Научись жить без меня! (СИ)
На том конце повисло гробовое молчание, затем мужчина прокашлялся и охрипшим голосом сообщил:
— Оксана, проводите в кабинет девушку. К нам никого не пускать.
Чего я хотела от этой встречи? Сама толком не понимала. В прошлый раз на кладбище наш разговор прошел весьма странно. Мне казалось, Трофимов словно прощупывал меня и оценивал во время нашей беседы. Сейчас же я застала его врасплох. Он явно не был готов меня увидеть, а тем более разговаривать.
— Все-таки пришла. Сама. Неожиданно, — признался он и развернул кресло в мою сторону.
— Я хотела… — но язык не слушался, в горле пересохло, а нужные слова все никак не находились.
Я посмотрела на мужчину, невольно его разглядывая и ища сходство со своим биологическим родителем.
— Что, не нравлюсь? — с долей сарказма задал свой вопрос Трофимов.
— Как может нравиться чужой человек? — я парировала и пошла в наступление.
Максим Вячеславович поморщился и откинулся затылком на спинку своего высокого кожаного кресла.
— Зачем пришла? Ну то, что Демьян уже тебя посвятил в историю, кем являюсь, я уже понял. Что дальше? Устроишь истерику с заламыванием рук и нашлешь на мою голову проклятие? Так опоздала, до тебя с этим справились другие. Я пригрел на своей груди кукушку, которая весьма успешно подкинула своего птенца от другого.
— Прекратите! Зачем вы говорите плохо о матери Демьяна?
— Защищаешь? Странная. Ты не задумывалась, что на месте Демьяна могла оказаться ты, жить в роскоши и получить все, что только пожелала бы…
— Обман! — Я больше не ждала от него приглашения, а бесцеремонно прошла в противоположную сторону кабинета и удобно расположилась на диване для гостей.
— Наглая, как и твоя мамашка! — с неприкрытой злобой посмотрел на меня Трофимов.
Я ошиблась на его счет, и первое впечатление тогда не было обманчивым. Максим Трофимов — плохой человек. Для таких нет разницы, свое или чужое, такие, как он, привыкли в своей жизни все держать под контролем и решать за других.
— Я пришла посмотреть вам в глаза. Да, я знаю, кто вы! Но в моей жизни это ровным счетом ничего не изменило. У меня прекрасный отец, заботливый и внимательный. А главное, он полюбил нас с мамой с первой встречи. А чем гордитесь вы? Состоянием? Так ничто не вечно: «Сегодня ты на коне, а завтра под его копытами».
— Дерзишь, девочка. Плохо твоя мать воспитала тебя.
— У меня нет сил и желания препираться. Я думала, наш разговор пойдет немного иначе.
— Как? Рассчитывала, что я брошусь тебе в ноги и буду вымаливать прощение? Нет. Трофимов никогда и не перед кем не стоял на коленях. Этого никогда не случится!
Зря я действительно пришла. Кроме грязи, в свой адрес ничего другого не услышала. Скорее мне надо благодарить Бога, что я не выросла под гнетом этого человека. Удивительно, как в Демьяне сохранились чуткость и нежность в отношении других? Наверняка все это ему перешло от матери, а отец…
— Я думала, увижу человека, а не жуткого эгоиста и циника. Спасибо, что вы тогда оставили мою мать и не дали ей испортить себе жизнь. Считайте, что что-то хорошее вы все-таки совершили в этой жизни. Она никогда бы не смогла быть счастливой рядом с таким, как вы!
Встала с дивана и, не оборачиваясь, прошла к выходу.
За дверью я обнаружила Оксану, которая явно подслушивала. Только из-за ее положения я не стала отчитывать девушку, а просто спросила то, что интересовало меня с самого начала, как только я признала в ней ту разлучницу.
— У вас были отношения с Демьяном Трофимовым? — Судя по ее бегающим глазам, она поняла, о чем я ее спрашиваю.
— Он мне заплатил, только не говорите Максиму ничего об этом. У нас с ним скоро будет ребенок, я рассчитываю на его поддержку.
— Это вряд ли, — с сочувствием посмотрела на Оксану. — Демьян ничего не говорил, для чего была эта ложь?
— Нет, но я поняла, что все дело в женщине.
Мне этого было достаточно, чтобы понять мотивы и что двигало Трофимовым-младшим, когда он перечеркнул наши отношения. Я попыталась поставить себя на его место, но не смогла даже представить, в какую внутреннюю борьбу с самим собой ему пришлось вступить.
Глава 57
Демьян
— Как ты себе это представляешь? — с осуждением посмотрела на меня Светлана, перекрывая вход, скрестив на груди руки. — Вот так, просто, я тебе предоставлю свой дом, чтобы ты снова выматывал душу Альке?
— Я ее люблю…
— Ой, все… Любил бы — не бросил бы, разобрался. А ты что? Ты вообще задумывался, а если бы Крылов ее изнасиловал в тот день?
— Как ты узнала? — Я не ожидал, что девушка могла быть настолько осведомлена о нашем с Ромкой плане.
— Трофимов, включи мозги. Не только у тебя есть деньги и связи.
— А ты изменилась… Раньше сама не брезговала совершать нападки на Алену.
— Считай, у меня случилась переоценка ценностей.
Девушка попыталась меня оттолкнуть и захлопнуть перед носом дверь, но я вовремя успел подставить ногу.
Резкая боль от удара пронзила ступню.
— Дай нам поговорить. Пусть она сама примет решение.
— Приведи хоть один серьезный аргумент, почему я должна тебе поверить и впустить?
Я зацепился рукой за металлический дверной косяк. Ногу все-таки было жалко, плечом куда удобнее было подпирать железное полотно.
Никогда не думал, что попаду в ситуацию, когда надо будет доказывать что-то подруге своей возлюбленной. Можно было бы упасть на одно колено и продемонстрировать рыцарскую удаль, которая так нравится всем женщинам, практически без исключения. Пустить мастерски пыль в глаза, отбивая ритм кулаком в районе грудной клетки, завалить девушек цветами и прокричать о своих чувствах к Аленькой так, чтобы у соседей полопались барабанные перепонки. Но все было куда проще. Я настолько устал от всего, что произошло со мной за эти два года, что смысла изображать из себя шута не было никакого. А главное, желания чудить не было.
— Я хочу обвенчаться с Аленой. Забрать ее к себе. У нас будет трое детей и большая собака.
Светлана захлопала своими ресницами, сглотнула и явно едва смогла собраться.
— А ты Алену не хочешь посвятить в свой очередной «идеальный» план? Снова все продумал?
— Хочу, — ухмыльнулся. — Так ты же не пускаешь…
— Допустим, поверила в эту сказочку. Только учти: второго шанса провернуть подобный номер у тебя не будет.
Девушка отступила в сторону, пропуская меня внутрь.
— Первая дверь слева. Ее пока нет, она обещала скоро быть.
Я скинул ботинки и, не дожидаясь хозяйской вежливости, вскочил в первые попавшиеся мужские тапки. Как оказалось, они были на два размера меньше необходимого.
— Отцовские.
— Я так и понял, — буркнул себе под нос.
В гостевой комнате, любезно предоставленной Светланой, не было ничего, что могло бы напомнить мне об Аленке, кроме тонкого, едва уловимого аромата ее духов. Я только успел присесть на широкую кровать, как дверь распахнулась и на пороге появилась… Алена.
Я смотрел на нее и не верил своим глазам! Передо мной стояла незнакомка с короткой стрижкой, в маленьком черном платье, облегающем идеальную женскую фигуру.
— Что с твоими волосами?
— И тебе здравствуй, — сухо проговорила Аленькая и пересекла комнату.
Она держала довольно объемную коробку в руках, которую поставила на стол.
Я не стал ждать, пока Алена заговорит первой. Встал, подошел к ней и просто обнял со спины. Сразу почувствовал, как девушка напряглась в моих руках.
— Зачем ты пришел? — Алена явно хотела назвать меня по имени, но, немного замешкавшись, не стала этого делать.
— Я хочу быть с тобой, — выдохнул в ее макушку и по привычке потянулся к волосам, но удалось лишь коснуться оголенной кожи в районе шеи. — И все-таки, зачем ты их обрезала?
Аленькая с короткой стрижкой стала выглядеть значительно взрослее. В ней изменилось буквально все: взгляд, осанка, черты лица немного заострились. Но больше всего меня тревожил отстраненный взгляд. В нем я успел прочитать смирение и уловить толику безразличия. Неужели мне не удастся ее вернуть?