Архипелаг раздора (СИ)

– Успокойся, детка, так нельзя...
– Не трогай меня!
Марианна отбежала от двери и бешено заметалась по покоям.
– Тебя же не на цепь посадили! – уговаривала няня. – И ладно, и посидишь немного, ничего с тобой не случится!
– Ты что – с ней заодно?!
– Конечно, нет, милая, пожалуйста... посиди немного! Матушка остынет и выпустит тебя.
– Никогда она меня не выпустит! Она слишком боится, как бы я её фаворита не увела!
– Фу ты! Не придумывай! И не кричи так, а то, чего доброго, она ещё какое-нибудь наказание выдумает...
– Ни за что!
Девушка дергано скинула с себя одежду и переоделась в просторные штаны, рубашку и плащ. Она накинула капюшон движением матерого вора и уже собиралась кинуться на балкон, как внезапно её лицо вытянулось, а ноги подкосились, и она осела на пол.
– Тебе плохо?! – кинулась к ней Агата.
– Нет... Кажется, нет... – Та слепо водила глазами по комнате, чем ещё сильнее напугала няню. – Он же сказал мне сидеть и никуда не выходить... Что же я делаю...
– Кто сказал?
– Герман, – Марианна произнесла его имя особенно нежно и улыбнулась. – Хорошо, я останусь. Ради него.
Капюшон соскользнул легко и свободно, а вместе с ним – темный просторный плащ, что долгое время оставался верным спутником.
– Прости меня за любопытство, – опустив глаза, начала старушка. – Но случилось что-то такое, чего я не знаю?
– Я и сама не знаю... – счастливо проговорила принцесса, и вся ярость, всё неистовое бешенство, которое секундами назад изливалось через край, уступили место затаённой кротости. – Но, кажется, Герман тоже страдает...
– От чего страдает?
– От любви.
– Неужто его бросили?
– Да нет же, нянюшка, – снисходительно улыбнулась Марианна и положила руку на грудь, касаясь пальцами ключицы. – Элла с ним, она его любит, но вот она ему не нужна. Ему другая нужна...
– Не может быть? – наконец догадалась Агата и подавила улыбку.
– Не знаю, радоваться мне или нет... Головой понимаю, какой это кошмар, и для него, и для меня, но вот сердцем я просто счастлива! С меня как будто сняли огромный груз!
– И что вы собираетесь делать?
– Ничего. Я не знаю... Он уехал ещё утром и больше я его не видела. Надеюсь, скоро мы поговорим.
Няня пожимала свои ладони и не сводила задумчивого взгляда с любимицы.
– Не одобряешь, да? – равнодушно поинтересовалась та.
– Разве мысли постороннего имеют значение, когда говорит любовь?
За дверью послышался странный шорох, и обитательницы покоев повернулись. Замок не повернулся, створки не открылись, и всё по-прежнему оставалось на местах.
– Он тебе признался?
– Нет, но я сама догадалась.
В коридоре послышался новый шум, и принцесса со старой Агатой уже не смогли настроиться на прежний лад.
– Эй, стража! Что там у вас происходит? – строго спросила Марианна.
– Всё в порядке, Ваше Высочество, можете не волноваться. Вы надёжно защищены!
– Ты что говоришь, болван?! – донеслось злобное шиканье из-за двери.
– Откройте немедленно! Я приказываю! Кто вы такие, чтобы ослушаться меня?! – выкрикнула принцесса.
Некоторое время не доносилось ни звука, но затем щелкнул замок и в покоях оказался бледный взволнованный стражник.
– Это вам. – Он почтительно протянул руку, на которой лежал ключ.
– Что это? – испугалась девушка и не двинулась с места.
– Умоляю вас, молодая госпожа, не выходите отсюда! Ради всех морских богинь! Вот ключ от ваших покоев, запритесь, и никому не открывайте! Даже мне!
– Что случилось?!
– Покушение, госпожа... – просипел мужчина.
– Какое покушение? – По ногам Марианны стал подниматься холод.
– На королеву, госпожа... Кроме вас во дворце нет ни одного представителя династии. Вы должны оставаться здесь. Прошу вас, никуда не выходите! Запритесь!
Он выскочил из покоев и прижался спиной к двери с другой стороны.
– Мама... – прошептала принцесса.
Агата выхватила из её рук ключ и несколько раз быстро провернула его в скважине, после чего вернула на прежнее место.
– Держи его, милая, крепко-крепко! – произнесла женщина и усадила любимицу на тахту.
 
– Я столько ей наговорила... Нянюшка, её же не убили? Покушение – это же не убийство, да? – По щекам текли крупные слёзы, которые едва успевала вытирать Агата.
– Конечно, детка, это ровным счётом ничего не значит! Подождём, пока стража не объявит, что предателя поймали и казнили!
– Мамочка, мама...
– Тш-ш-ш... Всё будет хорошо, милая, тш-ш-ш...
  
Глава 16
 
Странная тишина встретила Германа на дворцовой территории. Он ввёл в конюшню ошалевшего от чудесной скорости коня, который никак не хотел останавливаться, и передал его чрезмерно почтительному конюху.
Занимался рассвет.
Принц вдохнул ещё свежий, не успевший пропитаться жарой воздух, но не ощутил былого наслаждения – на душе было неспокойно, несмотря на успешно выполненное задание. Он направился во дворец через цветущую аллею и с каждым пройденным мимо стражем его подозрения крепли. Высокие, облаченные в легкие доспехи мужи уводили взгляды и старались как можно быстрее исчезнуть из вида.
Во всех окнах горел свет, и Герман остановился перед распахнутыми дверьми, не решаясь сделать даже шаг. Ещё немного и он узнает, что произошло – произошло несомненно, – всё волнение наконец обретет живой образ, который нужно будет принять. Что же Марианна натворила? Совершенно очевидно – его она точно не послушалась...
Он зашёл в затемненный коридор, и внезапно на него вывалился Виктор.
– Герман, слава морским богиням, ты приехал!
Мужчина порывисто обнял его, и молодой человек с волнением обнаружил, что того крупно трясет.
– Я жду тебя всю ночь...
– Что произошло? – твердо спросил принц.
Лучи восходящего солнца коснулись бледного лица Виктора, его влажных, перепуганных глаз, искривленных губ.
– Покушение...
Герман не мог двинуться с места. Он сразу понял – всё уже свершилось, и теперь боролся с ужасом, что накатывал на него упругими волнами. Когда ему удалось справиться с собой, он посмотрел на мужчину и спросил:
– На кого?
– На королеву... – с трудом ответил тот.
Они летели мимо каменных стен, врывались в резкие повороты, сметали незадачливых служанок, пока не оказались в запруженном стражей коридоре. Принц столько раз проходил этим путём и всегда знал, что там, в конце, его встретит великая королева и любящая мать, но теперь грудь разрывалась от страха, ноги становились ватными, а воля испарилась.
В покоях Анны словно стоял туман. Повсюду сновали лекари, служанки то и дело выносили тазы, приносили чистые ткани, и у каждого из них был такой потерянный и измученный вид, что при появлении наследника престола они проскальзывали мимо без почтительных приветствий.
Герман глубоко вдохнул и подошёл к постели матери, отстранив склоненную над ней женщину – видимо, служанку?
Королева едва дышала. Чтобы понять это, пришлось хорошенько присмотреться. Принц опустился на колени и обхватил ладонями ледяную руку. Он прикоснулся к ней губами и надолго замер.
– Как она? – мертвым голосом спросил он через какое-то время, и старший лекарь приблизился.
– Не буду скрывать, Ваше Высочество, положение очень тяжелое. Мы сделали всё, что смогли...
– Она приходила в себя?
– Нет, не приходила. И... – он запнулся, испуганно посмотрел на принца и умолк.
– И?! – зло повторил он.
– И вряд ли придёт...
– Почему?
– Тот, кто это сделал, слишком сильно ненавидел её... Её раны... Они... Очень тяжелые.
Виктор стоял рядом и его стеклянные глаза сверлили стену напротив.
– Где Марианна? – глухо спросил молодой человек, и тот очнулся.
– Не знаю... Марианна! Морские богини, Марианна! – перепугался мужчина. – Я совершенно не подумал, что и ей может угрожать опасность! Нужно немедленно бежать!