Между этажами (ЛП)

— Пэт, ты что-то подмешала в мой чай?
— Чего?
— Мне и в голову бы не пришло, что ты на такое…
— Да ну? Не похоже.
— Вообще, если уж быть откровенным до конца, действительно задумывался, стану ли я объектом твоих шуток вместо Джин Ёна после того, как ты меня простила. Подозреваю, вчера Зеро подсказал тебе парочку жестоких способов.
— Ну уж фиг, — возразила я, — Подкалывать кровохлёба слишком весело. Говорила же, что прощаю.
— Воистину, — заключил Атилас и отхлебнул чаю, — Тогда будь добра, передай печенье.
— Только это не твои любимые, — предупредила я, — И если думаешь, что это маленькая месть, то нет, во всём виноват вампир. Нашёл, где я их прятала, и слопал. Не думаю, что они ему даже нравятся: скорее всего сожрал только потому, что их любишь ты, и потому что их прятала я.
Атилас улыбнулся в чашку:
— Разумеется. Чего ещё ты от него ожидала?
— Ничего хорошего, уж точно. А долго тебе ещё отлёживаться?
— Полагаю, ещё несколько дней. А что?
— Так, просто, — сказала я. Теперь ему будет о чём подумать. Никакой мести. Атилас вечно о чём-нибудь размышляет, и, если не угадывает, что я задумала, так, блин, подбирается слишком близко к разгадке. Вот и пусть думает. Не то, чтобы я собиралась безобразничать в гостиной. Скорее все мои дела будут вне дома.
Например, из окна Морганы буду приглядывать за Дэниелом. Скорее всего снова тренироваться с Зеро, раз Атилас снова с нами, а Туату не арестовали. Попытаюсь придумать, как помочь Туату, учитывая, что он моей помощи не хочет, а Зеро против, чтобы я ему помогала.
Атилас долго и пристально меня разглядывал, а потом заключил:
— Не верю.
Я гоготнула от неожиданности. Долила ему чая и сказала:
— Ладно. Думай, что хочешь.
— Ах, и в чём интерес? Я ожидал горячих споров.
— Жаль тебя разочаровывать.
— В самом деле? В этом я тоже крайне сомневаюсь.
Я захихикала как дурная:
— Может месть у меня такая! Сводить тебя с ума, заставляя сомневаться в куче мелочей.
— Если так, то твоя месть оказалась крайне успешной и достигла цели, — сказал он и поставил чашку. Он посмотрел куда-то вдаль, будто вглубь себя, и мне этот взгляд совсем не нравился, — Там, в лунном свете, меня грызли тысячи мелких сомнений, из-за которых я никак не мог прийти к одному решению.
— Да, и это тоже дико, — не подумав брякнула я.
Он улыбнулся и вернулся на Землю.
— Правда? И что же кажется столь странным тебе, Пэт?
— Да ничего, — ответила я, — Просто… не думала, что ты можешь ошибаться.
Непогрешимым я его не считала. Скорее думала, что он знает всё наверняка. Однако, когда умерла шесть раз, поняла, что это не так. Атилас, как и все мы, люди, мог быть настолько ослеплён своими же убеждениями, что не в состоянии был увидеть правду, даже когда она, буквально, стояла перед ним.
А если он мог ошибиться в тот раз, то, вполне возможно, может быть не прав и в других случаях, и даже по поводу фейри.
— В своё время, Пэт, я совершил множество ошибок, — загадочно улыбнулся Атилас, — О некоторых я сожалею больше, чем о других, одни привели к более, а другие к менее страшным последствиям. А некоторые вовсе не оказались такими уж ошибками.
— А вот теперь вообще не понимаю, о чём ты.
— Отрадно это слышать.
— Как обычно, — хмуро ответила я.
Учуяв горячие напитки и печенье, в гостиную тихонько спустился Джин Ён и злобно на меня зыркнул. Я не ответила. Не хотелось ему сочувствовать, а как на зло этим утром обычной неприязни к нему я не чувствовала. Может, если пару раз его подколоть, всё снова встанет на свои места. А вообще, не считая подлого, внезапного поцелуя, он вёл себя хорошо. Больше того: когда я увидела, как к нему относится золотой фейри, и узнала историю обращения Джин Ёна, кажется между нами установилась хрупкая связь.
И ничего хорошего в этом я не видела.
А кстати, раз речь зашла о связях, довольно долго хотела кое-что у Атиласа узнать. Может если застану его врасплох, он смешается и ответит. И я резко сказала:
— Зеро говорит, мы связаны.
Он и бровью не повёл. Как всегда невозмутимо спросил:
 
— Неужели? И на чём же основано его предположение?
— Сны, — ответила я, — Он уверял, что чтобы мне снились такие сны, мы с тобой должны быть связаны.
— Занятно, — проговорил он, — В таком случае не сомневаюсь, что господин пожелает обсудить это со мной.
Немного помолчали, а потом я спросила то, что на самом деле хотела:
— Есть ли между нами связь?
— Определённо. Ты мой питомец, я — твой хозяин.
— Да, но к Зеро и Джин Ёну это тоже относится. А они мне не снятся.
— Быть может они не оказывались в такой опасности.
— А разве не странно, что мне вообще сны снятся?
— Определённо необычно, — сказал Атилас, — Но не невероятно. Много лет ты живёшь в доме, опасно балансирующем между этим миром и За. Некоторые вещи и способности проявляются ярче других.
— Я заразилась Между?
— Мне бы столь неуклюжая формулировка и в голову не пришла, — буркнул Атилас, — Но по сути так. Поговорю об этом с Зеро.
— А вот я хочу обсудить это прямо сейчас! — возмутилась я, — И хочу знать, зачем понадобилась Вышестоящим!
— Пэт, разве нельзя не кричать? — вздохнул Атилас.
— Ой, извини, — спохватилась я. Ведь он всё ещё восстанавливается, — Ещё чаю?
— Осмелюсь заметить, что чай не есть универсальный выход из всех неприятностей, — сказал Атилас, — Но, несмотря на вероятность того, что мои слова ты истолкуешь совсем иначе, да, пожалуйста.
И не зря спросила: на кухне, под коробкой нашла последнюю упаковку любимых коржиков Атиласа. Я довольно ухмыльнулась чайнику, и с печеньем, чашкой чая и тремя чашками кофе пошла в гостиную.
Джин Ён, проныра такой, оживился, как только печенье учуял.
— Нашла твои любимые, — я поставила поднос на стол, — Только смотри, чтобы Джин Ён их не слопал: уже сегодня и кровь пил, и снеки ел, и всё ещё чего-то выпендривается.
Джин Ён обиженно спросил:
— Mwoh? Petteu, wae irae?
Как раз в это время спустился Зеро.
— Вижу, питомец уже на ногах, — только и сказал он, и подошёл к книжному шкафу.
Под возмущённые тирады Джин Ёна о том, как его обделяют печеньем, я ушла в кухню. Когда вернулась с чайником свежего чая для Атиласа, он всё ещё причитал, так что я попыталась его вразумить:
— Оно не тебе, а Атиласу, — и вручила ему чашку кофе.
— Ah, wae? — надул губки Джин Ён.
— Потому что тебя полторы недели не пытали. А ещё ты со мной плохо обращаешься.
У Джин Ёна аж челюсть отвисла:
— Ya, Petteu! Nan moggolae!
Он метнулся к столику, но я схватила тарелку и спряталась за Зеро.
— Нет, не съешь! Зеро, вампир хочет сожрать печенье Атиласа!
Джин Ён прорычал что-то вроде: «не называй меня вампиром!» и попытался меня поймать, но я не задумываясь перепрыгнула диван, шмыгнула за кресло Атиласа и показала ему язык.
— Ага, забыл, небось, что я всё ещё на вампирских слюнях? Говорила же, совсем старый!
— Не дразни вампира, — сказал Зеро и продолжил искать книгу.
— В последнее время жизнь в доме прямо кипит, — вздохнул Атилас, — Пэт, быть может я полакомлюсь хоть одним печеньем? Раз ты их принесла специально для меня.
— Уже, — ответила я и дёрнулась вправо, но Джин Ён не повёлся. Он махом перепрыгнул диван и схватил воздух. Я же перелетела через кофейный столик, мягко приземлилась на пол, не уронив ни одной печеньки кувыркнулась между любимым креслом Атиласа и столиком, и ликующе засмеялась.
Я скорее почувствовала, чем увидела, как на другом конце комнаты Зеро обречённо вздохнул: он сел на наш с Джин Ёном диванчик, который мы неохотно делили, а не на своё место. В следующее мгновение Джин Ён перемахнул через диван, где обычно сидел Зеро, и попытался схватить меня за лодыжки. Пришлось опять оббежать Атиласа. И тут я увидела выход: и решила им воспользоваться. Нырнула под кожаную куртку Зеро, в безопасность, и едва-едва втянула ноги, за которые меня чуть не цапнул Джин Ён.