Прометей: каменный век (СИ)

— Нел, — громко зову я. Со стороны рощи деревьев слышится негромкий смех. Блин, я же только что там прошел, правда в чащу не углублялся. Снова меняю направление, проходя мимо одинокого дерева чувствую на спине взгляд. Резко оборачиваюсь, вижу как еле заметная тень бесшумно метнулась от дерева к другому:
«Есть, от меня не уйдешь».
Делаю резкий рывок в направлении тени, ноги заплетаются о лежащую на земле ветку, растягиваюсь на земле. «Слава Богу, вроде ничего себе не сломал», — в последний момент успел поставить руки, и смягчить падение.
Легонький шлепок по спине и шуршание листвы под ногами пока поднимаюсь. Она успела снова скрыться, но сейчас я чувствую небольшой шлейф будоражащего запаха, того самого который ошибочно принимал за запах мочи. Это запах женщины, своеобразный, в нем нотки мускуса, который перебивается кисловатым запахом. Останавливаюсь и широко втягиваю носом воздух, еле заметный запах ведет в сторону группы деревьев, которые стоят особняком. Если она там, успею перехватить прежде чем добежит до основной массы деревьев.
Делаю обманный манёвр, словно направляюсь к основной чаще, держа глазами в фокусе группу деревьев. Так и есть, тень немного шевельнулась, словно досадуя на недогадливость самца. Пройдя половину пути, резко сворачиваю и кидаюсь направо: не ожидавшая это Нел визгнула, выдавая свое местоположение, а может уточняя его, кто поймет эти обряды каменного века. Теперь я ее вижу, она осторожно отступает за деревья, пытаясь отдалиться. Но, нет девочка, мой организм меня не простит если ты и сейчас сбежишь.
Перехватываю ее, кидаясь наперерез в момент ее рывка. Падаем и переворачиваемся в мягкой листве: ее теперь уже расчёсанные волосы до плеч, которые вьются словно после завивки попадают мне в лицо, лезут в рот. Она пытается вырваться, возмущенно сопя: «тигрица рассчитывала на несколько дней охоты». Осторожно подминаю ее под себя, странно, но от нее такой волнительный запах, что я готов войти даже не снимая своих штанов.
Тянусь одной рукой к ширинке, в этот момент Нел сильно кусает меня в руку, от неожиданности отдергиваю руку, девушка ползком выбирается из-под меня и снова убегает, оставив меня с зажатой рукой и с полуспущенными штанами.
— Нел, — рычу я взбешенный укусом и своим нелепым положением со спущенными штанами. В ответ слышится смех, эта негодница совсем рядом, видит каждое моё движение.
— Убью, — рычу я в ответ на смех, меня в самом деле разбирает злость. Столько проблем, ведь сама хочет и провоцирует меня как самка амурского тигра. И так убегает, будь это днем еще одно, ночью я плохо вижу, а луома
видят прекрасно, словно кошки. Хорошо, Нел хочешь поиграть? Поиграем, но по моим правилам. Натягиваю свои штаны, громко чертыхаюсь, показывая всем своим видом крайнее раздражение и иду в сторону палатки. Дохожу до половины пути, когда меня сзади окликает Нел.
— Макс.
Делаю вид, что не слышу, продолжаю путь. Теперь уже слышу топот, она нагоняет меня и останавливает, схватив за руку. Разворачиваюсь, Нел стоит передо мной так близко, что вижу в ее глазах недоумение. Прав тот бородатый анекдот, который гласит, что в отношениях с девушками лучше пять минут подождать, чем два часа уговаривать.
Нел сломалась, это видно по ее лицу, по дрожащему дыханию. Ее отвергли. А значит по законам племени луома
ее должны изгнать. Видимо такие мысли проносятся в ее прелестной голове, потому что она тянет меня в сторону рощи. Подчиняюсь молча, хотя в душе ликую: моя тактика оказалась верна. Но на Нел смотреть страшно, она идет впереди понурившись: процесс пошел не по ее сценарию.
Мы доходим до группы одиноких деревьев, которые, стоя полукругом образуют внутри площадку по паре метров в разные стороны. Дойдя до места, Нел молча снимает набедренную повязку и становится на колени, затем наклоняется и принимает соблазнительную позу, опираясь на локти и выгибая спину. Начинаю раздеваться и ловлю себя на мысли, что что-то не так. Нет ее смеха, нет шумного дыхания, девушка ведет себя как вели наложницы или рабыни перед хозяином.
 
«Нет, так дело не пойдет», — решаю про себя.
— Нел, — протягиваю руку и поднимаю девушку на ноги. — Беги, беги.
Она смотрит хлопая глазами.
— Беги, — повторяю, — я буду ловить тебя.
Нел понимает и вскинув голову блестит глазами, затем без предупреждения резко срывается с места, вбегая в рощу.
«Что ж, Макс дело за тобой, не ударь в грязь лицом перед девушкой», — говорю себе устремляясь вслед.
Минимум час я не мог ее поймать, она снова вошла во вкус, ее смех звенел как издевательство и как путеводная звезда. Поймать мне ее удалось совершенно случайно, когда потеряв ее из виду, тихо пошел в противоположном направлении, чтобы поймать на противоходе. Затаившись у группы одиноких деревьев ждал ее с одной стороны, но она появилась с другой. Только разгоряченная бегом и возбужденная природой она не заметила и не учуяла меня, обоняние у луома было на высоте.
Словно тигр накинулся я на девушку, повалив ее на ковер из листьев: разгоряченное пылающее жаром естество требовало немедленного охлаждения. Разведя ее ноги по сторонам, натыкаясь на недоуменный взгляд, одним резким движением вошел, преодолевая хлипкую естественную преграду. На мгновение Нел выгнулась, но уже в следующий момент яростно заработала тазом, удивляя меня до невозможности. Девушка была девственницей, но в умении двигать тазом могла дать фору Саше Грей.
Отдохнув несколько минут, я снова потянулся к ней. Нел легонько стукнув меня по руке, перевернулась на живот и грациозно словно дикая кошка приняла прежнюю позу. В этот раз я не стал играть в благородного рыцаря и вторгся в крепость открывшую ворота, безжалостно подавляя сопротивление противника. Стоит ли говорить, что после годового воздержания я был неутомим и отвалился обессиленный лишь когда порозовела полоска неба.
— Ты сильный Макс, — это были первые слова, сказанные Нел, за все время секса и охоты.
— А ты прелесть Нел, — вернул я комплимент.
— Прелесть это что? Ну как ей объяснить что такое прелесть?
— Прелесть, это самое вкусное на свете, Нел.
— Прелесть это как печенка антилопы на костре?
Нел приподнялась и смотрит на меня, при свете восходящего солнца ее глаза выразительны словно омут. Девушка абсолютно не стесняется наготы, у них нет еще этих лицемерных свойств стыдиться натурального и прекрасного. А она прекрасна, спортивное тело, упругая как мячик грудь, тонкая талия и шикарная попка.
Теперь я видел, что она была девственницей, бурые пятна и потеки размазанной по внутренней поверхности бедер крови, это подтверждали.
— Пошли Нел, надо кушать и умыться вначале.
— Макс, ты сильный. Ты хороший. Ты мой мужчина. — произнеся это, Нел потянулась, встала на четвереньки, чуть не заставив меня вернуться к ее телу. Но зачем торопиться когда впереди столько времени, она у меня есть, а целоваться я ее научу. Кстати о поцелуях Нел не имела понятия, как и классической позе для секса: в первый раз ошеломлённая моим натиском она впустила меня в миссионерской позе. Но все последующие разы были в позе, которая между прочим мне очень нравится.
Раг и Бар еще спали, хотя море было очень холодное сполоснулся в воде смывая с себя прилипшие листья и землю. Нел купалась дольше и даже не дрожала выходя из воды. Я не знаю почему художники изображали древних людей заросшими, с ужасными чертами лица и со страшными фигурами: Нел дала бы фору многим из моделей, только рост был низковат. Встающее солнце осветило ее фигуру, словно вырезанную из черного эбенового дерева. Таких упругих ягодиц девушки в моем времени не могли добиться даже изнурительными тренировками. Когда Нел застегнула набедренную повязку, из хижины показался Раг, который щурясь уставился на нас и заулыбался показывая белоснежные зубы.
 
— Раг радуется, что придет маленький человек, — Нел улыбнулась и помахала брату рукой. Тот нырнул в хижину и появился с Баром, шепча ему на ухо. Братья побежали к берегу и подбежав к сестре потерлись носами. Я пошел в палатку, чтобы не мешать их семейному счастью виновником которого сам и был.