его здесь да встретить, как подобает.
– Богатырь Святогор в смоленском варианте, – не сдержавшись, пробормотал Раден.
Сухтелен бросил на барона красноречивый взгляд, отчего тот умолк и не стал развивать мысль дальше.
– И что, в одиночку целый дом разносит? – Подполковник покосился в сторону развалин.
– Дык энто… в одиночку, – подтвердил здоровяк.
– Это все его работа, – вставил смышленый. – И дома, и заборы, и вообще… Сказывают, Ваську даже пуля не берет.
– Если мимо стрелять, тогда, конечно, не берет, – задумчиво кивнул Сухтелен, а затем уже деловым тоном добавил: – Как я понимаю, Корытни нам не миновать, а там посмотрим на вашего Ваську. В общем, разбирайте свой завал, ребята. Да побыстрее. У нас и без доморощенных богатырей много дел.
– Лучше бы вы не ехали туда, господин офицер. Васька образованных не любит, – предупредил смышленый. – Не сносить вам там головы.
А уж это было лишним.
– Увидим, кто кого! – звонко выкрикнула Ольга и посмотрела на своих спутников так, словно ей заранее принадлежала честь победы над неведомым злодеем.
Офицеры позволили себе легкие улыбки. Им уже довелось встречаться со страшными чудесами, и потому отмахнуться от пулестойкого богатыря они не могли. Чем черт не шутит? Он с недавних пор только шутками и занимается. Но и бояться кого-то мужчины не собирались.
– Разбирайте, – повторил Сухтелен. – Говорят же вам: времени нет. Нам сегодня надо до Смоленска добраться.
– Дык, как же доберетесь, когда вас Васька встретит? – недоуменно спросил здоровяк.
Его дружки решили не спорить и потихоньку принялись за дело. Хотят проезжие военные нарваться на неприятности, так пусть нарываются. Наше дело предупредить…
Военные думали точно так же. Или, с точки зрения местного дозора, не думали вообще. Они даже помогли разобрать баррикаду, а затем бодро вскарабкались в паккард.
– Запомните на будущее: людей, способных противостоять пуле, на свете не бывает. Бывают плохие стрелки. И никогда не надо бояться того, кто пришел со злом в ваш дом. Чужой страх хорошо увеличивает собственную смелость, – произнес на прощание Сухтелен и махнул рукой Ивару: – Поехали. Придется этому Ваське принять нежданных гостей. Тех самых, которые хуже татарина.