Прометей: каменный век (СИ)
Когда поравнялись со скалами, где лежали убитые мной раннее их сородичи, мы их практически догнали: раненый остановился не выпуская из рук Лоа, оскалился в нашу сторону. Его сородич забыв, про опасность метнулся в нашу сторону, но пуля прямо в сердце оборвала его бег, он рухнул у моих ног, не добежав пяти метров. Раг снова обогнал меня и в высоком прыжке, такого я не видел в его исполнении, вонзил копье в район ключицы. Дикий взмахнул рукой, пытаясь его достать, но тут силы его оставили и он упал на Лоа, которая оказалась погребена под его тушей.
Общими усилиями стащили труп: девушка была помята и в шоке, но травм на ее теле не было. Я снова взглянул на пах этого урода, жеребец мог позавидовать этому размеру. Нас догнала Нел, пока мы рассматривали два трупа и пытались отдышаться после такого рывка. Девушка кипела праведным гневом: когда дикий схватил ее и побежал, она не растерялась и по самую рукоять вонзила мачете в живот, с которым никогда не расставалась.
— Мы должны убить их всех, — Нел была настроена решительно. Чтобы не подвергать ее жизнь риску, попробовал отговорить, но не мог ее переубедить. Позже узнал причину ее гнева: Нел также рассмотрела причиндалы дикого и прекрасно поняла с какой целью их пытались похитить. Ее уязвленная гордость требовала мщения, а может просто проснулись первобытные инстинкты, которые гласили: «убей или убьют тебя».
Мне и самому очень хотелось избавиться от каннибалов и настойчивость девушки решила все: отправил Рага с Лоа к плоту, наказав парню отвести плот с девушками в море метров на двадцать, бросить якорь и вернуться с моими патронами. Парень вернулся очень быстро и мы под его руководством направились к месту обитания каннибалов. Он видел их пещеру и лучше ориентировался в высокой траве. Идти пришлось недолго, через полчаса мы подошли к холму, на склоне которого чернел лаз, принятый Рагом за пещеру. Я не знал численность диких, но если предположить, что в охоте на Рага и Бара участвовали все, то у нас оставалось пять противников.
При подходе к склону пещеры стало ясно, что произошло с жителями деревни, или с их частью. В траве нашлись остатки человеческих скелетов: попались три фрагмента черепов и несколько костей ног, был один фрагмент грудной клетки с ребрами. Весь склон был загажен человеческими экскрементами, и земля была изрыта словно работало стадо кабанов.
У самого входа в лаз сидел дикий, его шерсть была серого цвета: увидев нас он издал каркающий звук, на который выскочило пять здоровых самцов. Мы остановились, между нами было около пятидесяти метров. Самый крупный из диких, прорычал и повернувшись скрылся в норе, остальные последовали за ним. Из темноты раздавалось угрожающее рычание, словно приглашение войти и помериться силой. Лезть в темный узкий проход было самоубийством и никак не вязалось с моими планами на господство в каменном веке.
— Рвите траву, — я показал своим примером, что хочу от своих, затем вспомнив, что у меня есть мачете, начал рубить полу высохшую траву под корень, по ходу собирая в кучу высохшие ветки, что встречались на пути. Собрав солидную кучу мы относили ее прямо к выходу из норы: рычанье там прекратилось, словно дикие затаились или улизнули через второй ход. Но с верхушки холма второго хода я не видел, если он только не замаскирован. Когда вся куча была у входа и частично внутри лаза, я поджег пучок травы и кинул пламя на кучу.
Загорелось не сразу, но потом стало разгораться, возможно, что был второй ход или отдушина, потому что пламя даже частично затягивало в лаз. Свежая трава горела плохо, сухие ветки горели хорошо, часть склона затянуло густым дымом, в двух местах на противоположном склоне, также появились струйки дыма, через природные отдушины. Всего из лаза выбрались двое диких, отчаянно чихая и кашляя они вылетели как слепые котята и сразу попали под удары копий и мачете. Для верности Раг еще раз пронзил копьем, распростертые у наших ног тела. Мы ждали еще час, пока полностью не прекратился дым от сгоревшей травы. Я дважды обошел склон холма, нигде не было видно второго хода.
Вряд ли можно было выжить при таком густом дыме, я начал кашлять едва подошел к самому лазу. Вероятно все каннибалы были мертвы, но лезть и проверять не было ни желания, ни времени. Я еще раз посмотрел на убитых, возможно это была тупиковая ветвь эволюции неандертальцев, потому что сходство с гориллами было больше чем с людьми.
Обратно мы возвращались максимально быстро, прошло несколько часов как Лоа и Моа были оставлены на плоту. Добравшись до моря вздохнул с облегчением, наш плот стоял на якоре, а девушки были в сохранности. Увидев нас они так бурно выражали свою радость, что Моа чуть не свалилась в воду. Не теряя времени набрали воду, причин задерживаться в этом странном и негостеприимном месте больше не было никаких.
Мы продолжили плыть на юг, вчерашняя находка не давала покоя: что это были за племя овладевшее технологией лука, какова их численность и куда они ушли, оставив свою деревню. Найденных у логова каннибалов остатков трупов было слишком мало, чтобы предположить, что всю деревню уничтожили дикие. Песчаные пляжи теперь встречались куда чаще, иногда они переходили в светло-серые пустынные земли, иногда сразу после них начиналось зеленое царство пальм и кустарников.
Лоа и Моа стали полноправными членами нашей команды, они уже сидели на веслах и хотя сил было еще маловато, старались грести. Лоа после попытки похищения каннибалами еще больше привязалась к Рагу и теперь они практически все время проводили вместе.
Я внимательно осматривал берег в поисках человеческих следов, но все было безжизненно, хотя животный мир был очень богат. Несколько раз видел стаю крупных птиц светло-коричневой окраски с горделивыми хвостами, вальяжно копавшихся на берегу в поисках пищи. Несколько стад антилоп или сайгаков встретились также, но расстояние было слишком велико, чтобы поохотиться.
Заметив на берегу снова светло-коричневых птиц направил плот к берегу: свежая дичь была бы кстати. Раг и Бар подстрелили по одной птице, только после этого стая унеслась на большой скорости, не взлетела, а именно побежала с очень большой скоростью. Птицы были крупные, после общипки каждая дала не меньше четырех килограммов мяса, красноватое и немного жесткое после варки. Пока мы готовили еду, используя ветки кустарников и опавшие листья пальм, я снова взобрался на финиковую пальму, которых рядом росло очень много. Взобрался, чтобы осмотреться вокруг: на всем протяжении, сколько хватало глаз не было ни единого следа присутствия человека: ни жилья, ни дыма от костра.
Лоа и Моя решили сменить моду: до этого они носили полную шкуру, которая покрывало тело спереди и сзади до колен, но не носили набедренной повязки и нагрудного куска шкуры. Теперь с помощью Нел они кромсали, точнее кромсала шкуру Нел, мастерски орудуя мачете: в итоге шкура была разделена и верхняя часть с промоиной для головы отправилась на место лифчика, а нижнюю часть девочки завязали на бедрах, заметно обнажаясь по сравнению с прежней формой одежды.
Такое решение пришлось по душе братьям, которые все чаще разбивались на парочки при каждом удобном случае. Это был каменный век, а я не был из полиции нравов и спокойно относился к их брачным прелюдиям, которые набирали силу. И только путешествие на плоту и связанная с этим невозможность перейти к конкретным действиям, останавливала молодых самцов, получивших такие неожиданные подарки судьбы.
Глава 25. Конец морского путешествия
Пока Нел готовила добытую братьями дичь, я немножко вздремнул. Мне снился сон, что я нахожусь дома и мама накрывает на стол и зовёт нас с отцом кушать.
— Сейчас придем, — отмахивается отец: не можем оторваться от телевизора, где в первенстве ПФЛ Спартак громит Зенит. Лишь когда Нел дотронулась до меня и я открыл глаза, медленно вернулось осознание того где нахожусь.
Когда мы обедали дичью, метрах в двухстах в море всплыл кит, выбросил фонтан воды и снова погрузился. Если бы только удалось получить кита еще раз, на несколько лет можно было обеспечить себя жиром и получить прекрасную кожу кита, которая служила бы нам верой и правдой.