Ратибор. Окталогия (СИ)

— Деяна она, — подсказал Яволод.
Ратибор кивнул и продолжил:
— Так вот, кто, если не вы, защитит вашу маму и Деяну? Они нуждаются в вас, в вашей силе и храбрости! Так что сначала им поможете, горой за них встанете, а потом, когда они будут в безопасности, можно и о врагах наших подумать! Ну что, договорились, воины? Ничего важнее безопасности своей семьи не должно быть для вас! Ну как, справитесь?
Буеслав нахмурился, но, чуть помявшись, с неохотой всё же согласно кивнул.
— Мы защитим их, не волнуйтесь! — Яволод закивал головой вслед за братом.
— Вот и ладушки! Молодцы! Так держать! — Ратибор поднялся и посмотрел на Велижану, которая медленно и отстранённо пошла по сожжённой деревне, с ужасом вглядываясь в тела погибших сельчан. Вот она бросилась то к одному телу, то ко второму, к третьему. Сдерживать слёзы она больше не могла, и лишь человеческий вой, так похожий на вой раненой одинокой волчицы, разнёсся над разрушенной деревушкой.
Витязи молча взирали на неё, на её скорбь и не мешали ей. Лишь Верея выскользнула из объятий Мирослава, бросилась к Велижане и обняла её за плечи в порыве сострадания, пребывая в шоке от произошедшего в посёлке и от свалившегося на эту незнакомую женщину горя.
— Пусть поплачет, — Мирослав отвернулся осматриваясь. — Ей надобно пореветь, дать волю эмоциям. А нам необходимо начинать хоронить людей, если хотим уехать отсюда засветло…
Яромир согласно кивнул и покосился на того мальчика, что постарше:
— Яволод, расскажи, что случилось тут?
— Они напали на нас неожиданно, — чуть помедлив, начал он. — Без предупреждения, без сигнала. Ничего не требовали! Просто налетели и начали рубить всех, кто на пути попадался: мужчин, женщин, стариков и детей! Им ничего не нужно было вроде бы! Ну, кроме того, чтобы мы все умерли!..
Мальчик вопросительно уставился на троих приятелей:
— Зачем они так с нами? Что мы им сделали⁈
Друзья хмуро переглянулись.
— Они не грабили, не уводили в рабство! Они убивали всех просто потому, что им это нравилось! Потому что им за это заплатили, — Яромир зло сплюнул. — Курьян, собака, злопамятный, как и предупреждал нас Светозар! Нашёл, как отомстить…
— Когда найдём этого недоноска, я его свиньям скормлю, — мрачно пообещал Ратибор.
Яромир взглянул на мальчишек:
— У вас родственники есть вне этой деревни? У кого вы могли бы укрыться?
— Есть, — Велижана подошла тихо и осторожно, как пугливая лань. Слёзы больше не текли по её лицу. Несмотря на свалившееся на неё горе, она смогла взять себя в руки. — Под Орёлградом тётка наша живёт со своей семьёй. Они нас примут.
Подошедшая Верея согласно кивнула:
— Я помогу им, отправлю брату весточку.
— Хорошо, — произнёс задумчиво Яромир. — Нам сейчас в Мирград надо. Погостите пока у нас, а опосля отправитесь в Орёлград. К вам с Мирославом на свадьбу Изяслав обещал заехать, не так ли? — Верея согласно кивнула. — Вот с ним и вернётесь. А пока собирайтесь, да не особо торопитесь. У нас здесь ещё дело есть… Где тут у вас лопатами можно разжиться?
— У нас в доме, в чулане, несколько штук имеется… — Велижана попросила Яволода показать, где именно у них чулан, а сама принялась собирать свой нехитрый скарб, пока приятели, засучив рукава, взялись хоронить убитых на зелёном лужке, что располагался рядом с деревней. Копали неглубоко, ибо времени было в обрез. Над каждой могилой клали камень, обозначающий место захоронения. Хазар же сначала хотели так бросить, но потом решили всё же свалить их в сточную канаву и слегка присыпать, дабы совсем уж не смердели.
— Пусть землица будет вам пухом, дабы шакалы смогли разрыть кости ваши! — бросил напоследок Ратибор древнее проклятие в адрес степняков.
Над могилами же сельчан просто постояли молча, как было заведено во все времена, да отправились в избу к Велижане, так как несколько часов у друзей ушло только на то, чтобы всех захоронить, и уже стемнело. Потому решили переночевать в единственном доме, оставшимся от некогда уютной деревушки, а поутру, как начнёт светать, двинуться в путь, что вся наша честная компания и сделала. Мирослав ещё загодя вечером поймал троих коней кочевников, ускакавших с испугу чуть в сторону от деревни во время боя. На одного водрузили нехитрые пожитки Велижаны, на второго залезла она сама, взяв с собой дочурку Деяну, которая умудрилась ни разу не зареветь за последнее время, что было очень удивительно в свете минувших печальных событий. Ну а на третьего жеребца сели оба мальчугана. Старший, Яволод, расположился спереди, а Буеслав устроился позади него.
 
Мирослав достал из дорожной котомки крепкую верёвку, один конец которой привязал к седлу своего рысака, а другой — к узде скакуна мальчиков на случай, если вдруг полудикий степной мерин вздумает проявить свой норов и попробовать сбросить с себя мальцов. Ту же операцию проделал Ратибор с лошадью Велижаны, пообещав, что, если та взбрыкнёт, он её на мясо пустит на ближайшем привале.
— Надеюсь, вы это лошадке сказали, а не мне, — слабо улыбнулась Велижана.
— Конечно, лошадке! Ведь я не ем людей! По крайней мере, не сегодня, ибо уже сыт… — попытался неуклюже поддержать разговор Ратибор. — Но я рад, что у тебя на лице появилось хоть какое-то подобие улыбки, — он посмотрел Велижане в глаза. — Ты должна жить дальше. Должна быть сильной. Ради своих ребятишек…
— Я знаю, — тихо ответила Велижана. — Знаю…
Вообще, кобылки степняков оказались очень смирными и вели себя на удивление тихо и спокойно, иначе витязи ни за что не посадили бы на них троих детей с Велижаной. Видимо, сказалось, что коней хорошо напоили, накормили и дали отдохнуть прошлой ночью. А возможно, и то, что испугались угрозы Ратибора пустить их на мясо, кто знает…
— Лошадь — скотина умная… — глубокомысленно прокомментировал смирное поведение кочевых скакунов рыжеволосый воин. — Может, они присмирели от радости, что больше этих хазарских скоморохов на себе не возят. Кто знает, как те с ними обходились. Мало ли, стегали почём зря…
— Кстати, — обратился Яромир к Велижане, — не хочу бередить твои раны, но не подскажешь название деревеньки вашей? Как-то вы ведь её должны были называть…
— Ряжкино, — чуть помедлив, тоскливо ответила Велижана. — Мы называли нашу деревню Ряжкино…
Друзья лишь переглянулись между собой угрюмо, так ничего больше и не произнеся.
— Эх, Ряжкино, значит… — только прошептал про себя печально Ратибор.
Чуть ещё потратив время на сборы, вся процессия с первыми лучами солнца двинулась в путь. Впереди их ждал Мирград.
  
Глава 14
 
Битва
 
Это чистое дикое поле, находившееся всего в четырёх днях пути от столицы Мирградского княжества, идеально подходило для предстоящего сражения. Объединённые войска Мирграда и Орёлграда пятые сутки стояли здесь в ожидании орды хазар, которая, по регулярным докладам разведчиков, со дня на день должна была тут появиться. Всё решится в одной битве. В ожидании лютой сечи витязи в десятый раз поправляли снаряжение, проверяли, не стесняют ли их движений кольчуги, по новой точили и без того острые клинки да перекидывались шутками-прибаутками, но все чувствовали повисшее в воздухе напряжение. Дабы разрядить обстановку, кое-где проходили кулачные бои между воинами двух княжеств. На одной из таких полян возле разбитых небольших шатров с провиантом да разной хозяйственной утварью стоял раздетый по пояс Светозар, глава городской стражи Орёлграда, а по совместительству и личной охраны самого Изяслава. Только что он с нескольких ударов уложил Кветла, сильного дружинника из дворцового караула князя Святослава. Светозар ничуть не устал за этот короткий поединок и жаждал продолжения развлечений.
— Ну, есть ещё желающие выйти против меня? — громогласно вопросил он толпу ратников, плотным кольцом окруживших своеобразный ринг, на котором проходили состязания.
Ответом ему было лишь угрюмое молчание. Витязи переминались с ноги на ногу, прикидывали шансы, поглядывая друг на друга да на лежащего Кветла, так ещё в себя до конца и не пришедшего. Желающих прилечь с ним рядом после встречи со Светозаром не находилось.