Оправданный риск (ЛП)

— Элли, ты же знаешь, как это делается. Увидимся через три месяца, — говорит доктор Хенсон.
Она вскакивает из-за смотрового стола, берёт лекарство и хватает свою сумочку, а мне приходит в голову, что он не проводил настоящий осмотр её. Ну, не так, как это сделал бы гинеколог.
— Увидимся позже, Док, — говорит Элли с улыбкой. — Было приятно официально познакомиться с тобой, Скайлар. Может быть, мы сможем как-нибудь потусоваться. Мы, девочки, должны держаться здесь вместе. Слишком много тестостерона, сама понимаешь.
— О, это было бы здорово, — отвечаю я, и мы обмениваемся телефонами, прежде чем она выходит из клиники. Затем я поворачиваюсь к доктору Хенсону. — И это всё?
Он хмурится.
— А что ей ещё нужно?
— Разве ей не нужно сделать мазок? Обследование груди? — спрашиваю я, и он усмехается.
— Я делаю их раз в год любой женщине, которая просит, так же, как это делает акушер-гинеколог. Я также делаю анализы крови на венерические заболевания и тесты на беременность. У нас здесь хорошая, законная клиника, Скайлар.
Я чувствую себя немного неловко, расспрашивая его. Это было крайне неуважительно с моей стороны. Он работает здесь гораздо дольше, чем я. Это мой первый день, и я пробыла здесь всего десять минут, а уже сомневаюсь в его компетентности.
— Прошу прощения, доктор Хенсон. Я не хотела, чтобы это прозвучало…
— Не стоит извиняться, дорогая. Я ценю помощника, который не боится говорить, — произносит он, подмигивая.
Остаток дня мы проводим вместе, выясняя распорядок работы клиники: с доктором Хенсоном легко работать, и рабочая нагрузка в клинике ни в малейшей степени не напряжена. Большинство людей, которые приходят, — это старухи, которые являются подругами или женами членов клуба, и их дети.
Некоторые из пациентов — женщины, которых Доктор Хенсон называет «близкими друзьями» клуба, и я определённо могу сказать, что эти женщины отличаются от старух. Что-то в них мне не нравится. Они выглядят немного взвинченными, возможно, сидящими на наркотиках, и они недружелюбны со мной, хотя я не знаю почему.
Большинство из них приходят делать тесты на ЗППП и для пополнения противозачаточных средств (ЗППП — заболевания, передающиеся половым путём). Он говорит мне, чтобы я привыкла видеть их, потому что они завсегдатаи клиники. Они приходят каждые две недели для проверки.
В конце дня я прохожу небольшое расстояние до здания клуба и быстро принимаю душ. Я всё ещё в шоке, что душ был начисто вымыт — настолько, что, когда я выхожу, я решаю сделать что-нибудь приятное для Джейка. Могу признаться, что последние пару дней я вела себя как стерва, и, хотя он и обманул меня раньше, это было очень давно. Если я буду наказывать его за это до конца наших дней, я буду просто несчастной женщиной.
Я заказываю Uber, натягиваю джинсы и старую футболку. Надеваю кроссовки и выхожу на улицу, чтобы подождать. Я рада видеть, что это тот же водитель, что и раньше. По крайней мере, он знает правила игры. Как и в прошлый раз, машину и водителя осматривает один из байкеров, но, как и в прошлый раз, водитель говорит мне, что он не возражает.
Мы заводим светскую беседу, пока он ведёт машину, он рассказывает мне о своей жене и детях; у него двое мальчиков и одна девочка. Я рассказываю ему о своей работе медсестрой и о том, что недавно переехала сюда, в Бирмингем. Я не вдаюсь в подробности, когда он спрашивает, почему я переехала. Я просто говорю ему, что мой отец умер, и я переехала, чтобы быть ближе к моему брату. Приятно поболтать с кем-то, кто не имеет никакого отношения к моей жизни.
Я спрашиваю водителя, может ли он отвезти меня в ближайший продуктовый магазин и подождать, пока я забегу внутрь. Я обещаю ему, что не задержусь надолго. Я быстро вхожу в магазин и хватаю всё, что мне нужно из продуктов. Я не знаю, сколько эти люди едят, но я хочу приготовить достаточно для всех, так что не похоже, что я готовлю только для Джейка.
Меня переполняет радостное возбуждение, когда водитель, которого зовут Дон, везёт меня обратно в клуб. Прошло много времени с тех пор, как я готовила, но я никогда не забывала любимое блюдо Джейка. Надеюсь, он воспримет эту еду как предложение мира.
 
Глава 10
Джейк
— Это ты заказал доски не того грёбаного размера! — обвиняю я Манси, развязывая ремень с инструментами и бросая его в кузов грузовика. — Целый долбаный день пошёл коту под хвост!
— Я заказал то, что мне, бл*дь, велели заказать! — возражает он.
— Тогда это дерьмо было бы правильным! Ты хоть представляешь, как это влияет на стоимость? — спрашиваю я его, сильно толкая.
Он отталкивает меня назад, и я замахиваюсь, ударяя его правым кулаком в челюсть. Он спотыкается и бормочет проклятия, готовясь к бою. Он может быть только проспектом, но не стерпит никакого дерьма, даже от меня. Это одна из причин, по которой клуб готов проголосовать за него.
— Довольно! — кричит Хантер. — Мы возместим урон и в бухгалтерских книгах будет всё гладко!
Манси сердито смотрит на меня, и я почти рычу на него. Наконец, он топает прочь, направляясь к грузовику, чтобы выгрузить инструменты и пополнить запасы. Я слышу, как Хантер говорит Манси с Дэшем, что им придётся встать пораньше и купить доски нужного размера, прежде чем мы начнём рабочий день.
Обычно я не такая горячая голова, во всяком случае, с братьями, но каждый раз, когда Хантера не было видно, всё, что я слышал, это как Дэш дрочил на трусики Скайлар. Этот грёбаный придурок не вернул их мне, и теперь они мне ни хрена не нужны. Я хочу, чтобы он уничтожил их, чтобы он никогда не смог прикасаться к ним снова. Больной ублюдок.
Я изо всех сил сдерживался, чтобы не надрать ему задницу, но тогда он захотел бы знать почему я это делаю, и все остальные тоже, ведь, технически, он не трогал Скайлар.
— Да что с тобой такое, чёрт возьми? — Хантер спрашивает меня, сжав моё плечо. — Когда ты трахался в последний раз?
Я стряхиваю его руку.
— Тебе надо сбросить напряжение, иди найди киску, — предлагает Хантер, открывая дверь в клуб.
— Ну, будь я проклят.
Запах бекона и блинов ударяет мне в нос, рот мгновенно наполняется слюной. Скайлар стоит за стойкой вместе с Элли, выставляя на всеобщее обозрение разнообразные блюда. Моя любимая еда. Она улыбается нам с Хантером, ставя на стойку очередную тарелку с блинами, и Элли начинает расставлять всем пиво.
Она готовила для меня, как и подобает старухе. Эта невероятная грёбаная женщина готовила для меня. Да, еды здесь хватит на весь клуб, но я чертовски уверен, что она не забыла, что блины — моя любимая еда, особенно на завтрак.
Она тоже любит завтраки. Бекон, яйца, колбаса, овсянка и блины. Господи, как же я люблю её чертовы блинчики. Я могу пристраститься к этому.
Скайлар достаёт из холодильника кувшин, и у меня чуть не отвисает челюсть. Она даже заварила сладкий чай! Забудьте про это чертово пиво!
— Надеюсь, этого хватит на всех, — говорит она почти застенчиво.
Хантер обходит бар и заключает её в объятия, целуя в щёку. Разве это неправильно — ревновать его прямо сейчас? Он может свободно выражать свою признательность ей, в то время как мне приходится притворяться, что каждая частичка меня не умирает от желания прикоснуться к ней.
— Элли помогла, — говорит Скайлар, подталкивая её локтем в бок.
Блондинка небрежно пожимает плечами.
— Совсем немного
Но Элли всё ещё краснеет, когда Хантер целует её в щёку, благодаря. Я почти смеюсь над тем, насколько он чертовски слеп. Она практически пускает слюни по нему, а он даже не замечает.
 
— Хочешь, я подам тебе тарелку? — спрашивает Скайлар.
— Я пойду в душ, а потом вернусь поесть, — говорит Хантер, а затем кричит предупреждение братьям: — Лучше бы там осталась какая-нибудь грёбаная еда, когда я выйду из душа, или я надеру кому-нибудь задницу!