Добыча (ЛП)

Может быть, она старалась для него?
От этой мысли у внутреннего зверя началось слюноотделение.
— Что-то не… — Мойра пригладила юбку рукой, и ее щеки залились краской, когда Северус положил свою ладонь ей на бедро, чтобы полюбоваться ей сполна.
— Ты слишком сногсшибательна, — пробормотал он. — Каждый негодяй захочет вонзить в тебя свои когти.
Она нервно сглотнула, поправляя белые пряди, обрамляющие лицо.
— Я так понимаю, это значит, что тебе нравится?
— Безумно.
Она хоть представляла, как трудно ему было держать в узде свои низменные инстинкты? Все, что он хотел, — это прижать ее к стене и удовлетворить все свои потребности, прямо здесь и сейчас. К черту встречу с Верье. Плевать на людей, выстроившихся в очередь за углом. Когда он находился рядом с Мойрой, вдыхал ее запах, весь остальной мир не имел никакого значения.
— Раньше это сидело на мне лучше, — пролепетала она, одергивая юбку. — Как и вся моя одежда. Сейчас мне все велико.
Он с трудом заставил себя на мгновение взглянуть на нее более критически и должен был признать, что браллет лучше смотрелся бы груди чуть большего размера. Юбка тоже немного морщилась на ее заднице. Но для Северуса Мойра все равно была восхитительна.
— Знаешь, мне кажется, тебе бы стоило получше питаться в данный период, — заявил он, когда эта мысль из ниоткуда возникла в его голове, когда Мойра бросила на него суровый взгляд, Северус лишь пожал плечами и провел пальцем по бретельке на ее плече в направлении ее выступающей ключицы, отчаянно желая спустить ее, чтобы освободить ее молочно-белую грудь, увенчанную идеальным розовым соском. Но вместо этого он заставил себя убрать руку обратно в карман. — Если наши предположения верны, и ты на этапе трансформации в… — он осмотрелся по сторонам, чтобы убедиться, что они в переулке одни. — Я к тому, что если это произойдет, то, наверняка будут и изменения в твоем метаболизме. Если ты слишком теряешь в весе, и это становится причиной комплексов, то просто ешь побольше. Уверен, что ты вполне можешь позволить себе такую роскошь.
Нельзя было поспорить, что молодые демоны были чрезвычайно ненасытны и прожорливы, поэтому Северус осмелился предположить, что организм Мойры функционировал примерно по такому же принципу в период ангельской трансформации.
— Что ж, это кажется, — она сделала паузу и слегка нахмурилась, — вполне логичным.
— Ну вот.
Он склонился и поспешно, но смачно поцеловал ее в щеку, не желая смазывать ее темно-рубиновую помаду, делающую ее губы столь аппетитными. Помимо этого, Мойра нанесла немного темных теней на веки, но это не умаляло ее природной красоты.
— Порой я рассуждаю вполне даже логично. Если бы ты хоть иногда слушала, что я говорю, то поняла бы…
У него на мгновение сперло дыхание, когда она, смеясь, ударила его в грудь, заставив его сердце биться чаще.
— Ауч!
Северус выбросил сигарету и прижал руку к груди, нацепив на себя гримасу поверженного страдальца — нужно признать, что выглядело это слегка театрально. Он не привык к тому, чтобы те, с кем он делил постель, причиняли ему боль. Откровенно говоря, и сам Северус пытался не делать никому больно на протяжении последних двух десятилетий среди людей, поэтому ему странно было ощущать подобное на себе. Тупая боль вскоре рассеялась, стоило ему только слегка потереть ушиб, а улыбка Мойры сменилась чем-то более выразительным, и блеск ее зубов заставил Северуса ощутить легкое покалывание в плече.
Живя в Аду, демоны исцелялись от ран в мгновение ока. На Земле же время исцеления могло затянуться в зависимости от тяжести повреждений. Зубы Мойры оставили шрам на его плече, который пока так и не зажил, но он и не хотел этого. Северус наслаждался каждой толикой боли, каждым мрачным воспоминанием о том дне в его спальне.
— Я действительно сделала тебе больно? — нерешительно спросила она, положив свою руку на его. Ее кожа показалась Северусу теплее, чем обычно. Из-за того, что у него перехватило дыхание, он смог ответить лишь кивком, и тогда Мойра отпрянула, а от ее игривости тут же не осталось и следа. — Оу, прости…
 
— Не стоит переживать. — Напомнив себе, что им пора идти, так как его завуалированный флирт с Мойрой в этом темной переулке затянулся, Северус снял с себя куртку и накинул ее на плечи спутнице. — Мне нравится эта боль. Я много лет не ощущал подобного.
— Мне знакомо это чувство.
Они обменялись мимолетными взглядами, прежде чем Мойра просунула руки в рукава куртки. Она была заметно велика ей, но достаточно хороша для того, чтобы наряд девушки не вызывал у других демонов реакций, подобных желаниям Северуса.
Откашлявшись, Мойра вновь посмотрела на него, и в ее лице не было никакого намека на нежность.
— Зачем я нацепила это?
— Как я уже говорил, ты выглядишь слишком аппетитно, — сказал Северус, взяв ее за кончики пальцев, потому что только они были видны из рукавов, — поэтому, если мы не проявим осторожность, кто-то может попытаться откусить от тебя кусочек.
Мойра лишь хлопала своим рубиново-красным ртом, не находя, что ответить.
— Оу.
— Вот и я о том же.
Северус повел ее по переулку, подхватив по пути свой альбом с эскизами. Как только они достигли стальной двери без ручки, Мойра замедлила шаг, настойчив дернув его за руку, чтобы остановить.
— Так что именно я должна буду делать там? — она кивнула в сторону здания из темного кирпича, и впервые за то время, что она находилась в переулке, выглядя вполне себе уверенной, в ее голосе зазвучали нотки волнения.
— Ты? — уточнил Северус, притягивая ее к себе и ловя, когда она не устояла на своих каблуках. Его рука обвилась вокруг ее талии, и разница в росте заставила Мойру задрать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. — Ты будешь отдыхать в баре. Наслаждаться напитками и атмосферой. К сожалению, Верье ни за что не впустит тебя к себе в кабинет, так что это все, что ты можешь сделать в этом случае.
Мойра даже не пыталась скрыть своего разочарования.
— Ну что ж, понятно.
— Если все пойдет по плану, то мы покинем это место через сорок пять минут, — пообещал он.
Северус прожигал не мало ночей в «Инферно», но придя сюда с Мойрой, он хотел как можно скорее получить информацию и убраться отсюда. Конечно, он предпочел бы провернуть все это после того, как Аларик вступит на смену, но у Верье было только это время на встречу с ним и никак иначе, поэтому Северус не мог упустить этот шанс.
А еще он не мог опоздать. Поэтому он слился с Мойрой в поспешном, но глубоком поцелуе, а затем повернулся и постучал кулаком в дверь. Он сделал это столько раз, сколько было положено по шифру этого месяца, и потянул Мойру за собой внутрь, как только дверь отворилась.
— Это ты, пиявка, — поприветствовал его Дартаниус, ехидный ублюдок-швейцар, по традиции, ухмыльнувшись. Прилично возвышаясь над Северусом, седовласый демон вздохнул, видимо, собираясь выплеснуть еще какую-то колкость, но слова, казалось, замерли на кончике его языка, когда его черные глаза зацепились за Мойру.
— Приветствую, — промямлила она, застенчиво улыбнувшись, прежде чем Северус потащил ее за собой к ближайшему бару. Сопровождая к барной стойке самую красивую из присутствующих девушек, включая официанток-суккубов, Северус продолжал чувствовать на себе пристальный взгляд швейцара, что крайне раздражало. Мойра неуверенно семенила за ним, озираясь по сторонам, пока ее рука была сжата в его руке.
Как Северус и рассчитывал, это был рядовой вечер среды. Здесь была даже тише, чем в прошлую среду, когда он также заглядывал сюда. Несмотря на то, что в верхних динамиках играла музыка, пол вибрировал от низких басов, раздававшихся с площадок на нижних этажах. Бар, в котором обычно заведовал Аларик, еще был закрыт, о чем свидетельствовал тусклый свет над полками с напитками. Северусу ничего не оставалось, как посадить Мойру в центральном баре неподалеку от входа.
Несколько любопытствующих глаз были направлены на них, но Северус ощущал жар их взглядом прямиком на себе. Они чувствовали его, инкуба, низшего существа в иерархии демонов. Мойра была для них темным пятном, пустотой, не наделенной особыми вибрациями. Оставалось лишь уповать на то, что эта особенность, а также его безразмерная куртка защитят ее от лишнего внимания. В конце концов, никто из гибридов не излучает вибраций. Аларик тоже был для них лишь сгустком пустоты. Северус расценивал это как преимущество, так как никакая сверхъестественная гадина не имела возможности разгадать их. Лично он был готов убить за право обладать подобной анонимностью.