Зов услышат избранные (СИ)
Движения четкие. Самоуверен. Ни я в Шикре, ни Атами в своей переливающейся ртутью броне его ничуть не смутили. Видимо, накрутил свои импланты на максимум и думает, что теперь неуязвим.
— Я глава колонии на Литэр и хочу говорить с вами!
Его и без того круглые глаза от важности, кажется, расширились еще больше, хотя куда еще больше…
Я заметил, как на долю секунды затвердело его лицо, когда он увидел принцессу за маревом энергетических щитов.
— Говори! — выкрикнул я с места и тоже вышел из-за укрытия.
Инспектор окинул меня пренебрежительным взглядом и переступил с ноги на ногу. Затем он впился глазами куда-то вглубь нашего строя и, подняв руку, проговорил совсем не то, что я от него ожидал.
— С вами капитан Симовриола. Я хочу видеть этого предателя, хотя нет… бросьте мне только его голову, и тогда мы сможем поговорить о вашей судьбе. Вы окружены, и у вас нет шансов. Вашему крейсеру на орбите осталось уже совсем недолго. Я получил от своего командования разрешение на уничтожение всех вас вместе с принцессой. Мы просто обрушим ту часть тоннеля, где вы находитесь, и вы будете погребены под огромным массивом камней и грунта. Но я милостив, и мне…
Я больше не стал его слушать, выхватил свой бластер, подаренный мне Каем, и выстрелил в него и тут же, не веря своим глазам, поспешно добавил еще раз.
Инспектор, до этого расслабленно стоявший перед нами, в момент выстрела как-то сгруппировался и, стремительно развернув корпус, пропустил заряд мимо себя. Мой повторный выстрел достиг-таки цели, с поразительной легкостью пробив выставленное им защитное поле и оставив на том месте, где он только что стоял, слегка дымящееся пятно. Но этим дело не закончилось. Заряды, выпущенные мною, уничтожили не только инспектора, но и одного из дронов, находившихся сразу за ним. Тот вспыхнул ярким пламенем и с громким скрежетом завалился набок.
— Защита! — дал я команду своим и, пальнув из своих наплечных пушек по самому большому вражескому дрону и метнулся к своим.
Если первого дрона я уничтожил, можно сказать, по-тихому, то этот разнесло на куски, и в рядах противника началась настоящая суматоха. Они явно не ожидали такого развития событий и не были к этому готовы.
— Залп! — скомандовал я, и мы начали поливать опешившего противника из всего, что у нас есть.
За какие-то секунды на месте, где стояла первая линия грозной таморианской техники, оказалась груда покорёженного и расплавленного металла. Но враг, находившийся в тылу строя, быстро пришел в себя и ответил не менее мощно, чем мы.
— Защита! — успел я подать команду, прячась за передвижные щиты.
С минуту мы выдерживали шквал огня, просадивший нашу защиту почти на девяносто процентов.
Затем возникла секундная пауза, и я скомандовал:
— В атаку! Внимание за нашим тылом!
Я и Граик находились на острие атаки. Сурия всё время была где-то рядом с принцессой, а Сфоген и часть штурмовиков прикрывали тылы.
Выхватив Черныш, я врубил свое защитное поле на полную и на максимальной скорости, на которую только способен, понесся на врага.
Единственный способ защититься от достаточно мощных орудий таморианских дронов — это сократить дистанцию до минимума и начать крушить врага в его же рядах. Благо бежать было всего метров двести, и это расстояние мы преодолели быстро и без потерь.
Таморианские воины, напичканные по самую макушку боевыми имплантами, представляли собой серьезную силу, но им тяжело было тягаться с нашей несокрушимой защитой и смертоносным оружием.
Зажав в одной руке клинок, а в другой бластер, я крутился между врагами как юла, уворачиваясь от выстрелов, стреляя в ответ и нанося сокрушающие удары. Кира своевременно указывала мне их уязвимые места, и я разил точно и безжалостно, будь то таморианский воин или попавшийся на моём пути дрон. Наплечные пушки тоже работали, не умолкая, круша противника направо и налево.
Я впервые участвовал в таком плотном сражении в своем Шикре, и только теперь по-настоящему понял, какое чудо создали наши инженеры.
Раздвоенное сознание, данное мне моим бриалом, позволяло, не отвлекаясь, вести бой сразу по двум направлениям.
Я рубил и стрелял, как считал нужным, а искин Шикра при помощи моего бриала самостоятельно выбирал наиболее опасные цели и, используя наплечные пушки, мгновенно уничтожал их.
Мне только и оставалось в самом начале боя определить врага, а всё остальное за меня делает искин доспеха и мой бриал.
Рядом со мною рубились наши штурмовики. Им приходилось намного тяжелее, но они пока справлялись.
Многие последовали моему примеру, взяв в одну руку короткий бластер, а в другую полагающийся десантной броне кортик.
В пылу схватки я краем глаза замечал, как они смело вступали в рукопашную, прикрывая друг друга, и как зачастую выходили из нее победителями.
Граик, круша всё на своем пути, пробился уже далеко вперед, нанося серьезный урон в последних рядах противника.
Вокруг него светился кокон из красных смертоносных нитей, от соприкосновения с которыми всё умирало, ломалось, выходило из строя или просто переставало существовать.
Еще пару минут сумасшедшего по интенсивности боя и от заслона, выставленного таморианцами на нашем пути к поверхности, не осталось практически ничего. Всюду покорёженные дроны и мертвые тела наших врагов.
«Потери?» — запросил я по мыслесвязи у командиров звеньев.
«У меня двое», — тихо ответил один.
«У меня без потерь!» — чуть веселее откликнулся другой.
«У меня один», — мрачно добавил третий.
Так!
Еще не вышли на поверхность, а уже одного звена нет.
Плохо…
Мои дроны-разведчики дали полную информацию о том, что нас ждет на поверхности. К моему удивлению, там практически никого нет. Или враг стянул сюда всё, что у него есть, или он понадеялся на свои силы посчитав нас несерьезным препятствием, или это какая-то очередная ловушка…
Выхода нет!
Надо на свой страх и риск прорываться вперед и только вперед. Кира сообщила, что защитное поле Шикра просело почти на двенадцать процентов. Заряды пушек — на тридцать семь, Черныш — на сорок три, а бластер Кая — на семнадцать.
Норма, еще повоюем!
«Перегруппироваться! Вперед! Сфоген, минный заслон с тыла», — бросил я приказ.
Я этого не видел, но точно знаю, что после моей команды Атами разбросает за собою с десяток мин, которые при срабатывании с легкостью обрушат и проход, из которого мы выскочили в тоннель, да, наверное, и часть самой шахты.
Внутри остро кольнуло уже подзабытое чувство тревоги.
— Граик, вызывай челнок. Переходим в Барриккан. Вперед!
Атами слева от меня устремился вперед, на ходу растворяясь в воздухе.
Кира сообщила мне, что моя система маскировки тоже уже включена на полную, и накопители сразу же опустели почти на один процент.
До выхода из тоннеля не больше ста пятидесяти метров.
Мои разведчики дали четкую картинку: круглая площадка диаметром метров четыреста до половины окружена высокой монолитной стеной. Дальше видны приземистые строения, скорее всего, какого-то технологического значения. Между ними проход шириной метров сто.
На площадке перед выходом никого. Биорадар показывает незначительное скопление живой силы противника, их десятка полтора или два, но не больше, и они достаточно далеко. Техники пока не видно, небо чистое!
Выходим!..
За спиной раздался оглушительный взрыв. Тоннель основательно тряхнуло, и всё заходило ходуном. Сработали заложенные Сфогеном мины. Тем более нам надо быстрее на выход, пока тут всё не завалило!
Мы с Граиком первыми выскакиваем из тоннеля и, разбежавшись в стороны, начинаем осматривать прилегающую к выходу местность.
Точно, так и есть!
Таморы неглупы, и нас здесь давно уже ждут. Вокруг площадки плотным кольцом раскинулись какие-то сравнительно небольшие паукообразные боевые дроны, где вместо лап тонкие гибкие щупальца. Кира сообщила, что только в моём секторе их около сорока. Таких я раньше не видел. Система маскировки очень похожа на нашу, но нам их выдает легкая вибрация воздуха, которую без труда считывают датчики Шикра, сразу же прорисовывая мне их контуры.