Наследник (СИ)

Для всестороннего обеспечения действий моего «кастрированного» полка, к нему прикомандирован ряд подразделений. Это уже упомянутые мной кавалерийские взводы, взвод пластунов под командованием корнета Гора, в штат которого я передал и своего воздушного наблюдателя.
Полевая артиллерия, в отличие от крепостной, немногочисленная. Состоит из видавшей виды карробаллисты и новенькой баллисты. Бывший начальник расчета карробаллисты Алберих повышен мной в звании до корнета и назначен начальником полевой артиллерии.
Карробаллисту же я передал под командование вахмистра Свирида, а баллисту — вахмистру Трево. Кстати, Трево — рениец и мой бывший пленный. Из тех, что три круга назад пришли разорять мой манор под флагом виконта Ларса Везера.
Несмотря на повышение в должности и звании, Алберих продолжил «гонять» на карробаллисте, по факту поставив Свирида своим помощником. А я и не против. Пока из полевой артиллерии у меня всего две метательные машины, нечего командиров плодить.
Также у меня появились службы тыла, из которых ранее существовала только одна — медицинская. Начальником тыла назначил поручика Красимира. Совершенно не военный человек, но хороший хозяйственник и толковый управленец. Найти его пару кругов назад мне помог Алоиз.
За прошедшее у меня на службе время Красимир пообтесался, разобрался в своих обязанностях и крепко взял в руки подчиненные службы, хотя внешне он по прежнему никоим образом не напоминал военного человека. Но это пускай, я его не для парадного расчета себе брал.
В подчинении у Красимира сейчас три службы: медицинская, инженерная и обозная. Медицинской, как и раньше, руководит лекарь Гавейн, должность которого я сделал военной и присвоил ему звание поручика.
«Хозяйство» Гавейна увеличилось только за счет нештатных санитаров, которые имеются в каждом отделении, во всех подразделениях. Количество подразделений увеличилось, увеличилось и количество нештатных санитаров.
Напрямую они Гавейну не подчиняются, так как по штатному расписанию являются копейщиками, лучниками, уланами, пластунами и так далее. Но их деятельность в области медицины он курирует, а также проводит с ними занятия по эвакуации раненых с поля боя и оказанию первой доврачебной помощи.
По штату же у моего начальника медицинской службы по-прежнему осталось два возницы-санитара на двух повозках, забитых лекарствами, медицинским имуществом и палатками. А, забыл! С собой на боевые выходы он берет стажеров из числа учеников Алмы. В этот раз с ним поехали четыре паренька.
Все правильно, смену надо готовить. Мне нужны не только гражданские лекари, но и те, кто будет служить в войсках. Также я подумываю о том, чтобы одного лекаря ввести в штат экипажа «Анны».
Инженерной службой у меня командует корнет Душан. У него в подчинении находятся двадцать саперов. Все гражданские мужики, но толковые и «рукастые». Саперы не вооружены, если не считать оружием плотницкие топоры, зато у них есть несколько повозок с инструментом и имуществом.
У саперов всегда масса работы, вне зависимости от того, будет бой или нет. Обустройство полевого лагеря, постройка переправы, ремонт метательных машин, изготовление противотанк… противокавалерийских заграждений и так далее, и так далее.
Обозной службой руководит корнет Стеван. У него тоже в подчинении только гражданские и на нем тоже «висит» множество разнообразных задач, далеко не только перевозка имущества.
Помимо транспортировки различных грузов и раненых, это и уход за обозными животными, и приготовление пищи для всего войска, и обеспечение воинов услугами различных ремесленников: сапожников, кузнецов, портных, шорников и даже цирюльников.
Кстати, приготовление пищи для всего войска силами обозной службы — это мое нововведение. На Этерре общепринято другое правило: воины обычно готовят пищу в десятках.
Однако по мне, моя система прогрессивней. Я снимаю целый пласт забот с людей, которые рискуют жизнью и здоровьем непосредственно на поле боя. Также мне легче проконтролировать качество продовольственного снабжения и приготовления пищи воинам.
 
В конце концов, скорость марша с таким подходом увеличивается. Если нет опасности контакта с крупными силами врага, я отправляю обозников впереди войсковой колонны, чтобы ко времени днёвки и ночёвки, в месте запланированной стоянки, для воинов уже был готов обед либо ужин. Естественно, обозников я всегда отправляю с охраной, способной оградить их от нападения мелких групп противника.
Вся эта «обслуга» — удовольствие не из дешевых и изрядно увеличивает войсковой обоз, но зато позволяет непосредственно воинам все усилия и время посвящать вопросам боевой подготовки.
Я сравниваю своих воинов с воинами соседей по объединенному войску и вижу, что мои всегда более отдохнувшие, более сытые, более ухоженные и, как следствие, более боеготовые.
*****
На небольшом возвышении, за строем огромного войска, располагались командующие королевских армий Запада, прибывших для битвы с северными варварами. Рядом с каждым из первых лиц объединенного войска стояли советники и нарочные.
Самым главным из всех был король Сильваны Рилиан II Беотинг, полноватый высокий мужчина, проживший сорок два круга жизни. Внешний вид правителя был весьма отталкивающим: узкие замученные глаза с завистливым взглядом, круглое лицо, украшенное короткими курчавыми волосами каштанового цвета, маленьким носом и толстыми губами.
Рилиан II в компании военачальников был единственным правителем королевства. Над остальными войсками предводительствовали командующие в графских титулах. Варнийское войско, состоящее из всех девяти баронств королевства, привел граф Эмери тер Хетск.
Перед глазами высших лиц объединенной армии кипел жестокий бой. Гигантская по меркам Этерры армия, насчитывающая больше сорока пяти тысяч воинов, рубилась с полчищами тилинкитов, которых явно было еще больше.
Над полем боя стоял несмолкаемый шум: рев, крики и стоны воинов, ржание лошадей, звон клинков и грохот оружия о щиты и доспехи. Почти на всем протяжении вытянутого в линию огромного войска строй был разрушен, королевские воины смешались с яростными бойцами тилинкитов. И только два островка среди этого кровавого безумия сохраняли непоколебимый порядок: закованные в железные кирасы алебардщики Эсфальда и аристийская дружина.
Не удивительно, что после первых дней боев, дружины Коалиции перетасовали так, что перед ставкой командующего были выставлены два этих войска. Так было всем спокойнее, ведь прорывы уже были. Накрепко перекрыть границу с Пустынными землями не получилось.
Два относительно мелких прорыва было на восточном и западном побережье. Тилинкиты высаживались со своих байдар прямо рядом с пограничными укреплениями и устремлялись вглубь территории Сильваны.
А один крупный прорыв северянам удалось осуществить прямо здесь, где столкнулись две огромные противоборствующие армии. Несколько Родов тилинкитов смогли прорваться к богатым поселениям королевства. Эти прорывы с трудом и большими потерями купировали, посылая вслед ушедшим в тыл объединенной армии тилинкитам крупные кавалерийские отряды.
После этого на Военном совете было решено держать серьезные кавалерийские отряды на восточном и западном побережье границы с Пустынными землями. Также наготове всегда пришлось держать резерв конных воинов в месте главной битвы для ликвидации возможных прорывов.
Если еще учесть, что сильванское войско было вынуждено распылить свои силы по всей границе, насытив гарнизоны приграничных фортов, то сдерживать тилинкитов в проходе между защитными сооружениями стало совсем сложно.
— Ваше Сиятельство, — обратился Рилиан II к командующему варнийским войском. — Я выражаю вам свое благоволение. Вы привели сильных, стойких и умелых воинов.
— Должен отметить, что по своей выучке с вашим войском на одном уровне стоит только армия Эсфальда, — под зубовный скрежет остальных военачальников заметил король.