Пробужденные (СИ)

— То есть это он тогда убил всех гладиаторов? — задумчиво спросила Ледяная девочка.
Мэри кивнула.
«Так значит поэтому она SS класс в тир-листе Стюарта? Надо будет спросить его поподробнее», — подумал Амери.
— Тогда мы можем отправить тебя на битву с гладиаторами, и быть точно уверенными, что вы их победите, — предположила Фиолет.
— Нет! Я не пойду сражаться с гладиаторами. Я должна встретиться с Минотавром, — заявила Мэри. Её глаза были полны решимости, но за этой решимостью скрывалось что-то ещё. Что-то недоброе.
«Она хочет мести», — подумал Амери.
Он узнал в её глазах очертания мести. Очертания сожаления. Очертания скорби при потере близкого человека. Тоже испытывал и он, когда потерял своих родителей.
— Кем тебе была Минерва? — спросил Эванс.
— Она была мне как старшая сестра… возможно, даже как мать. Когда я была ребенком, она приютила меня у себя дома и дала кров. Я обязана ей жизнью.
— В тот день, когда Минерва ушла в Лабиринт, Мэри хотела пойти с ней, но та ей отказала, — сказал Алая ведьма.
— Она не хотела, чтобы я шла с ней, потому что боялась, что с той командой мы сможем понизить здоровье Минотавра до двадцати процентов.
— До двадцати процентов? — спросила Фиолет, — зачем?
— Потому что после того, как боссы мифических подземелий теряют восемьдесят процентов здоровья, они выпускают мощное массовое заклинание, рассеивающее призванных существ.
— «Забвение», — прокомментировала Фиолет.
Забвение — это заклинание мифических боссов, которое уничтожало призванное существо и до конца боя запрещало его призыв.
— Если бы Минерва и её команда не смогли снизить здоровье босса до двадцати процентов, Мэри не смогла бы призвать то существо, — сказала Алая ведьма. — и погибла бы напрасно. Но Минерва не могла этого допустить. Она слишком хорошо знала, что такое битва с Мифическими боссами. Василиск оставил в её сердце большой шрам.
Мэри молчала.
— Оо, слышала про этого монстра, — сказал Аспид, — Король змей. Я даже читала про него. Со слов Минервы, после победы над Василиском, если бы эта тварь вырвалась наружу, то всему городу пришла бы крышка. Хотела бы я на это посмотреть.
— Когда рейд Василиска только появился, от него исходила жуткая аура. Многие пробужденные отказывались входить в его владения, потому что им не хватало духа побороть страх, вызванный мрачными вратами, ведущими к смерти. Многие рейды проваливались только из-за того, что часть рейда разбегалась в страхе, теряя формации, — сказала Алая ведьма, и невольно сжалась, — воистину ужасающая тварь.
Мэри отошла к стене с опущенной головой. Казалось, все это время она над чем-то долго думала, но не решалась сказать.
— После множественных смертей в рейде Василиска, Единая Ассоциация пыталась найти гильдию добровольцев, чтобы те наконец-то убили эту тварь. Но никто так и не решался. Шли месяцы. Даже увеличенная награда не соблазняла лучших из пробужденных бросить вызов Василиску. После долгого молчания, Минерва и её группа решились вызваться добровольцами.
В тот день я пошла с ними.
  
Глава 38, Долгожданный бой
 
После рассказа Мэри Амери долгое время думал. Тусклая свеча освещала серую палатку, делая вечер более печальным и одиноким, чем Эвансу хотелось бы. Внезапно в палатку зашла Фиолет. Она выглядела виновато.
— Почему ты все ещё не спишь? — спросила она.
— Мне не спится.
— Рассказ Мэри взволновал и меня.
Фиолет оперлась на шкаф, скрестив руки на груди, и опустила взгляд.
— Прости меня за это.
— За что? За то, что опять поступила как обычно? Не трать время. Мне стоило давным-давно привыкнуть.
— Ты так считаешь?
Амери усмехнулся, откинувшись на спинку стула. Стукнул пальцем по столу. Покачал головой, улыбнулся.
— Проехали. Не хочу об этом думать сейчас.
— В последнее время меня очень волнует твое мнение, Амери. Мне правда жаль.
— Говорю же, не переживай. Я как-нибудь смирюсь с твоим дурным характером.
Между ними повисло молчание. Душа Фиолет разрывалась от беспокойства, которое не давало ей покоя ни на секунду. Что же это за ужасное чувство терзало её сердце уже несколько последних дней? Как же так случилось?
 
— Адам признался мне, что он пришел от Пирона. И он сказал мне, что Пирон ждет меня в клубе после зачистки.
Фиолет раскрыла губы, но не проронила ни слова. Она выглядела очень растеряно и уязвленно, что Амери невольно дрогнул.
«Что с тобой такое?» — подумал он.
— Фиолет… я вижу, что тебе не спокойно. Не волнуйся, я не предам тебя.
— Это правда…?
— Клянусь тебе.
— …
Амери наклонил голову, неудовлетворенный её реакцией: как будто она ему не верила. Или это было что-то другое? Теперь и он не находил себе места. Он встал со стула и подошел к ней. Почему-то сейчас ему казалось это приемлемым.
Эванс взял её за руку.
— Ты точно в порядке? Если тебе плохо, то лучше идти отдохни. Я заменю тебя на время. Мы обсудим все с Мэри, но ты будешь нужна нам уже скоро, когда мы войдем в Лабиринт.
Она отвернулась.
— Я знаю…
Амери удивился.
— Тогда ты пойдешь отдыхать?
— Ты не против, если я обниму тебя?
— Что…? Если это все, чего ты хочешь, тогда я сделаю это, — посмеялся он.
Но в её фиолетовых глазах отражалась серьезность и даже капли гнева. Амери обнял её. В палатку зашла Мэри, и Фиолет тут же смущенно отпрянула. Эванс захлопал глазами.
— Я вам помешала…?
— Н-нет… Я пойду отдыхать.
Фиолет покинула палатку. Мэри застыла у входа, встретилась растерянным взглядом с Амери. Тот ей улыбнулся.
— Все в порядке. Она просто перенервничала.
И он ещё не знал, насколько был прав.
***
После длительной подготовки наконец-то настал день зачистки. Все стояли у входа в рейд. До этого они все неустанно тренировались и изучали информацию для победы над Минотавром.
Амери стоял возле Фиолет и старался не отвлекать её от воодушевляющих речей. Ей помогала Мэри. На этот раз лидер Алых бабочек хоть и была взвинчена, но глаза её горели решимостью. Даже Алая ведьма пообещала на некоторое время забыть о распрях с Джоном.
Но почему-то все это время Фиолет избегала Амери, словно между ними возникла какая-то ссора. Каждый раз, когда он пытался с ней заговорить, она куда-то уходила, находя отмазку.
В разговорах с Линой Амери не находил ответа на свои вопросы. Казалось, даже сестра как-то отдалилась от него и начала что-то скрывать. И Зеро, редко приходящая к ним, хитро хихикала над Амери.
«Такое чувство, что все происходит без моего ведома», — думал он. — «Наверное, стоит поговорить с ней об отношениях, когда все закончится. Мне не уже надоело строить из себя идиота»
— Мы наконец-то войдем в рейд, чтобы свершить то, что должны были сделать ещё в тот роковой день, — твердила Мэри, подняв ладонь.
Алые бабочки возликовали.
— Да!
К Амери со спины подошла Зеро.
— Ты же знаешь, что ждет вас впереди, Амери?
— Знаю.
— Я сделала всевозможное для вас с Линой. Не подведи её. И меня.
— Я знаю.
— Дарквелл придет.
— Я знаю.
— Алые бабочки тоже знают, но я не чувствую уверенности в твоих словах, — сказал Зеро, обойдя его и взяв за руку. Она коснулась пальцами его губ, заставляя его вздрогнуть, и погладила его щеке. — Ваши шансы незначительны. Ты умрешь, если продолжить слепо полагаться на свое подчинение. Пора думать мозгами. Сможешь?
— Смогу, — он нехотя убрал её руку. Такую приятную и теплую.
— Ты мог отказаться от рейда. Бросить Алых бабочек и сохранить свою жизнь.
— Этого хочешь ты, но не я, — ответил он, глядя ей в глаза.
Она была сильна, так сильна, что даже преисполненный великой уверенностью в её глазах лишь растерялся, как маленький ребенок.
Он все ещё любил её.
— Ты сомневаешься.
— Мэри против… — через силу продолжил он, отворачиваясь от Зеро, — против нашего участия изначально. Она не хочет втягивать нас в эту резню, как я не хочу втягивать в это Лину.