Сводная сестра мажора (СИ)

Вариантов развития в голове не возникает, возможно, потому что на меня нападает сонное оцепенение, глаза совсем не открываются, а сознание то и дело проваливается куда-то в небытие. Нужно встать, иначе я просто вырублюсь. Сейчас, полежу еще пару минут…
Я с трудом открываю глаза, шторы плотно задернуты, и от этого в комнате царит полумрак. Сев, оглядываюсь, одновременно прислушиваясь, но в квартире тихо. Телефон на тумбочке показывает начало двенадцатого. А еще сообщение от Славы. Быстро открываю его, часто моргая, чтобы прогнать остатки сна.
“Уехал за предками, будем около трех”.
Значит, я все-таки уснула вчера, просто вырубилась, пока он там в кухне шлялся. И мы не поговорили.
Зато мы занимались сексом. С ума сойти. Когда я ждала его вчера, то думала, выскажу все и мы разойдемся по разные стороны врагами. Но когда увидела, как он смотрит на меня, услышала его слова… Конечно, он поступил со мной отвратительно, но я поняла: он раскаивается. Только вот его раскаяние и признание в том, что я ему нравлюсь, никак не дает подсказки, что же будет дальше между нами?
В ванной я запускаю простынь вместе с вещами Славы, нет времени стирать одно отдельно от другого. Благо, простынь все равно темная, надеюсь, мама ничего не скажет по этому поводу. Хмыкаю этой мысли. Да ей плевать, даже если бы я в эту стирку засунула Славины кроссовки. Переживать точно не о чем.
До трех я откровенно маюсь, нарезая круги по квартире. Чтобы меньше нервничать, даже сбегала за продуктами и приготовила нормальный домашний обед. Не то чтобы я великий кулинар, но бабушка научила меня готовить. Вышло вроде вкусно, надеюсь, остальным понравится. Наконец без десяти три я слышу, как открывается дверь, и несусь в холл со всех ног. Первой заходит мама.
— Регина, – она радостно меня обнимает, одновременно стягивая туфли и оттесняя в сторону. – Даже не верится, что неделя пролетела. Италия – это просто сумасшествие! Я влюбилась!
“Я тоже”, – думаю я, но маме о таком лучше не знать.
Слава заходит в квартиру, что-то говоря отцу, идущему следом. Кидает ключи от машины на комод и поворачивается в мою сторону. Его взгляд застывает на мне, и я на несколько секунд перестаю слышать, что говорит мне мама, и даже дышать перестаю.
— Идем, – мама тянет меня за собой, я растерянно возвращаюсь в реальность и тут же ругаю саму себя. Не стоит при родителях так откровенно смотреть на Славу, они ведь могут что-то заподозрить.
Позволяю увести себя в спальню взрослых, куда Юрий затаскивает чемоданы.
— Я в душ, – кидает маме, она только кивает, не переставая рассказывать. Большая часть проходит мимо меня, я старательно прислушиваюсь к тому, что творится за стенами, непонятно только, зачем.
— Вы проголодались? – спрашиваю, улучив момент, когда мама лезет в чемодан. – Я поесть приготовила.
— Отлично, ты умница, а это вот тебе от меня презент из Италии.
Я принимаю от нее стильный скетчбук в черной обложке, а потом открываю рот:
— Настоящий молескин?
Она с улыбкой кивает головой.
— Ты же постоянно с собой таскаешь блокноты для рисования, вот я и подумала…
— Спасибо, мам! – это так неожиданно, что я обнимаю ее, она прижимает меня в ответ.
— Рада, что угодила, – отвечает, когда отпускаю.
Угодила – это точно. Конечно, я не поклонница брендов, но крутой скетчбук вряд ли продается на каждом углу. Значит, мама не просто купила первую попавшуюся вещицу, она действительно вспомнила о том, что мне может пригодиться. И это подкупает намного больше самого презента.
Разогревая обед, я даже думаю о том, что была к ней слишком категорична. Может, все дело в том, что мы почти не общались все эти годы, а теперь живем вместе и волей-неволей, но узнаем друг друга?
— Привет, – голос Славы заставляет меня замереть. Пройдя в кухню, он встает рядом со мной, опираясь спиной о гарнитур.
— Привет, – отвечаю нерешительно.
— Ты вчера уснула, я решил тебя не будить.
— Да, я так и поняла.
— Как ты? – он проводит пальцами по моему плечу, и я инстинктивно отскакиваю, боясь, что нас могут заметить. Слава тут же хмурится, а я чувствую себя виноватой.
 
— Извини, будет скандал, если мама увидит…
Он понимающе кивает, а я, сама себе противореча, быстро целую его в губы. От неожиданности он отвечает запоздало, а я быстро отстраняюсь, принимаясь накладывать еду в тарелки. Слава усмехается, разглядывая меня. Я запоздало думаю: имею ли я право целовать его? Да, мы занимались сексом, но так и не определились в наших отношениях. Может, ему это и не надо вовсе?
— Ты сама приготовила, что ли? – интересуется Слава и вытягивает пальцами кусок мяса из сковородки. Я шутливо шлепаю его по рукам. – Вкусно. Почему мы всегда это не едим?
— Потому что если я начну еще и готовить на всех, то мне точно будет некогда учиться.
— Ты уволилась?
Мотаю головой, Слава закатывает глаза.
— Почему? – спрашивает дальше.
— Слав, я не могу так, я…
— Ладно, давай потом поговорим, – перебивает он. – Найдешь причину уйти из дома?
— Думаю, да.
— Тогда я свалю после обеда, ты через двадцать минут. Буду ждать тебя в машине на парковке возле ТЦ через два дома.
— Ну что, детки, – мама хлопает в ладоши, появляясь на кухне, я вздрагиваю и отхожу от Славы, делая вид, что беру тарелки. Ну что ж, по крайней мере, он осознает необходимость разговора, и мы не будем делать вид, что ничего не произошло.
Подсознательно я боялась и такого. После прилюдного позора в универе отметать вариант игнора я не могла. Только еще вопрос: что именно он мне скажет? Со Славой ни в чем нельзя быть уверенной.
Обед проходит под мамины восторженные рассказы об Италии. Слава даже не пытается делать вид, что ему интересно, пялится в телефон. Юрий молча ест, я кидаю на него несколько взглядов, он не выглядит довольным, ощущение, что ему вся эта тема уже надоела.
К счастью, от меня требуется только поддакивать и восторгаться. Я рада, что она хорошо провела время. Это ведь ее первое путешествие за границу, конечно, у мамы полно восторгов. А Юрий наверняка не раз там бывал, вот ему все это и не кажется таким интересным. Человек может пресытится чем угодно, даже красотой.
Мне не приходится объяснять причину своего ухода: мама и Юрий после обеда ложатся отдохнуть с дороги. Я тихо ускользаю из квартиры и двигаю в сторону ТЦ. Дождя сегодня нет, но холодный ветер все еще задувает, пробирая до костей. Кажется, надо доставать теплую куртку.
Машину на парковке я выцепляю сразу, Слава стоит, прислонившись к капоту и быстро пишет в телефоне. Внезапно я робею. Что он мне скажет? Пока между нами неопределенность, можно думать и о хорошем, и о плохом. О плохом не хочется, конечно. А хорошее… Как вообще можно представить хорошее в нашей ситуации?
— Привет, – говорю, подходя и убирая за ухо волосы, которые выбил очередной порыв ветра. Слава сует телефон в карман и смотрит на меня.
— Сядем? – киваю в сторону салона, потому что Яров ничего не говорит. Мы усаживаемся в машину, я тру руки, пытаясь согреться, Слава включает обогрев.
— Спасибо, – наклоняюсь вперед, подставляя руки теплому воздуху, а Яров кладет руку мне на шею, заставляя повернуться. Ловлю его взгляд, но добавить ничего не успеваю: его губы накрывают мои.
Глава 23
Слава тут же притягивает меня ближе, заставляя отстраниться от печки. А когда обхватываю холодными руками его шею, он и вовсе тянет меня на себя.
— Что ты… – начинаю я, но позволяю усадить сверху. Отодвинув сиденье назад, чтобы руль не упирался мне в спину, Слава выдыхает, опуская руки на мою пятую точку:
— Так-то лучше.
И снова набрасывается на мои губы. Я не протестую, когда мы в такой близости друг от друга, мои тормоза срывает напрочь. Мы снова целуемся долго и чувственно, Слава расстегивает мою ветровку и пробирается руками под кофту, гладя живот. Я, постанывая, трусь о его возбужденный член.
— Давай свалим из дома, – шепчет он. – Я сниму номер в отеле.