Паучья сеть (СИ)

Вскоре Наиль толкнул толстую окованную железом дверь.
— Проходите.
Заказчик прошел внутрь небольшой, но уютной комнаты с мягкими диванами и столиком с различными фруктами и спиртными напитками. Обычно кресло, в котором сидел убийца, почти не освещалось, но сейчас Парень зажег факел над этим креслом. Он очень тонко чувствовал посетителя и понимал, что запугивать его еще больше было бы неверным подходом.
— Желаете чего-нибудь выпить? Мне кажется, вино вам не помешает.
— Ах, нет, благодарствую, — выдохнул мужчина, устраиваясь на диванчике. — Давайте поскорее закончим…
— Как пожелаете, — отозвался Наиль. Черная полоска ткани, прикрывавшая его лицо почти до глаз, успешно глушила голос, несколько меняя его. — Тогда перейдем к сути вашего заказа. Рассказывайте.
— Понимаете, — хрипло произнес мужчина, стаскивая с головы капюшон и открывая лысеющее лицо человека лет пятидесяти на вид. — Есть у меня дочка. Очень красивая. Так вышло, что мы с моим хорошим другом, у которого сын, договорились о браке наших детей. Теперь же… Друг мой скончался от лихорадки, дети наши выросли… Моя дочка стала настоящей красавицей. Умница, умелица. А вот мальчишка моего друга ступил на нехороший путь. Слышал я, с разбойным людом связался, незаконной работорговлей промышляет. Говорят, он с дружками иной раз девах прямо на улице захватывал, да ошейники на них натягивал. Одно слово — дрянь, не человек из него вырос. Не могу я дочку за такого отдать, и отказать не могу, мы с его покойным отцом кровью перед богами поклялись. Выходит, что паренька надобно убить…
Наиль улыбнулся под закрывающей его рот повязкой. Этот заказ был буквально на стыке уровней третьей и четвертой капли, но с натяжкой его можно записать в третий. Обычно трем каплям доставались совсем мусорные заказы с довольно жалкой оплатой, здесь же спорный уровень, цену можно поднять.
— Пожалуй, я лично приму ваш заказ. Цена заказа составит две тысячи золотых.
Черные Кинжалы брали за свои услуги гораздо, гораздо больше, чем убийцы-одиночки. Особенно в столице.
Парень извлек два экземпляра духовного договора, после чего принялся их заполнять, периодически уточняя различные детали.
— Вы… Простите мою грубость, но я слышал, что встречающие члены Черных Кинжалов не очень сильны… Вы действительно справитесь? — поинтересовался заказчик, читая духовный контракт.
— Не стоит беспокоиться, — усмехнулся молодой человек, едва сдерживая сбившееся дыхание — настолько его захватило предвкушение предстоящей работы. — Когда в гильдию приходит мастер смерти его не ставят сразу в высший эшелон, а вынуждают подниматься с нижних рангов.
— Хотите сказать, что…
В Черных Кинжалах были очень строгие правила. Ни один убийца не заявит, что он мастер смерти, не являясь им. Заказчик испугался еще сильнее, чем прежде. Он во все глаза рассматривал затянутый в черный костюм силуэт молодого убийцы с ледяным оценивающим взглядом. Почему-то сразу верилось, что он — мастер смерти.
— Все будет в лучшем виде.
Мужчина ошарашено кивнул, после чего достал кошель и отсчитал две тысячи золотых монет. Это была немалая сумма, фактически — его сбережения за несколько лет, но ради дочери он готов был пойти на такие траты.
Проверив оплату, Наиль отложил деньги в сторону, после чего надрезал палец и капнул кровью на два артефактных листка. Черные Кинжалы считались надежной организацией в том числе и благодаря тому, что между заказчиком и исполнителем всегда заключался духовный контракт. Убийца обязан был по нему выполнить определенную работу, иногда — в определенный срок, при этом — тем способом, которого пожелает заказчик. На обоих накладывался запрет разглашать детали заказа, но также была и возможность отказаться от духовного договора. Например, убийца осознал, что самостоятельно не сможет справиться с целью. Или заказчик передумал. В этом случае тот, кто отказывается, должен оплатить второй стороне десятикратную стоимость заказа. Если духовный договор расторгал убийца — то его отказ покрывался из средств гильдии, а потом эту сумму ему было необходимо вернуть организации. Более того, если окажется, что отказ от заказа был необязательным, то такой убийца рисковал потерять один ранг. Конечно, контрактом были предусмотрены и другие варианты при которых он прекращает действие. Например, если заказчик организовал ловушку для убийцы, или солгал относительно статуса цели, или что-либо еще подобного рода. В таком случае заказчик сам превращался в цель.
 
Когда заказчик подписал договор, молодой человек забрал один себе, а один отдал мужчине.
— После выполнения заказа ваш духовный контракт исчезнет. Это будет подтверждением его успешного выполнения. Но наш экземпляр останется в гильдии и будет гарантировать неразглашение некоторой информации с вашей стороны.
— Да-да, я понимаю… А когда… Простите, что спрашиваю такое…
— Я не работаю вслепую, — отозвался Наиль. — Мне необходимо изучить цель.
— Конечно, простите… — произнес мужчина, вытирая носовым платком вспотевший от напряжения лоб.
— Пойдемте, я провожу вас обратно к телепорту. Не нужно так нервничать, я не заставлю вас слишком долго ждать.
Проследив за исчезающим в белой вспышке мужчиной, Наиль вызвал одного из свободных трех капель себе на замену, а сам свернул в неплохо освещенный коридор, где вошел в кабинет казначея. Подождав, когда двое уже находившихся здесь убийц закончат свои дела, парень протянул духовный контракт и мешочек с монетами.
— Зарегистрируйте на меня задание.
— Сейчас… — кивнул худощавый старик с неожиданно пышной седой бородой. — Так, это ваша первая полевая работа?
— По заказу — да.
— Тогда я предлагаю разделить оплату и пойти в паре с кем-нибудь более опытным…
— Мне это не нужно. Просто зарегистрируйте заказ.
— Ну хорошо, — выдохнул старик. — Это ваша жизнь, и вы имеете права с ней расстаться, когда вам будет угодно. Приложите палец к этому шару.
Наиль взглянул на мутный шар на столе казначея. В Черных Кинжалах не использовали имена, прозвища были только у мастеров смерти или успевших действительно прославиться бойцов. Остальные взаимоотношения регулировались через статусную татуировку и артефакты, фиксирующие слепок энергии. Молодой человек безропотно приложил палец к шару, в нем высветился его духовный контракт, после чего шар снова стал мутным.
— Ступайте, — махнул в сторону выхода старик, смотревший на Наиля, словно на живой труп.
Хмыкнув, тот покинул негостеприимного казначея и направился в выделенные ему покои.
— Третий, собирайся, есть дело, — с порога приказал молодой человек, немедленно открывая один из сундуков и рассовывая снаряжение по карманам.
— Понял, шеф, — несколько приободрился подручный. В последнее время ему все сложнее было сидеть в каменной комнатушке без дневного света и какого-либо сносного дела.
К тому моменту, когда Наиль закончил сборы, Третий также был готов. Он оделся в обычную одежду среднестатистического горожанина. Так ему будет проще сливаться с толпой.
Вместе они прошли к телепорту и вскоре вышли через заднюю дверь все той же таверны. Удивительно, но лошади, на которых они прибыли в столицу, все еще находились в конюшне при таверне. За ними неплохо ухаживали. Наиль обрадовался и велел Третьему седлать одну из лошадок. Сам он планировал под иллюзией занять место позади подручного, чтобы не привлекать внимания своей внешностью.
«Правь пока прямо, я скажу, когда сворачивать», — медленно приказал молодой человек, занимая место позади Третьего.
Тот понятливо кивнул и тронул пятками бока лошадки.
«Дорогу сможешь запомнить?»
— Обижаешь шеф, — тихо отозвался тот.
«Хорошо».
Дальше они ехали молча. На город опускалась ночь, но магические фонари ярко освещали центральные улицы города. Чуть хуже освещались ремесленные и торговые кварталы, и совершенно не освещались районы бедняков.
«Сворачивай к тому борделю, нужно оставить лошадей».