Добыча (ЛП)
Мойра должна была что-то сделать — или ее единственный настоящий друг в этом новом мире умрет.
Поэтому она схватила руку, зажатую у нее на плече, дернула ее вперед и вонзила зубы в нижнюю сторону запястья демона. Он выругался на языке, которого она не понимала, но она продолжала кусаться, пока не почувствовала металлический привкус крови — и демон оттолкнул ее. Она наткнулась на нескольких зевак, выплевывая на ходу теплую вязкую кровь, и когда никто из них не попытался схватить ее, она протиснулась сквозь толпу, пока снова не оказалась в гуще событий.
— Иди! — крикнул ей Северус. — Убирайся!
Как она и думала: он лежал на спине, костяшки пальцев разодраны, лицо так залито кровью, что его с трудом можно было узнать. И Дириэль, возвышающийся над ним — его безжалостные кулаки в сочетании с пинками от его маленькой группы ликующих друзей. Ярость заставила ее вспыхнуть, ее щеки стали горячее, чем когда-либо.
— Я сказала, — закричала она, шатаясь вперед в своей узкой юбке-карандаше и на высоких каблуках, — оставь его в покое!
Дириэль развернулся как раз вовремя, чтобы она хлопнула его руками по плечам, надеясь, что ее новая сила, по крайней мере, выведет его из равновесия.
Ослепительная вспышка чистого белого света вырвалась из ладоней Мойры — и она швырнула его через барную стойку.
Толпа замолчала. Обмякшее тело Дириэля врезалось во что-то, подняв шум разбитого стекла и расколотого дерева, но и это тоже затихло. Дрожа, Мойра уставилась на свои руки ладонями вверх. Такого раньше никогда не случалось. Они выглядели так же, как всегда, но у нее начала кружиться голова, а колени казались не очень устойчивыми.
Вокруг них послышался множественный шепот, когда Северус перекатился на бок и выплюнул полный рот крови. Медленно он поднял на нее взгляд — уже не черный, как смоль, а тот, который она встретила впервые. Даже светлее, его радужки были мутно-серые.
— Что, черт возьми, здесь происходит? — потребовал Аларик, захлопывая дверь в задней части бара и направляясь к толпе. Широко раскрыв глаза, он наклонился к другу. — Сев?
В одно мгновение Северус вскочил на ноги и бросился к Мойре, подхватив ее под колени. Она взвизгнула, когда он швырнул ее — буквально швырнул — через стойку бара и прорычал:
— Уходим!
Аларик едва успел поймать ее и удержаться на ногах, пара врезалась в полки с дорогими, дребезжащими бутылками ликера. Голоса начали повышаться, зовя Северуса, но все это слилось в один ужасный рев, смешанный с пронзительным воем, который она чувствовала сквозь зубы. Инкуб перемахнул через стойку, оставляя за собой кровавый след, схватил Аларика за плечо и подтолкнул его и Мойру к задней двери.
— Бестро!
***
— И где, черт возьми, ты был? — слова Северуса эхом разнеслись по главному этажу его дома, и Мойра слышала, как они с Алариком расхаживали, стуча ботинками на толстой подошве по паркету.
— Я расписывался за доставку! Отца не было, и с этим нужно было разобраться. Я сказал Симусу присматривать за ней, — ответил Аларик. — Меня не было пару минут!
Сидя на верхней ступеньке узкой крутой лестницы в четырехэтажном невидимом доме, расположенном прямо по улице от Ада, Мойра наблюдала, как капли дождя скатываются по кожаной куртке Северуса. Она все еще была обернута вокруг ее плеч, точно так же, как он ее оставил. Весенняя гроза, появившаяся из ниоткуда, продолжала колотить в окно, выходившее на улицу, и она взглянула в его сторону, когда свет разорвал тьму. Это было мимолетная, мерцающая, одинокая вспышка молнии — но она не могла не думать о силе, которая вырвалась из ее рук, когда она толкнула Дириэля.
Так оно и было. Молния. Прожектор. Вспышка чего-то грубого и первобытного, что каким-то образом сумело одновременно напугать и успокоить ее.
Прямо как Северус. Он почти вырвал ее из рук Аларика, когда они отступили в заднюю часть Инферно, которая была не чем иным, как серией извилистых коридоров, расположенных между человеческой и демонической стороной. Хотя ее каблуки делали это почти невозможным, Мойра не отставала, бежала рядом с двумя друзьями, пока не провалилась в тяжелую металлическую дверь на противоположной стороне здания, прямо в припаркованный белый Ламборджини Аларика.
Это было последнее, чего она ожидала от такого милого, болтливого парня, как Аларик, за рулем, и она была вынуждена сидеть на коленях Северуса, промокшая до костей от ливня, когда они мчались оттуда. Дождь сделал дороги скользкими, и Северус крепко держался, размазывая свою кровь — все еще горячую, даже сейчас — по шее Мойры, когда Аларик затормозил перед, казалось бы, пустым переулком. Схватив Северуса за руку, она побежала вместе с парнями в их волшебно скрытый дом, дверь за ними громко захлопнулась.
Все, чего она хотела, это схватить влажную тряпку и вытереть лицо Северуса, но парни начали препираться, как только Аларик запер входную дверь. Оцепенев, Мойра молча поднялась по лестнице с намерением переждать эту конкретную бурю — все это время зная, что она обязательно нырнет с головой в другую бурю, когда эта закончится.
— Я же говорил тебе не оставлять ее одну. Я же говорил тебе…
— И мне очень жаль! Я не думал, что за пять минут будут такие проблемы!
Их тени тянулись по темному деревянному полу, свет над плитой на кухне все еще горел. Прикусив внутреннюю сторону щек, Мойра медленно стянула с себя каблуки и выстроила их в ряд на ступеньку ниже себя. Если бы Аларика там не было, она бы тоже начала снимать с себя промокшую одежду, нуждаясь в горячем душе и крепком напитке. Но он был там — и он не отступал от криков Северуса, хотя голос демона был более грубым, более животным, чем она когда-либо слышала.
Хорошо для него. Мойра не была уверена, что ей было бы так хорошо, если бы Северус говорил с ней таким же тоном.
— Ты знаешь, что думает мой отец о драках в его баре…
— Дириэль нанес первый удар!
— Вот почему я говорил тебе не привязываться к клиентам. Она не может быть таким отвлекающим фактором, чтобы это вредило ее безопасности.
— Аларик, не надо…
— Но не обращай на мои слова внимания, — прорычал англичанин, и громкость спора наконец снизилась. — Ты привел ангела-гибрида в бар моего отца? Ты хоть понимаешь, насколько это безумно? Ты что, потерял голову?! Каждый гребаный демон в Фарроуз-Холлоу будет знать о ней завтра к восходу солнца!
— Я знаю, Аларик.
— И они придут за ней…
— Я знаю.
От внезапной напряженной тишины у нее по спине пробежала дрожь. Мойра хотела винить себя; это была ее случайная вспышка света, которая выдала ее с головой. Но она не знала. Она все еще не знала, на что способна, и никто, включая Северуса, не был готов рассказать ей об этом.
— Мне нужно идти, — проворчал Аларик, его тяжелые шаги топали, сопровождаемые звоном ключей. — Мне нужно поговорить с моим отцом. Мне нужно это исправить. Мне нужно… опередить Дириэля и его гребаных лакеев, прежде чем они… — он остановился в промежутке между входной дверью и нижней частью лестницы, свирепо глядя, как она предположила, в направлении Северуса, он продолжил: — Не приводи ее обратно в бар. Когда-либо. Ты же знаешь, что отец не хочет иметь ничего общего с ангелами. Ты знаешь, Северус. Какого хрена ты мне не сказал, кто она такая? Гибрид, конечно, я это знал, но вторая половина могла быть кем угодно. Она обманула всех нас, и она даже не настоящий ангел. Ты должен был предупредить меня, что…
Он замолчал, нахмурив лоб, прежде чем медленно посмотрел вверх по лестнице. Одинокая слеза скатилась по ее щеке, и Мойра смахнула ее, сильно моргая. Она даже не заметила, что они приблизились. Аларик вздохнул и провел рукой по своим лохматым волосам, все это средство для укладки было смыто дождем.
— Мне жаль, Мойра, — сказал он мягко — по крайней мере, по-доброму. Затем, не говоря больше ни слова, он вышел через парадную дверь и захлопнул ее за собой. Мгновение спустя рев его дорогого двигателя заполнил улицу, и она наблюдала, как его машина скрылась из виду через переднее окно.