Ночь без звезд
* * *Архив возглавляла стосемидесятидвухлетняя Ашья Кукайда, которая руководила двумя обширными залами в подвале, словно аристократическим поместьем времен Бездны. Директора подразделений и заместители начальников отделов приходили и уходили, а Ашья Кукайда работала здесь целую вечность. Ее феноменальная от природы память была величайшим оружием управления Ополы в борьбе с вторжениями паданцев. О ее упорстве рассказывали легенды, а сотрудники архива отличались фанатичной преданностью. Будущего в НПБ Ополы для вас не существовало, если вы умудрились заслужить ее неодобрение. Для успеха любой серьезной операции требовалось ее сотрудничество.
Чаинг почтительно постучал в дверь кабинета.
— Входите, — сказала она.
Кирпичные стены кабинета блестели белой краской. На сводчатом потолке — вдвое больше лампочек, чем нужно, кабинет напоминал скорее солярий, чем подвальное помещение. А еще стол (тоже белый) и один стул. Ашья сидела в своем обычном сером костюме и белой блузке, редеющие волосы были собраны в тугой пучок. Здесь же присутствовали трое канцелярских работников средних лет в одинаковых черных костюмах с папками и коробками, полными фотографий. На рабочем столе — двадцать пять снимков, расположенных аккуратным квадратом. Кукайда рассматривала их сквозь очки с толстыми стеклами.
— Полковник Кукайда, — слегка поклонился Чаинг.
— Ах да, капитан Чаинг. — Она оторвалась от фотографий. — Вам удалось произвести впечатление на директора Яки. Меня попросили уделить первостепенное внимание вашей операции.
— Так точно, полковник. Я считаю, что в Ополу просочилось гнездо.
— Разумеется. Вы же служите в подразделении по борьбе с вторжением паданцев, какое еще расследование вы могли проводить.
— Я собираюсь обнаружить его и уничтожить.
— Рада слышать.
— Вы не могли бы рассказать мне все, что вам известно об Элсдонах?
— Дайте-ка подумать. — Она глубоко вздохнула. — Они занимались торговлей в эпоху, предшествующую Переходу, не истинные аристократы, как все считают. Звание аристократа требует иметь по крайней мере десять поколений, живущих в достатке, а когда случился Великий Переход, они были лишь третьим поколением. Но рано или поздно они бы все-таки стали аристократами. Их прядильная фабрика производила превосходные товары. Половина домов в Ополе пользовалась их одеялами. Какая жалость, что совет закрыл фабрику.
— Кажется, она устарела.
— Возраст еще не подразумевает автоматического устаревания, капитан.
— Разумеется, нет, полковник. — Он наконец-то разглядел, что на столе лежат фотографии Кейдена, которые добыла Дженифа. — Один из подозреваемых паданцев. Вы его узнаете?
— У нас нет дела на данного человека, что само по себе интересно. Обычно люди его профессии рано или поздно сталкиваются с шерифами. Впрочем, теперь мы завели на него дело. Мои служащие подали запрос в городскую регистратуру — узнаем, местный ли он. Мы соберем информацию о его прошлом.
— Благодарю вас. Любая мелочь будет полезна.
Ашья Кукайда сдвинула очки на нос и вернулась к фотографиям.
— Лейтенант Лурври работает в зале каталогов и картотек на втором уровне, — заметила она, даже не взглянув. — Я выделила двух служащих на помощь в ваших поисках.
Это все, что Чаинг хотел узнать.
— Благодарю вас, полковник.
Чаинг спустился вниз по центральной лестнице со стеклянными стенами. Длинный зал, освещенный яркими электрическими лампочками, был уставлен по обе стороны рядом металлических архивных шкафов. Взглянув на них, Чаинг слегка оторопел. Только в одном офисе Ополы хранилось более полутора миллионов файлов о гражданах — а это далеко не самое большое управление НПБ на планете.
По пути через зал каталогов и картотек на втором уровне Чаинг задумался, сколько же информации Корилла могла хранить в своих макроклеточных ячейках. Может ли мозг, память которого в сотни раз больше обычного, хранить в себе всю информацию, содержащуюся здесь? Не соврала ли она? А если объем ее памяти в тысячу раз больше? В десять тысяч раз? Он был почти уверен, что даже его прекрасная память не смогла бы вместить все эти папки, мимо которых он проходил. Обидно. Обладай он такими обширными знаниями, он получил бы феноменальное преимущество перед паданцами. В первую очередь ему не пришлось бы потакать прихотям враждебно настроенной старухи, чьей пенсии пришла пора еще несколько десятилетий назад.
В зале каталогов и картотек стояли металлические стеллажи от пола до потолка, где хранились сотни барабанов картотеки. Ашья Кукайда сдержала свое слово. Двое служащих в черных костюмах помогали Лурври — проверяли номера дел в картотеке, а затем приносили необходимые папки к его столу. День, очевидно, выдался напряженный: старые помятые картонные папки, выцветшие до одинакового коричневого цвета, возвышались полуметровой башней над Лурври. Свет настольной лампы ярко освещал бумажные листы и старые фотографии, над которыми он корпел.
— Нашел что-нибудь? — спросил Чаинг, усевшись на соседний стул рядом с напарником.
— У Элизы были два брата и сестра, — ответил Лурври, обведя рукой пару папок. — Гили оказались правы: все они уехали из Ополы. Сестра отправилась в Варлан, где вышла замуж за капитана морпехов. Куда уехали братья — неизвестно. Я послал запрос третьей категории срочности в другие отделы НПБ проверить их регистрацию по месту жительства, шансов почти никаких, поскольку они переехали чуть ли не двести лет тому назад. Но я связался с опольским Бюро инвентаризации земель и построек. Три года назад так называемые кузены Валентин и Рашад подали заявку на получение свидетельства о преемственности собственности на усадьбу Ксандер. Прописку оформили в округе Гретц.
— А с управлением в Гретце ты связался.
— Угу. Их архив пообещал ответить на мой запрос завтра до полудня.
— Отличная работа. — Чаинг подозвал одного из помощников. — Мне нужна статистика о всех пропавших людях за последние пятнадцать лет и дела на всех пропавших за последние три года.
Служащий замялся.
— Отдел главного шерифа еще не сдал отчет за последние шесть месяцев.
— О, да ради… Принесите мне все, что сможете, а в отдел шерифа я сам позвоню. Мне нужна информация к завтрашнему утру.
— Так точно, капитан.
Чаинг огляделся.
— Нам потребуется штаб. Здесь слишком мало места.
— Форму заявления можно взять у заведующего хозяйством, — заметил Лурври.
— Яки обещала дать еще людей.
— Хорошо.
Чаинг выглянул в окно. В дальнем конце архива за металлической решеткой находился секретный архив, для чтения дел в нем требовался особый доступ.
— Мне нужно еще одно дело, — сказал он помощнику. — На элитарку по имени Корилла. Она наш действующий информатор, которым занимается политическое подразделение.
— Так точно, капитан.
Лурври с любопытством взглянул на него.
— Проблемы?
— Просто хочу понять, можно ли на нее полагаться, вот и все.
— Ну да, — буркнул Лурври и снова уткнулся взглядом в бумаги на столе, но недостаточно быстро, чтобы скрыть изогнувшиеся в легкой улыбке уголки губ.
Чаинг не стал обращать внимание.
Спустя несколько минут помощник нашел карточки в каталоге и начал приносить папки. Чаинг удивился тому, сколько людей пропадало — больше двадцати пяти за год в одном только городе. Статистика по округу была еще выше. И это в мире, где к исчезновению человека всегда относились с повышенным вниманием. А три года назад цифры значительно выросли.
— Неужели никто не проверял статистику? — спросил он.
— Так на ее основе невозможно делать точные прогнозы, — пожал плечами Лурври.
— Статистика — идеальный способ отслеживать вероятную активность гнезд.
Чаинг заставил себя замолчать, чтобы не критиковать существующее положение дел перед работниками архива: наверняка все его слова будут переданы полковнику Кукайде.
Он отмечал места, где пропали люди, когда Дженифа ворвалась в зал каталогов и картотек. Она тяжело дышала, пот катился по лицу, синяя брезентовая куртка была нараспашку.