Наследник (СИ)

— Кронос… Понятно, почему они ко мне полезли. Купцы теряют прибыль, а Отакар знает, кто может помочь его старшему брату Бедричу. Жене Сиарис поможет ее аристийский приятель, грязнокровный баронет, — мое лицо исказила такая злая гримаса, что эдил опусти глаза, уставившись в стол.
— Всё один к одному: письма от барона и баронессы, твой доклад. Сами Предки дают мне сигнал…, — я задумчиво потёр шрам.
— Эти уроды живы? — я отвлекся от своих мыслей и вопросительно посмотрел на Сандара.
— Да, господин. Не извольте беспокоиться, — подтвердил эдил.
— Все материалы допросов зафиксировать в двух экземплярах и до вечера подготовить план ареста всех действующих на территории Оряхова провокаторов, — отдал команду своему начальнику эдилов. — Провокаторов — на кол! Но координатора и его помощников, особенно того, что убил Болдо, оберегать всеми средствами. Они должны быть живы ровно до того момента, как я прикажу обратное.
— Их может захотеть лично допросить граф Эмери тер Хетск, — пояснил я Сандару. — Выяснили, как они определили место для покушения? Откуда узнали, что я поеду проверять стены?
— Нет, господин, не успели еще.
— Ладно, разберетесь, главное не забудьте. Самое важное сейчас — это всех найти и арестовать. Ло́вите, допрашиваете, протоколируете показания и ж. пой на кол.
В кабинете повисла тяжелое молчание.
— Зря они мою семью тронули, — прошептал я, поглаживая рукоять вакидзаси. — Готовьтесь, суки…
  
Глава 23
 
Я стоял у окна своего кабинета, через которое наблюдал, как на тренировочной площадке Агро гоняет моего свежеприобретенного пажа и по совместительству своего младшего брата Мабона.
Третьим к ним затесался Дарко, «сын полка» моих кирасир. Паренек двенадцати кругов, которого я когда-то подобрал около убитых тилинкитами родителей близ Бабаек.
И, кстати, Дарко не так плохо на фоне братьев Кедрик смотрится, хоть тех владеть оружием и учили с малых лет. Неплохо его мои кирасиры натаскали, да и вообще, пацан с пониманием.
Ни от какой работы в казарме не бежит, от тренировок не отлынивает. Только в школе у него учеба идет с трудом, явно второго Ломоносова из Дарко не выйдет. Не его это путь, зато кирасир должен из него получиться знатный.
В коридоре послышался быстро приближающийся шум. Я обернулся к входной двери, которая без предупреждения, с шумом распахнулась. В открытую дверь с видом великомученицы просочилась Леди, за которой ворвалась Иринка, пытающаяся уложить какие-то тряпки на спину могучего хищника.
— Стой, лосадка, — с буквой «ш» у нас пока были проблемы. — Надень седло… Стой!
Миун закружила по комнате, пытаясь избежать страшной участи ездового животного. Правда, чтобы не уронить ребенка, она и скорость особо не увеличивала.
Дальше, в дверном проеме, сначала появилась радостная морда Шкоды (чего грустить, не его же седлают), а затем в кабинет забежали Ива с Милой. На меня, что самое интересное, никто из гоп-компании внимание не обращал.
— Кхм, кхм, — я прокашлялся, напоминая о своем присутствии и о том, куда, собственно, ворвался этот «цыганский табор».
— Ой! — жена с Милой застыли посреди кабинета.
Дочка с миунами продолжили вакханалию, так и не обратив на меня внимания. Шкода не долго оставался за дверью и присоединился к «побегушкам».
— Мила, возьми ребенка и идите в детскую, — скомандовала Ива.
Горничная подхватила Иринку на руки и вышла из кабинета. За ней выскользнул Шкода, а Леди улеглась в углу комнаты и сделала вид, что заснула. То ли захотела побыть подальше от игр «в лошадку», то ли за нами присмотреть. Ммм, скорее за Ивой. Миунский матриархат, все дела. Доминирование самок! Самцы должны платить и каяться, хе-хе.
Жена дождалась, пока мы останемся в кабинете одни, подошла и, крепко обняв, прижалась лицом к моей груди. Я почувствовал, как плечи Ивы вздрагивают, а моя рубашка начинает намокать.
— Ну что ты, любимая? — я бережно погладил жену по спине. — Что тебя расстроило?
— Все нормально, — Ива отстранилась и быстро вытерла рукавом глаза. — Ты завтра уходишь?
 
— Завтра, — с грустью ответил я. — Сегодня заканчиваем подготовку к походу, а завтра выходим.
Ни претензий тебе со стороны Ивы, ни скандалов. Только понимание и поддержка. Если чисто по-человечески судить, мне никакой другой жены и не надо. Любит, понимает, заботится, ценит. Чего еще желать, хороняка? Я и не желаю. Однако же нет, такой фортель мне провернуть не позволят. Невместно, япона-мать!
— Не задерживайся сегодня, — попросила Ива. — Я дочку сегодня пораньше уложу и буду ждать тебя.
— Я постараюсь.
— Пожалуйста, постарайся. Ты так редко бываешь дома, — глаза жены снова повлажнели.
— Все-все, обещаю, — я поцеловал Иву и подтолкнул ее к двери. — Иди, ко мне сейчас посетители толпами пойдут. Кровь мою пить… ведрами.
Ива вышла из кабинета даже не улыбнувшись, но я ее понимаю. Только я приехал, сразу куча дел и мероприятий. Это вместо того, чтобы с женой и ребенком время проводить.
Разбор накопившихся в мое отсутствие дел, раздел трофеев, расследование недовольства населения не пойми чем. Приглашение в Волин на королевский прием. Затем покушение на меня и смерть Болдо. Еще и дочь чуть не погибла.
Быстро разобрались. кто «воду мутит». Единственно, я понять не мог, как узнали, что я буду постройку стены проверять. Оказалось, что и не знали. Двое подручных кроносского координатора несколько дней крутились вокруг меня, выискивая возможность нападения.
У одного из них и арбалет с собой был, и ножи у обоих. Долго не могли выбрать момент для нападения, поэтому эпизод, когда я проверял стройку, посчитали удобным.
Один бросился опору загруженных лесов подрубать, другой со стороны контролировал. Кстати, «контролер» с арбалетом был. Собирался выстрелить, но когда его подельника взяли «за колокольчики», испугался.
После того, как увидел, что покушение сорвалось, решил спрятаться, а потом и убежать. Но ворота поселения были быстро закрыты, а затем проведены тщательные розыскные мероприятия. Тварину нашли и «повязали».
Только разгреб навалившиеся проблемы, прилетел почтовый голубь из Бабаек. В письме сообщили, что для встречи со мной прибыли послы от Совета родов тилинкитов и приказчик Торгового поста, построенного мной на землях северных варваров.
Было ясно, что дело важное, а везти тилинкитов сюда нельзя. Показать исконным врагам дорогу к центральному поселению моего манора? Что из себя представляет Оряхово и как защищено? Энтшульдиген Зи битте*, как говорят корякские оленеводы. Я не идиот.
* — Entschuldigen Sie bitte (нем.) — извините, пожалуйста.
Быстро собрался и с небольшой охраной рванул в Бабайки. Не доезжая до деревни меня перехватил тот самый приказчик Торгового поста, открытого в землях Рода Куницы народа тилинкитов. Это внук местного старосты, я в свое время назначил его на эту должность.
Торговец встречал меня заранее, чтобы я успел получить нужную информацию до встречи с послами тилинкитов. Он поведал действительно важные вещи.
Тилинкитам нравилось получать мои товары, особенно крепкий алкоголь и наркотики. Но они не пожелали терпеть то, что один единственный Род контролирует поставки, да еще и наживается на перепродаже.
По этим причинам Род Куницы был вырезан. Омрын и его бойцы не смогли противостоять объединенной атаке нескольких Родов тилинкитов. Все мужчины и старики «куниц» были жестоко убиты, а молодых женщин и маленьких детей разобрали по другим Родам северян.
Наш Торговый пост разорять не стали, но объявили ультиматум: продолжать продажу товара любому Роду тилинкитов по той цене, что была установлена для «куниц». Приказчик повинился передо мной, что взял на себя ответственность и распродал весь товар без «накруток», чтобы избежать нападения на пост и его последующего разграбления.
Однако он объявил варварам, что для дальнейшего завоза и утверждения цен, требуется мое решение. За что винился? Все ведь правильно сделал, о чем я ему и сказал, подтвердив правильность его действий.