Ночь без звезд

  
4
 
Достигнув южного полюса, Энала поняла: произошло что-то плохое. Она надеялась успеть к моменту запуска ракет с «Перикато», по всем подсчетам, корабль должен был оказаться на месте одновременно с ней. Но вместо этого Энала заметила атмосферную аномалию — огромную клубящуюся круглую массу облаков, надвигавшихся на берег, которая поднималась выше любых естественных образований. Ветер рвал края облачной массы и тянул из нее длинные взлохмаченные хвосты. Девушка схватилась за поручень около иллюминатора и вгляделась в хаос, яростно ревущий внизу.
— Рай? Ты меня слышишь, Рай?
— Я здесь.
— Слава Уракусу. Что произошло? Дэнни запустил ракеты?
— Лишь одну, Энала. Паданцы-сиберы напали на «Перикато». В живых никого не осталось. Мы считаем, что в конце концов корабль затонул.
— Никого? — прошептала она.
— Нет. Пожалуйста, сообщи в ЦУП, что морпехи до конца исполнили свой долг.
— А «Жю» они догнали? — Девушка едва ли не кричала в микрофон, требуя ответа.
— Нет. «Жю» выбросило на берег. Паданцы смогли сохранить бомбы.
— О великий грязный Уракус! И где они сейчас? Где бомбы?
— Паданцы несут их к нам.
— Джу! Что вы собираетесь делать? Вы можете оттуда уйти?
— «Виконт» — слишком ценная находка, чтобы его просто так бросить.
— Рай, нет!
— Мы попытаемся их остановить.
— Каким образом?
— Дадим им бой. Не беспокойся. У нас есть Ангел-воительница с оружием.
— Ты не можешь идти туда, Рай. Не можешь!
— Я поклялся защищать Бьенвенидо. И даже не будь я офицером полка, то все равно бы сделал это. У Паулы есть план. Она может спасти нас всех, если получит шанс.
— Нет, пожалуйста…
— Со мной все будет в порядке. Сообщи ЦУПу о том, что произошло. Теперь ты можешь сойти с орбиты и приводниться. Спасибо за все, что ты сделала.
— Рай!
— Увидимся на той стороне неба, Энала.
* * *
Чем дальше сиберы отваживались проникнуть в глубь Льюкертикара, тем суровее становился ледяной пейзаж. Снежные склоны поднимались выше, ледяные скалы становились все круче, расщелины — глубже и уже, иногда тонкий коварный слой утрамбованного снега скрывал их из виду. Паданцы-сиберы узнавали о пропастях, лишь когда под их весом снег проваливался и они падали на жуткие ледяные клинки, таящиеся внизу. Но даже гибель нескольких собратьев их не тревожила. Они продолжали неумолимо приближаться к «Виконту», а солнце сползало за горизонт, и континент погружался в кромешную тьму. Ночь тоже не могла их остановить. Похоже, сиберы обладали таким же зрением, как и люди-прогрессоры.
Когда стая ушла на пятьдесят километров вглубь суши, новые звери к ним больше не присоединялись, и теперь их осталось чуть больше сотни. Они растянулись цепью на тридцать пять километров, и фланги начали двигаться впереди центра.
Ждать пришлось очень долго. Флориан высадился после Кайсандры, в девяти километрах к западу от нее, а Рай — в одиннадцати от него. После этого на борту остался лишь Марек. Перед тем как выпрыгнуть с дирижабля, АНС-дроид потратил время на установку одной из мазерных винтовок на гондоле.
Пять ген-орлов парили над Флорианом. Он заставлял их кружить над головой, а двоих спустил до высоты ста метров над снегом, чтобы ничего не оставлять на волю случая. Он не хотел допустить неожиданного вторжения паданцев с юга.
Там, где «Открытие» сбросило его, сугробы поднимались на высоту до тридцати метров. Долины между ними были испещрены ледяными глыбами, торчавшими из свежего снега, — от валунов с неровными краями до гигантских гребней, которые напоминали высокие зубчатые прибрежные скалы. Флориан крайне осторожно относился к трещинам и использовал мультисенсорный блок, встроенный в его климкостюм, чтобы заранее обнаружить коварный хрупкий наст, сквозь который провалились уже четыре паданца-сибера.
Он занял удачную позицию на вершине снежного хребта, откуда открывался вид на добрых пять километров вокруг. Позади находился чистый спуск — ни льда, ни скрытых трещин, — и дно долины было относительно чистым. После удара он мог быстро сбежать.
 
Флориан соорудил из снега крепость, словно ребенок — песчаный замок на пляже, и устроился поудобнее в вырытой выемке. Как всегда, чудесный климкостюм согревал его; ткань теперь покрывала и лицо, образуя полную маску с прозрачной полосой на глазах. Лесничий был отлично защищен от холода и, благодаря активированному скелету силового поля, пусть и не на полную мощность, защищен от любого физического воздействия или энергетического взрыва.
Флориан настроился на долгое ожидание и наблюдение. Правда, ночью на открытом снежном поле было так же темно, как и внутри погибшего звездолета. Но он обладал сенсорами, обогащающими органы чувств, а еще данными сенсоров ген-орлов.
Механические птицы постоянно отмечали местоположение стаи сиберов, отслеживая ее сверху. Днем они летали в тонких полосах облаков, опоясывавших небо. Теперь же, когда Льюкертикар поглотила долгая ночь, орлы спустились ниже, на расстояние не выше километра, над крупными тварями и продолжили передавать качественные изображения. Даже на такой высоте они оставались невидимыми, хотя Паула и АНС-дроиды подозревали, что паданцы могли бы разглядеть их с помощью инфракрасного зрения, если, конечно, обладали таковым.
Но тогда они могли бы разглядеть и «Открытие». С тех пор как Марек его оставил, он управлял дирижаблем дистанционно. Дирижабль сделал широкий круг, сначала полетел на юго-запад, затем обогнул сиберов с запада и приблизился к ним сзади. Марек направил его к центральной группе. Когда он догнал бегущих сиберов, Марек увеличил скорость двигателей до максимума.
Группа сиберов, охранявших бомбу, начала приближаться, «Открытие» летело уже всего в четырех километрах позади них. Затем двое сиберов отделились от группы и направились в сторону дирижабля.
— Сейчас и посмотрим, какое у них оружие, — сказал Марек.
Когда сиберы находились всего в двух километрах, он опустил дирижабль до восьмисот метров и открыл метровую дыру в прозрачном плайпластиковом ветровом стекле. Мазерная винтовка выстрелила, отправив два импульса менее чем за секунду. Оба сибера упали замертво.
— Это было совсем просто, — отметила Паула.
«Открытие» поплыло дальше. Ген-орел показал, что один из сиберов, несший гигантскую винтовку, направил ее на воздушный корабль. Выстрел — яркие вспышки, вырвавшиеся из ствола, на время засветили инфракрасное изображение. На дисплее экзозрения появилась дополнительная информация. Чем бы ни было это гигантское ружье, стреляло оно далеко и легко попадало в дирижабль. «Открытие» тряслось при каждом попадании. В восьми газовых ячейках упало давление. Затем выстрел угодил прямо в двигатель. Интел-сеть «Открытия» сообщила о серьезном повреждении.
Даже сквозь яркие вспышки ген-орлы разглядели, что сиберы рассредоточились и торопливо спрятались за ледяными глыбами. Двое спрыгнули в расщелину и телами накрыли огромный ящик с бомбой.
Еще один выстрел попал в гондолу, и канал связи пропал. Ген-орел увидел, как «Открытие» начало падать с ночного неба, когда шар его сдулся, превратившись в спутанную тряпку, которая крутилась без остановки. С мягким стуком дирижабль упал на снег. Ветер медленно потащил его на северо-восток, пока тот не уперся в льдину.
— Они все остановились, — сказала Паула. — Бомбовые группы постоянно переговариваются между собой.
— А дрон их заглушить не может? — спросила Кайсандра.
— Может. Структура их трафика довольно дрянная, мои программы противодействия с легкостью подберут специфические блокаторы. Я подведу к ним дрон поближе и заглушу канал связи. Если они не смогут координировать свои действия и не будут знать, что происходит с другими, нам станет проще.
Несомненно, глушение канала сиберов возымело определенное воздействие. Все группы разом остановились, словно не знали, что им делать дальше. Две группы, предназначавшиеся для перехвата Флориана и Марека, снова двинулись вперед. Теперь они перегруппировались: поставили пару особей на несколько сот метров позади, опасаясь дальнейших атак с тыла.