Игра вслепую (СИ)

Если над мечом я трудился, можно сказать, не покладая рук, желая как можно скорее разобраться с его структурой и перерисовать все узоры, то “Убийца Альф” проходил у меня по остаточному принципу. Я сосредотачивался в работе над ним лишь по настроению и ради смены ракурса, когда тупое копирование схем “Пламенного Цветка” надоедало и хотелось сотворить что-нибудь эдакое. 
Правда, несмотря на неспешность, с которой я работал над жезлом, он был условно закончен. Дело облегчалось тем, что я не стал повторно изобретать велосипед и решил использовать те же узоры, что и в защитном амулете. Хотелось посмотреть, как они проявят себя при наличии усиленных магических каналов. А то во время боя Ольги с Морозовой из-за дефицита времени я использовал слишком облегчённую схему, что и привело к неконтролируемому выбросу энергии и, соответственно, к взрыву. 
В качестве заготовки под боевой артефакт взял булаву из арсенала, которая использовалась воительницами в ранге Гамма и Дельта для ближнего боя. Тяжёлая штуковина предназначалась для кратковременного снятия доспеха духа с одарённой противницы. Однако, в отличие от Средних Веков, главную роль в этом оружии играл не вес, а магический узор. Высоковольтный разряд, возникающий в момент удара и сравнимый по силе с уровнем Беты, с высокой долей вероятности дезориентировал любую низкоранговую воительницу и позволял вторым ударом просто-напросто проломить череп. 
Хорошую вещь пришлось “сломать” и удалить все ранее нанесённые узоры, оставив лишь несколько магических плетений, которые не мешали мне в дальнейшей работе. Пришлось также отдать булаву на доработку ювелирам, чтобы закрепить в навершии оружия шесть рубинов, необходимых в качестве накопителей магической энергии, ибо вставленного в рукоять ярко-синего сапфира мне было недостаточно, хотя его я также оставил, планируя использовать как вспомогательный элемент всей схемы. 
Конечно, после такой модернизации стучать шестопёром по различным твёрдолобым э-э-э… представительницам человеческой цивилизации не рекомендовалось. Однако основная функция жезла — стрельба на расстоянии, в принципе, исключала такой грубый вариант эксплуатации. Хотя, если учесть сильно выступающие доли, что в количестве шести штук располагались по меридиану навершия и прикрывали рубины, которые легко поместились в выемках между долями, то, теоретически, мою конструкцию можно было вполне спокойно использовать в ближнем бою, не боясь при ударе повредить накопители. 
Мысль про ближний бой привела к рождению очередной идеи, а именно: почему бы действительно не оставить булаве возможность сносить доспех духа? Естественно, данная функция будет чисто вспомогательной и использоваться только в тех случаях, когда уровня магического заряда окажется недостаточно для активации более смертоносных свойств жезла. Однако, немного подумав, решил, что универсальность — вещь, конечно, отличная, но не стоит пихать в прототип всё разом. Лучшее - враг хорошего, и только после отладки основного функционала можно будет попробовать впихнуть невпихуемое — ну а вдруг получится?
Полуготовое изделие я привёз к Агнии, выполняя данное когда-то обещание: не пытаться самостоятельно повторять опасный опыт. Поэтому, сделав первоочередную и самую лёгкую работу, хотел проконсультироваться с настоящим профессионалом по поводу магических узлов и уже под её присмотром провести окончательную доводку. К тому же, я до сих пор не придумал, как сделать отсекатель или прерыватель, который смог бы обуздать мощный энергетический выброс и позволил стрелять очередями или хотя бы одиночными импульсами, и очень надеялся, что талантливая девушка поможет мне с этой проблемой. В общем, планировал с пользой провести время у Агнии и постараться решить несколько дел сразу.
В принципе, саму идею жезла можно было смело спихнуть к Елисеевым вслед за двумя “слезами” Радмилы, которые мы передали для исследования в род артефакторов. Но эгоистичные лавры первооткрывателя, фигурально выражаясь, набили морду логике и задавили все совестливые мысли о благе для клана. В общем, налицо явно махровый эгоизм и жажда прославиться, в качестве человека, придумавшего модернизацию убийственного, но очень капризного оружия. Хотя умом я прекрасно понимал, что если не раскрывать общественности мою одарённость, то осведомлены об этом достижении будут только моя гордость и ещё несколько персон, знающих о моих специфических особенностях. Так что собственное эго, как это часто бывает, бежало впереди разума. 
 
Что касается “Антилекаря", то он проходил у меня под грифами “пока не надо, но выкинуть жалко” и “а вдруг пригодится”. Иногда я его доставал, внимательно рассматривал и откладывал в сторону до лучших времён. Для исследования подобных магических предметов мне катастрофически не хватало времени и, самое главное, знаний. Как-то так получилось, что большинство своих усилий именно в последнее время я сконцентрировал на боевой артефакторике, к которой, помимо атакующих, также относились и различные защитные амулеты. Однако и лекарское направление было для меня довольно интересным, и я, конечно, планировал более подробно изучить этот раздел артефакторики. 
В этот момент Агния что-то радостно воскликнула и вернулась ко мне, держа в руках ничем не примечательную толстую тетрадь с весьма потрёпанной обложкой чёрного цвета. Положив на стол сей предмет, девушка присела на стул и начала перелистывать страницы, заполненные всевозможными записями и рисунками, одновременно говоря: 
— До моего отказа стать слугой рода Елисеева благоволила мне и как-то раз предложила провести совместное исследование амулета. Я тогда ничем не смогла ей помочь, однако пару интересных узоров запомнила и позже вечером перерисовала в тетрадь. Вот, смотри, какая оригинальная, сложная и при этом очень гармоничная комбинация магических плетений.
С интересом вглядываясь в рисунки, на которые указывал палец девушки, я с удивлением обнаружил, что один из них мне знаком. Точнее, меня не покидало ощущение, что я уже видел где-то нечто похожее. Но где? Судорожно напрягая память, попытался зацепиться за ускользающую мысль, а когда всё же поймал, то пришла моя очередь вскакивать со стула. 
Быстро подойдя к широкой тумбе стоящей возле двери, я подхватил небольшую деревянную шкатулку, лежащую рядом с “Жезлом Ириды”, и вернулся обратно за стол. Достав “Антилекарь", я протянул девушке амулет, который югославская воровская гильдия изъяла из монастырской гробницы.
— Сравни. И найди отличие. Там в глубине похожий узор. Сразу за вторым слоем магформ. 
Агния взяла раритетную вещь в правую руку и погрузилась в недолгое молчание, которое прервала через пару минут:
— Да, интересно. Отличий нет — они полностью идентичны. 
— И о чём это говорит? 
— Только о том, что некоторые мастерицы приходят к одному и тому же решению, несмотря на разделяющие их расстояние, что во времени, что в пространстве. 
— Хм. То есть, ты уверена, что это всего-навсего совпадение и других объяснений быть не может? 
— Конечно, — кивнула Агния. — Европейской школе присущи прагматизм и минимум различных изысков. Это прекрасно видно в этом образце. А в амулете Пово, насколько я помню, было очень много красивых ходов, которые, на мой взгляд, излишне утяжеляли всю схему, хотя и без вреда для общей функциональности. 
— Как понимаю, конкретно этот узор универсален и может использоваться не только в целителях, но в антилекарях?
— Получается — так. Кстати, а ты к чему вообще про индейский род заговорил? 
 
Не вдаваясь в особые подробности, я рассказал девушке приключения отряда Светланы Белезиной и её дальнейшие планы. После моих слов глаза Агнии загорелись, и она с нарастающим волнением заговорила: 
— Пожалуйста! Попроси, чтобы сторговала всё, что предложат, и как можно больше. Чем больше — тем лучше. 
— У тебя ничего не треснет? — хмыкнул я, — Ещё с алтарем не разобрались, других вопросов куча, а тебе всё мало.
— Нет предела совершенству, и для того, чтобы стать лучшей, надо стараться черпать знания из всех доступных источников.