Затерянные во времени (СИ)

- Не смейте так ко мне обращаться, - выпалила Инэрис уже с порога и остановилась, наблюдая за Ноланом, медленно водившим пальцем по раскрытому фолианту. Тот не шелохнулся.
Не то чтобы Нолан казался Инэрис каким-то особенно привлекательным, просто в последнее время она стала замечать за собой, что постоянно думает о том, как бы получше утереть нос этому малолетнему выскочке. Нолан едва ли выглядел на тридцать, в то время как всем придворным советникам было уже за пятьдесят. И походил он на них так же мало, как рыжий откормленный домашний кот на уличных голодных котов. Нолан всегда был аккуратно выбрит и тщательно причёсан, кожа его казалась холёной, будто её никогда не касалось дуновение морского ветра, а пальцы были хоть и не очень тонкими, но довольно изящными.
Инэрис нравилось, как Нолан улыбался – и как бешено сверкал глазами, когда она пыталась вывести его из себя. Вывести Нолана из себя было на удивление легко, хотя Инэрис не замечала, чтобы тот когда-нибудь повышал голос, общаясь с другими придворными.
- Вы врываетесь ко мне в дом и ещё смеете в чём-то обвинять? – спросил Нолан зло, поднимаясь из-за стола, и по тому, как дрожал его холёный палец, Инэрис догадалась, что Нолан едва сдерживался, чтобы не метнуться ей навстречу сразу.
- Вортигерн сказал вам считаться с моим мнением. А вы почему-то возомнили себя главным надо мной.
- А почему бы и нет? – Нолан всё-таки подлетел к Инэрис вплотную, и оба замерли, неожиданно чётко ощутив близость друг друга. Инэрис невыносимо захотелось попробовать губы Нолана на вкус – быть может, просто потому, что она давно уже не пробовала ничьих губ, а может, потому что злость на Нолана требовала выхода.
Инэрис толкнула Нолана к стене и приникла к его губам. Нолан был неподвижен секунду – а затем оттолкнул её, но лишь за тем, чтобы прижать девушку к стене. Они были почти одного роста, и Нолан не казался Инэрис особенно сильным, но драться с ним в полную силу собственных мышц не хотелось. Так что она попросту сосредоточилась на том, чтобы содрать с Нолана мантию советника и оценить то, что находится под ней.
Теперь, без этой бесформенной, похожей на платье, тряпки Нолан оказался на самом деле красив, и Инэрис с любопытством ощупывала его мышцы, мешая самому Нолану раздевать её.
Она оттолкнула Нолана, снова прижимая спиной к стене, и сползла вниз, поцелуями по новой исследуя грудь любовника. Нолан гладил её плечи и шелестел волосами, заставляя ещё больше дрожать от желания, – а затем поднял и толкнул к письменному столу.
Только тогда Инэрис на мгновение протрезвела и выдавила:
- Эй! – он резко оттолкнула Нолана и смотрела какое-то время на него. Продолжения хотелось неимоверно, но это не отменяло того, что она не собиралась отдаваться этому малознакомому выскочке.
Нолан явно хотел того же. Он притянул Инэрис к себе и попытался отвлечь поцелуем, плавно прошёлся руками по её спине и скользнул к ягодицам, ещё обтянутыми лёгкими дорожными брюками.
Инэрис поймала Нолана за волосы и оттянула их назад.
- Я не собираюсь под тебя ложиться, дошло?
- Это очень заметно, - согласился Нолан и, вывернувшись, приник поцелуем к её ключице. От внезапного удовольствия Инэрис ослабила руку и выпустила волосы Нолана, позволяя тому продолжать. Нолан тёрся о неё напряжённым телом, и это трение окончательно сводило Инэрис с ума. И всё же она по-прежнему не собиралась подчиняться.
Они поменялись местами ещё трижды, после чего Инэрис уступила.
Нолан брал её с ожесточением, одновременно засыпая плечи нежными поцелуями. Инэрис двигалась навстречу в том же яростном ритме, чувствуя, что не может насытить овладевший ею голод.
Потом Нолан сполз на пол и откинулся спиной на боковую стенку стола, и Иса сползла вместе с ним.
Никто не спросил, что это было, и никто не потянулся к другому, чтобы обнять. Уходить тоже не хотелось. Инэрис просто сидела и ласкала взглядом не по-мужски холёное тело Нолана. Она чувствовала, что хочет ещё, и не видела причин отказывать себе в продолжении – тем более, что в глазах Нолана горела такая же точно страсть.
 
Инэрис наклонилась, чтобы опереться на руки, и на четвереньках подползти к Нолану вплотную, и замерла, только теперь увидев выжженный под его правым соском кельтский крест.
  
Глава 8. Чаша и шар
 
Нолан всегда был проблемой.
Инэрис не помнила ни дня, когда бы Нолан не мешал ей усиливать позиции при дворе.
И хотя заветный кельтский крест всё ещё стоял у Инэрис перед глазами, о том, чтобы завести о нём разговор, не могло быть и речи.
Как-то Инэрис не выдержала и заявилась к нему, Нолану – теперь уже без приглашения, чтобы спросить напрямую:
- Что тебя не устраивает?
Нолан снова сидел за письменным столом и изучал ворох свитков. Когда Инэрис появилась в дверях, он лишь чуть заметно скосил на неё глаза и продолжил что-то писать.
Инэрис в два шага преодолела разделявшее их расстояние и выхватила свиток из рук Нолана. Тот вскочил моментально и дёрнул пергамент на себя. Инэрис не отпускала, и после второго рывка свиток с громким хлопком порвался на две части.
- Поверить не могу, - процедил Нолан, разглядывая оставшийся у него в руке обрывок. – Этот трактат прожил пять сотен лет – и прожил бы ещё столько же, если бы не появилась ты.
- Если бы ты не стал мне перечить, ты хотел сказать?
Нолан зло посмотрел на девушку.
- Ты не человек, а несчастье.
- А вот с этого места поподробней, - Инэрис отгребла свитки в сторону и присела на краешек стола, делая вид, что не видит, каким взглядом провожает её движения Нолан.
- Что тебе не понятно? Всё было отлично. Вортигерн верил мне и не задавал вопросов. Дела в королевстве шли просто замечательно. А что теперь? Он играет в чехарду. Угрожает мне тем, что ты станешь советницей, а знаешь, что будет тогда?
- Что будет тогда? – спросила Инэрис, не моргнув.
- Тогда я отправлюсь жить в лес, если, конечно, меня не сожгут на костре, а первым министром станет лорд Голфилд! Поверить не могу, ты вмешиваешься в дела чужого двора, даже не подумав выяснить, что здесь происходит.
Инэрис пожала плечами. Слова Нолана немного смутили её – ей и в самом деле до сих пор не приходила мысль о местной политике. Только о том, чтобы самой утвердиться при дворе.
- Ты прав, - признала она, и Нолан с удивлением воззрился на неё.
- Ты хочешь, чтоб я поверил, что ты раскаиваешься?
- В общем… да.
Инэрис задумчиво постучала пальцами по столу.
- Послушай, мне абсолютно всё равно с кем заключать союз. И если ты вдруг решил, что я заодно с Голфилдом – то напрасно. Я впервые услышала о том, что он претендует на серьёзный пост только что. Нам с тобой совсем необязательно ссориться. Тем более… что у меня к тебе есть парочка вопросов.
Нолан внимательно смотрел на неё.
- Ты мне не нравишься, - сказал он вслух.
Инэрис открыла рот, стиснула кулак и снова рот закрыла.
- Это преодолимо, - процедила подумав. – Поверь, со мной лучше не ссориться.
- Пока ты мне этого не доказала.
- Только не говори, что я должна пройти какое-то испытание. Честно говоря, я от них уже устала.
- И всё же ты должна пройти испытание.
Инэрис сильнее стиснула пальцы в кулак. Нолан бесил её всё сильнее, и на языке вертелся один-единственный вопрос: «Кто ты такой?».
- Чего ты хочешь? – спросила она вместо этого.
- Хочу, чтобы ты помогла мне найти одну вещь. Говорят, ты легко умеешь искать людей.
- Что за вещь?
Нолан замолк. Он явно сомневался.
- Начал, так говори.
- Пойдём, - сдался Нолан наконец и первым двинулся к двери.
Инэрис молча последовала за ним.
Они вышли в холл и, свернув в коридор, подошли к маленькой дверце, которую Нолан отпер своим ключом. За дверцей оказалась винтовая лестница. Нолан взял со стены факел и протянул его Инэрис, сказав:
- Подержи.
Инэрис послушалась, а Нолан извлёк из кармана кремень и огниво и разжёг факел, а затем сам взял его в руки и пошёл вниз.