Ратибор. Окталогия (СИ)
Князь Святослав (а это был именно он собственной персоной) въехал, наконец, в живой октагон из тел воинов и сверху вниз, со своего красавца вороного, гневно воззрился на двух бойцов. Оба вдруг почувствовали себя не в своей тарелке, ибо понимали, что в чём-то мирградский владыка прав.
— Да мы это, княже, размяться немного решили перед боем, — смущённо молвил Ратибор под гневным взором Святослава. — Так, ничего серьёзного, просто силушкой помериться…
— Угу, я и вижу! А вы что рты пораззявили⁈ Зрелища захотелось? — на этот раз государь обвёл взглядом притихших зевак. — Расходись давай, потеха окончена, враги на носу!
Зрители послушно стали расползаться по своим делам. Авторитет Святослава среди ратников был таков, что возражений не возникло ни у кого, хоть подобные кулачные поединки и являлись нормой для русичей. И лишь Ратибор опять пробурчал тихо, но внятно:
— Не гневись, княже! Моя вина. Уж очень хотелось помериться силами с этим увальнем! Слышал я про него и раньше. Будто непобедимый он! Ну а ты меня знаешь, мне это как бельмо на глазу…
— Если уж речь зашла о виновных, то моя оплошность-то поболее будет! — Светозар выступил вперёд. — Я всё это затеял, мне и ответ держать! Специально выманил на живца этого балбеса… Надеялся, что эта рыжая борода сам меня найдёт! Так и вышло… Медведь всегда учует, где мёдом пахнет…
— Мужчины! Воины! Друзья! У нас впереди битва, от исхода которой зависит, будут ли у ваших деток свои ребятишки и внуки или всё канет во мраке! То есть будущее Руси на кону, ни много ни мало! — Святослав сурово зыркнул сверху вниз со своего коня на понуро опустивших головы двух могучих витязей, как на двух великовозрастных сорванцов. Голос его смягчился. — Так что давайте, братцы, выяснение того, кто из вас балбес, а кто увалень, оставим на опосля! Сейчас же нам надо, чтобы каждый, кто может держать в руке щит и меч, были в строю, живы и здоровы! А вот после битвы можете баграми мериться сколько угодно! Договорились?
— Справедливо! Договорились! — молвил Светозар.
Ратибор лишь молча кивнул в знак согласия.
— Вот и славно! — Святослав заметно повеселел. — После битвы, коль победа будет за нами, и свадьбу Мирослава сыграем с Вереей! Он последний из вашей троицы, кто ещё холост был, но вот и его охмурили, — со смехом добавил князь, обращаясь к Ратибору и Яромиру, который тоже стоял недалече.
— А пока, — Святослав опять перевёл взгляд на Ратибора со Светозаром, — лапы свои медвежьи друг другу пожмите уж! Скоро вам в одном строю, плечом к плечу вместе стоять против недруга нашего лютого…
— Первый раз в жизни я получил такую затрещину, что на ясном небе вдруг звёзды почудились, — сказал Светозар, поворачиваясь к Ратибору. — А я выиграл много поединков и повидал достаточно добрых воинов, уж поверь мне…
— А я первый раз вижу, чтобы кто-то смог подняться сам после такой моей затрещины, — в своём репертуаре, но примирительно ответил рыжебородый гигант.
Светозар громко и задорно рассмеялся, по-доброму, не зло. Улыбнулся и Ратибор, после чего два богатыря протянули друг другу руки и обменялись могучим рукопожатием.
— А всё-таки ты обо мне слышал! А в Орёлграде врал, что нет, рыжий негодяй! Ты только не умирай там, ведь после битвы я хочу закончить этот бой, — Светозар прямо взирал на Ратибора. — Мне всё же интересно, кто же из нас кому наваляет… Так что смотри не окочурься раньше времени…
— Ты, гляди, сам не приляг в землицу сырую, а то я теперь тебе собрался накидать на свадьбе Мирослава с Вереей, прям перед светлыми очами твоего князя Изяслава, — Ратибор за словом в карман никогда не лез. — Так что и ты тоже не спеши к Перуну на пир, не лишай меня удовольствия ещё раз испытать на прочность твою седую бороду…
— Она у меня не седая!
— Нет, седая…
— Это у тебя седая!
— У меня рыжая, а у тебя седая…
«Индюки и есть», — улыбнулся про себя Яромир.
Прозвучавший в отдалении рог, извещая о приближении давно ожидаемого неприятеля, прервал уже начавшуюся очередную перепалку между двумя богатырями.
Местом битвы по молчаливому соглашению сторон выбрали дикое поле в четырёх днях пути от Мирграда, находящееся как раз по курсу следования хазарской орды. И русичей, и хазар устраивал такой вариант. Всё видно как на ладони; никаких засад из низовий или оврагов, никаких речушек и холмов, дающих какое-либо стратегическое или тактическое преимущество одной из сторон. Даже само поле было более-менее ровное, без каких-либо критических наклонов и неровностей. Кочевникам есть где развернуться со своей конницей, а русичи всегда любили прямой стык лоб в лоб. Так что место предстоящей сечи устраивало обе стороны. В общей сложности под тридцать шесть тысяч витязей удалось собрать русам благодаря объединённым усилиям Мирграда и Орёлграда. Вражин, по донесениям разведчиков, было тысяч сорок, не более. Вполне нормальный расклад. День стоял ясный, погожий, когда два войска встали друг против друга, готовые разорвать противника в клочья.
Из первых рядов неприятеля вышел воин могучего, но вместе с тем крайне непропорционального телосложения. Роста он был чуть выше среднего, лицо узкое, продолговатое, с низко посаженными глазами-щёлочками. Подбородок обрамляли небольшие усы с бородкой, какие обычно бывают у хазарских воителей. У него был мощный торс, короткие ноги, но вместе с тем очень длинные, гигантские руки, такие, что он практически касался пальцами земли. Одет он был стандартно для воина Хазарского каганата, разве что заметно богаче, чем обычно одеваются рядовые бойцы: сапоги из качественной буйволиной кожи, узорчатые шаровары да кафтан из шёлка, поверх которого красовалась отличного качества кожаная кольчуга, прошитая металлическими пластинами. В одной руке хазар держал здоровенный ятаган и лениво, с нарочитой лёгкостью размахивал им над головой, как будто он выкован из пуха. Очевидно, вражеский мечник был очень силён и опасен; за счёт невероятной длины своих непропорционально огромных конечностей, данных ему от матери-природы, он получал бесспорное преимущество в бою с любым соперником. И схваток таких на своём веку он явно выиграл немало, о чём свидетельствовали непоказные уверенность в своих силах и спокойствие, присущие лишь опытным бойцам, достаточно повидавшим на своём жизненном пути и одержавшим немалое количество побед. Не спеша, красуясь, на смеси хазарского и ломаного языка русичей, с помощью оскорбительных жестов он стал что-то громко выкрикивать в сторону объединённого войска русов. Впрочем, каждому витязю всё понятно было и без слов; могучий хазар вызывал любого из рати противника выйти с ним на поединок; один на один, меч на меч.
— Что он там кудахчет⁈ Князь, дай мне этого поганца! Я его в землю по макушку забью! — Ратибор, стоявший в полном боевом обмундировании в первом ряду, прямо по центру, не изменял себе. Находившиеся с ним плечом к плечу Яромир, Мирослав и Светозар молча устремили свои взгляды на Святослава, гарцующего перед ними на вороном коне. Выйти на поединок с бросившим вызов наглым кочевником был готов каждый из них. Святослав, по предварительному соглашению с Изяславом, стоявшим в третьем ряду пешим и облачённым в обычную боевую кольчугу русича, возглавлял объединённое войско двух княжеств в этой битве, ибо не может быть двух командиров у одной рати. Потому все решения принимал единолично.
— Пусть будет меч на меч, как хочет этот наглец! — Святослав посмотрел, прищурясь, на бросившего вызов хазара, продолжавшего кричать что-то оскорбительное, потом повернулся к своему войску и окинул его взглядом. Взор его пробежался по первому ряду воинов и остановился на Яромире, глаза их встретились. Святослав вопросительно поднял одну бровь; русоволосый витязь лишь слегка кивнул князю в ответ.
— Решено! Меч на меч! Яромир! — Святослав определился с бойцом, что выйдет против бросившего вызов хазарского богатыря.
— Ну, извиняй, старче, не всё же тебе одному всех крушить! Ничего, оторвёшься сейчас на его друзьях… — Яромир примирительно хлопнул расстроенного Ратибора по плечу, едва заметно довольно улыбнулся, вышел из строя и неторопливо пошёл к центру предстоящей битвы, где его ждал вражеский боец. Свой меч он нёс на левом плече, небрежно придерживая его. За спиной у него был щит. При необходимости Яромир мог отлично управиться со своим огромным палашом и одной рукой.