Отверженный IX: Большой проигрыш (СИ)
Дана замолчала, ей тяжело давался этот разговор. Романов всё понимал, поэтому молчал и не задавал лишних вопросов. Выдержав небольшую паузу, вдова кагана Абылая указала на второй большой кристалл и продолжила рассказывать:
— А это мой кристалл. Он светится и, как видишь, светится ярко. Несмотря на то, что мне сейчас очень тяжело, моя ненависть к предателю даёт мне силы, и это всё отражается в кристалле. А два маленьких — это кристаллы Алихана и Айсулу. И они оба светятся. Это значит, что Алихан жив! Я скажу больше, мутный кристалл — это Айсулу! Девочка находится в депрессии, и это всё отражается. А кристалл Алихана светится ярче всех. Я не могу понять, почему так, ведь мальчик явно страдает сейчас, находясь в плену. Возможно, ему, как и мне, тоже даёт силы злость и желание отомстить. Но это уже детали. Главное — я вижу, что мой сын жив!
Дана закончила рассказ слишком эмоционально, но тут же взяла себя в руки и добавила уже спокойным тоном:
— И я теперь заложница ситуации. С одной стороны, мне радостно, что Алихан жив, но с другой — это связывает меня по рукам и ногам. Я не могу ничего сделать этому выродку, убившему моего мужа.
— Всему своё время, Дана, — повторил уже ранее сказанную фразу Романов. — И я тебе обещаю, что это время настанет.
— А ещё меня бесит его трусость! — Дана снова начала заводиться. — Это ничтожество боится мне сказать, что Алихан у него. Видимо, считает, что я не совладаю с собой и начну выбивать из него информацию, где прячут моего мальчика. Признаюсь, пару раз до этого почти дошло, но я в последний момент останавливалась. Потому что опасаюсь не рассчитать силы и эмоции и развеять подонка по ветру. А отвечать за мои действия придётся Алихану. Ему не жить, если я убью Карима.
— Это хорошо, что ты останавливалась, — сказал Александр Петрович. — Карима сейчас трогать нельзя.
— Ты прав, Саша, — согласилась Дана и, глядя на брошь с кристаллами, добавила: — Но знаешь, как мне трудно смотреть на этот светящийся кристалл Алихана и не знать, где мой сын и не иметь возможности ему помочь. Ты просто не представляешь!
— Очень даже представляю, — с сочувствием произнёс кесарь. — И ещё я могу тебе объяснить, почему кристалл Алихана так ярко светится.
Дана недоверчиво посмотрела на Романова, но ничего не сказала.
— Дай мне пять — десять минут, и одной тайной для тебя станет меньше, — пообещал кесарь. — Я сейчас вернусь.
После этих слова Александр Петрович быстро покинул кабинет, захватив с собой телефон. В коридоре он набрал чей-то номер, дождался, когда ответят, и сказал в микрофон:
— Роман, здравствуй! Хорошо, что ты так быстро ответил. Ты дома? Мне нужно, чтобы ты передал телефон Алихану как можно скорее. Это очень важно.
— Он занимается с Милой, — послышалось из динамика телефона. — Я сейчас схожу к ним.
— Это просто замечательно! Жду.
Через пять минут Романов вернулся в кабинет; Дана стояла там же, где он её оставил.
— Присядь, пожалуйста! — попросил кесарь свою гостью, та удивилась ещё сильнее, но спорить не стала и села на диван.
Александр Петрович подошёл к Дане, протяну ей телефон и сказал:
— Поговори!
Вдова кагана Абылая взяла телефон, бросила очередной удивлённый взгляд на кесаря и сказала в микрофон:
— Я вас слушаю!
Почти сразу же после этого глаза Даны расширились, она растерянно, словно не веря своим ушам, посмотрела на Романова, а потом срывающимся голосом закричала в трубку:
— Алихан! Сыночек мой любимый!
*****
Когда мы с бабушкой и Вильгельмом Пятым прибыли порталом на кухню, я сразу же побежал к себе в комнату, чтобы переодеться. В отличие от Его Величества, который во время экзамена выпачкал лишь сапоги, у меня вид был такой, словно я неделю ползком пробирался через болота.
Переодевшись, уже собрался бежать на кухню, но тут зазвонил телефон. Я хотел проигнорировать звонок, но это звонил Романов — пришлось ответить. Александр Петрович сказал, что ему очень нужно срочно поговорить с Алиханом, и мне пришлось бежать к Алихану — благо я знал, где они с Милой в этот момент тренировались.
И вот я стоял и смотрел, как мальчишка с кем-то говорит по телефону, чтобы по окончании разговора схватить аппарат и рвануть со всех ног на кухню — очень не хотелось, чтобы меня там долго ждали. Но Алихан пока не собирался закругляться. Говорил он по-казахски, из чего я сделал вывод, что общается он явно не с Романовым. А по ярким эмоциям было видно, что разговор этот для мальчишки крайне важен.
— С кем и о чём он говорит? — спросил я Милу.
— Что с тобой? — воскликнула моя девушка, которая наконец-то заметила, что у меня выбиты два верхних передних зуба.
— Ерунда, на тренировке поцеловал камень. Так с кем он говорит?
— С мамой.
Это было удивительно. Неужели Дана сбежала в Россию? Скорее всего, именно так и обстояли дела, потому как в том, что Романов не мог поехать в Каганат, я был уверен. А они сейчас были рядом. И ещё мне стало интересно, а как же Айсулу? Тоже сбежала или осталась на родине?
Когда Алихан наконец-то закончил разговор, я быстро схватил телефон и помчался на кухню. Очень хотелось взять с собой Милу, чтобы она тоже попробовала, как я уже понял, легендарные стейки немецкого императора, но тут было без вариантов — видеть, как он возится на кухне, император Священной Римской империи разрешил лишь бабушке и мне.
*****
— Это ничтожество ещё и собиралось на мне жениться! — делилась вдова кагана Абылая новостями с Романовым. — Ты можешь себе представить уровень наглости и лицемерия? Этот подонок допускал, что я разделю с ним ложе!
После того, как Дана узнала, что её сын находится в полной безопасности, она заметно оживилась и повеселела. Она даже улыбалась, несмотря на то, что речь шла о ненавистном ей Кариме. Видимо, теперь она точно была уверена, что сможет отомстить убийце мужа, и уже предвкушала это.
— Но потом он передумал брать меня в жёны, — продолжила Дана рассказывать о возмутивших её до глубины души планах нового кагана. — Решил жениться на Айсулу. Причём собрался брать её ещё и второй, младшей, женой. Ты представляешь, какая наглая тварь?
— И за это он тоже ответит, — невозмутимо произнёс Романов. — Даже не сомневайся. Но сейчас, когда тебя больше не сдерживает страх за Алихана, тебе надо быть особенно осторожной и не сорваться, и не натворить сгоряча глупостей.
— Ты просто пообещай мне, Саша, что я сама буду его казнить, и я буду ждать этого момента сколько угодно.
— Обещаю.
Дана улыбнулась, но улыбка эта выглядела довольно зловеще — видимо, в этот момент она представила, как будет расправляться с Каримом.
— Сейчас тебе нужно во всём с ним соглашаться, — сказал Романов. — Но не переусердствуй, чтобы он ничего не заподозрил. Айсулу ничего не говори про Алихана. Просто пообещай ей, что свадьбы её и Карима не будет, чтобы она не волновалась. Пусть делает вид, что смирилась и готовится к мероприятию. Но до этого точно дело не дойдёт. У меня были определённые планы касательно Карима и Каганата, но теперь мы их подкорректируем. Пока не знаю, как. Надо думать. Но с твоей помощью будет намного проще всё это сделать.
— Ты знаешь, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы отомстить за Абылая. Просто говори, что надо делать. Только вот как мы будем держать связь?
— Только так как сегодня. Других вариантов нет. Ты можешь прибыть сюда через неделю? Думаю, к этому времени у меня уже будет более менее продуманный план.
— Я постараюсь, но не всё зависит от меня, — ответила Дана.
— А можешь настроить маяк, чтобы он всегда был активным?
— Могу.
— Тогда настраивай, и пусть он всё время лежит здесь. Предварительно договариваемся встретиться ровно через неделю в это же время. Если не получится, то как сможешь, так сможешь.
— Но ты ведь не находишься здесь постоянно.
— На столике будет всегда лежать телефон с набранным моим номером. Как прибудешь, сразу звони мне. Долго ждать не придётся. Договорились?