Кингчесс (СИ)

Патрик Уолш только мысленно пожал плечами, он не очень годился для этой роли. С другой стороны, кто может привязаться к обычному изобретателю? Никто и не подумает, что он едет в Америку с тайной миссией и письмом от Мамбы, и он согласился с этим непреложным фактом. Получив деньги и письмо от Палача, Парик Уолш отправился в морской порт Матади и отбыл оттуда в Америку, выполнять возложенное на него поручение.
* * *
Конец сентября выдался сложным для Джозефа Кеннеди. Вечная политическая возня в Сенате САСШ кого угодно могла вывести из себя, но он последовательно делал политическую карьеру, и не в последнюю очередь благодаря помощи вождя чернокожих, и на его деньги. Для чего тот ему помогал, было до конца не ясно, но догадки у него, несомненно, были. Они и так лежали на поверхности. 
Да, он считал негров в душе людьми низшей расы, хоть и не был расистом. Но вся история Ирландии, которую последовательно уничтожали англичане, не давая возможности выжить, говорила о том, что не стоит возвышаться за чужой счёт. «Белые рабы» — так называли их, буквально двести лет назад, да и спустя какую-то сотню лет их положение стало не намного лучше. И только сейчас у ирландцев появились рычаги давления на людские массы, чем следовало обязательно воспользоваться.
В связи со всем этим, получив личное письмо от Мамбы, Джозеф Кеннеди был заинтригован и впервые в жизни мог признаться себе, что от его поступка будет зависеть не только его судьба, но и судьба целой нации. 
Точнее, не так, судьба одной части Америки, которая сможет повлиять на всю её целиком. Ведь до благословенных берегов Америки смогли доплыть не все ирландцы, которых судьба и нищета посадила на корабли, доставившие их сюда. И восстановить историческую справедливость — это дело чести каждого из их потомков, и он решил для себя — надо плыть в Африку!
Рейсовый пароход, спешащий в Габон, довёз Кеннеди до города Бома, бывшего раньше столицей Бельгийского Конго. Но здесь его никто не ждал. Выйдя с парохода и разместившись в колониальной гостинице, он недоумевал, не ошибся ли он и ещё десяток ирландцев, прибывших вместе с ним.
Вечером все его сомнения были разрешены, и паровой катер, спустившийся по реке Конго из Матади, взял их на свой борт и доставил уже к утру в порт Матади. Оттуда они поездом прибыли в город Леопольдвилль, переименованный в Конго, где и состоялась назначенная встреча.
Не было ни пышных дворцов, ни богато одетых людей, так же, как и сияния золота и драгоценностей. Встреча происходила в здании бывшей колониальной администрации, а вокруг не было ни души. Только чёрные патрули ходили взад-вперёд, арестовывая всех подряд.
Иоанн Тёмный восседал на походном троне, возвышающемся в конце комнаты, в центре которой стоял круглый стол. На его поясе висел маузер, с увеличенным магазином и золотой насечкой, а позади трона стояло знаменитое копьё, с бунчуком из шкурок дохлых змей.
Его слегка курчавые волосы уже тронула лёгкая седина, но глаза так и остались пронзительно черными, казалось, видевшие насквозь своего собеседника.
— Прошу присаживаться! — толстые негритянские губы раздвинулись в доброжелательной улыбке, обнажив крепкие белые зубы, — мы вас ждали.
— От лица всей делегации, я приветствую вас, император! Мы приехали, как это было и договорено с вашими людьми.
— Сколько представителей ирландских кланов приехали ко мне?
— Практически все, кто был оповещён, и кто не был связан финансово с Морганом и Рокфеллером.
— Полезное уточнение. Я искренне рад приветствовать откликнувшихся на моё предложение ирландцев. Дело в том, что у меня к вам есть очень выгодное предложение.
Все присутствующие настороженно замолчали, а Мамба, откинувшись на спинку трона и полуприкрыв глаза, продолжил говорить, внимательно отслеживая реакцию Кеннеди и прибывших вместе с ним ирландцев.
— Ни для кого из вас не секрет, что я негр, и именно это обстоятельство мешает вести мне многие дела на других континентах. Вам знакомо это чувство, когда вы сильный, умный, знаете, что будет дальше, а вас всё равно тыкают в происхождение?
 
— Да и ладно бы в происхождение. У русских есть пословица: «Встречают по одёжке, а провожают по уму». Да, я негр, но уже сделал для белых гораздо больше, чем для своих чёрных. И что? А ничего! И теперь мои интересы в Америке под угрозой! Но я… — и он вдруг, без всякого перехода, неожиданно встал и через мгновение завис над круглым столом, вокруг которого расселись на красивых стульях приглашенные ирландские делегаты.
Царь Африки оказался высоким и сильным мужчиной, его тело было покрыто шрамами на всех видимых из-под одежды участках кожи. От него ощутимо чувствовалась исходящая угроза, на любом уровне.
— Но я… не привык прятаться, и не спущу никому потерю своих интересов.
— Но каким образом мы сможем помочь вам? У нас нет ни общих интересов, ни ресурсов, ни сильного влияния на население и промышленную верхушку, — сказал Джозеф Кеннеди.
— Не надо прибедняться, — махнул рукой Иоанн Тёмный. — Всё у вас есть, а главное, у вас есть люди, и эти люди — белокожие. Улавливаете?
— Что вы нам предлагаете?
— Союз! Союз чёрных с белыми. Пройдёт не так много времени, и европейские страны схлестнутся между собой, не на жизнь, а насмерть, — начал вещать он. — Многие империи распадутся, перестанут существовать некоторые страны, и на обломках империй возникнут новые. Я знаю, я чувствую, это произойдёт раньше, чем я думал. И мы должны быть готовы к этому. 
— Америка находится в выгодном положении, она балансирует на краю, между разными концепциями жизни. Хотите ли вы увидеть, чтобы ваши дети жили лучше, чем вы. Хотите ли вы увидеть, как гордые и чопорные англичане, эти циники и любители многоходовок, будут бессильны перед вами. А вы, впервые за столетия, сможете им отомстить, или, хотя бы, утереть их ставший сопливым нос?
Все молчали. По растерянным глазам ирландцев можно было сказать, что они прониклись речью вождя, и в то же время, все пораженно молчали, не зная, что и думать, и как реагировать.
— Я предлагаю вам золото и контроль над моими активами и пассивами в Америке. Вы сможете купить собственную газету и, финансируя её, направлять общественное мнение в свою сторону. Назовите её «Флайкер» (вспышка), и пусть эта вспышка затмит все остальные издания. Журналы, газеты, радио, наконец, всё нужно пускать в ход. И вы добьётесь влияния в Америке.
— А вы, ВЫ, Джозеф Кеннеди, сможете даже стать президентом, если грамотно распорядитесь предоставленными вам ресурсами.
— Но мы же можем вас обмануть, как вы будете доверять нам, если всё, что вами сказано, правда?
— Да, это правда. Мы подпишем с вами договор и распишемся под ним своей кровью, а потом вы выпьете моё зелье. Нет, вы не будете отравлены, это не выгодно мне.
— Но это варварство, мы не согласны на это, — возмутился Кеннеди.
Все это время в комнате, где проводились переговоры, было нестерпимо душно, а на столе стояли стаканы и длинногорлые серебряные кувшины, наполненные водой. И, время от времени, кто-либо из ирландцев, слушая вождя, подливал себе в стакан лимонную воду, с лёгким мятным привкусом. Не отказался от неё и Кеннеди.
— На всё воля Божья! На что вы не согласны, на договор кровью или на зелье?
— И на то, и на другое!
Но многие из ирландцев были готовы на сотрудничество с черным императором, реагируя недовольным ворчанием на слова своего временного вождя.
— Хорошо, тогда мы озвучим всё то, о чём мы с вами только что говорили и отправим это в ведущие газеты Америки и Европы. Надеюсь, вы этого не хотите.
 
Все возмущённо заговорили, пораженные таким вероломством.
— Да и в распитии зелий уже нет необходимости, — Иоанн Тёмный кивнул на серебряные кувшины, выполнившие свою роль. — Джентльмены, это суровая необходимость. Вы осознанно шли на встречу со мной, а значит, понимали все риски, связанные с нею. 
— Давайте заключим с вами договор и приступим к операции века. Ни у кого из вас не будет желания остановиться. А у бедного старого негра будет возможность напомнить вам о нашем договоре. А то, белой нации свойственно быстро забывать о договорах с чернокожими дикарями. Надеюсь, вы не считаете меня таковым?