Нетрадиционная медицина (СИ)

- Откуда я знаю?! У меня тут… вот! – Арант возмущенно взмахнул бутылкой. – А вы мне про каких-то Чанов и ткани толкуете! Как вам не стыдно, Дан Вотра… Второка… Вто-ра-ко-вич!
- Вот как? А жаль. Ткани они возят очень хорошие. Сестре они понравились, так я еще заказать хотел, - удивился купец и пожал плечами. – Ну что ж, видимо, я что-то напутал. Так вот, о чем я? А! Я о Хван Цзи! Так вот, он тоже на девушку похож был бы! И Тэхон такая же! Я помню её лицо.
- Да, такая же, - согласно кивнул Арант. – Жаль только, что в Равновесие не верит. Знаете, как она его хулила? Не наставить её. Пропащая она. И снадобья у неё странные! Знаете, чем она круп лечила?
- Чем? – живо откликнулся Дан Вторакович.
- Кровью! – выпучив глаза, прошептал Арант. – Сыворотку из крови делала и колола! Жуть, да?
- Да-да, - охотно кивнул купец. – Я так кровь не люблю, вы бы знали! У меня в детстве горло болело – так мамка велела курицу зарезать и теплые потроха к горлу примотать. Представляете? Прямо из курицы, все в крови. Вонючие были – жуть!
- Но это известное средство, - заморгал Арант. – Осмомысл одобрял…
- Да? Но всё равно жуть, - Дан Вторакович подлил ему еще вина и ненавязчиво спросил: - А когда Тэхон казнят? Послезавтра?
- Угу, после суда и… - Арант махнул рукой.
- У-у… И опять кровищи будет море. На заднем дворе казнят? После обеда, как обычно? – Дан Вторакович довольно прищурился, получив нетвердый кивок, и продолжил: -  Не люблю я кровь, да. Пахучая она, красная, противная. Вот прям с того детства и не люблю. Как вы расстрелами командуете, ума не приложу?
- Привычка, - буркнул Арант. – Не смотрю в глаза и всё.
- Ну да. Привычка – она такая. Человек ко всему привыкает, даже к крови и казематам. В Доме Порядка казематы ведь всё там же? – Дан Вторакович удовлетворенно усмехнулся, получив еще один кивок. – Вот видите! Сила привычки! Никому и в голову не придет что-то менять! Но кровь всё равно ужасная, я к ней никогда не привыкну. Ладно, спасибо за беседу, Арант Асеневич. Не горюйте так, а то мало ли чего подумают. Народ у нас, конечно, ко всему привычный, много разных людей видал. А я вообще мореход. Мореходу надо терпимым быть, а то долго не проживет. Я вас не выдам, но вы всё равно поумерьте пыл…  
Он отставил кружку, которую за всё время едва пригубил, и встал. Арант тряхнул головой, пытаясь уложить всё, что было сказано на этой странной встрече. Мир перед глазами кувыркнулся, тело повело. Арант качнулся на стуле и в последний момент вцепился купцу в рукав.
- Погодите! Вы говорили, что мореход… Что мореходу надо быть терпимым…
- Да, так и сказал, - кивнул Дан Вторакович, глядя на мудреца сверху вниз.
- Вы были бы терпимым к тем, кто не признал бы Равновесие?
- Арант Асеневич… - Дан Вторакович поджал губы.
- Правду! Говорите правду! Даю слово, дальше меня это не уйдет!
- Если говорить начистоту, я многих встречал в своих странствиях, - осторожно начал купец. – Народов очень много. Все разговаривают на разных языках и верят по-разному. В одной стране мальчик считается мужчиной после того, как получает рисунок на тело, а у нас это считается мерзостью. В другой верят, что боги посылают хороший урожай после того, как на алтаре зарезать гусыню. Все верят в разное.
- А если говорят, что нет Равновесия?
- Значит, его на самом деле нет. В этой культуре. Но есть что-то другое. Наш Осмомысл, Арант Асеневич, запрещал иглы. Но вот на родине Чанов, например, иглоукалыванием лечат очень многие болезни. У них нет Равновесия, но есть учение о ци – внутренней силе человека. Кто был прав? Осмомысл или их мудрецы? Каждый считает свою веру истинной. И кто его знает, может, каждый по-своему прав? – Дан Вторакович мягко улыбнулся и, высвободив рукав, пошел к выходу. – Всего вам доброго, Арант Асеневич. Если что, дорогу к моему дому вы знаете.
Арант смотрел ему вслед. Он даже немного протрезвел от последних слов купца. Если каждый считает свою веру истинной, то где же она на самом деле – эта истина? Неужели Тэхон отрицала Равновесие не потому что хулила, а верила в ци?  
 
Пить расхотелось. Арант решительно отставил бутылки, вышел во двор и опустил голову в бочку с холодной водой. Сознание прояснилось, но вот вопросы никуда не исчезли. Червячок сомнений превратился в настоящего змея, и бороться с ним не осталось сил. Душу ломило.
Арант тяжело вздохнул и поплелся в Дом Порядка – каяться и просить помощи. Край невозврата оказался слишком близко. Один неосторожный шаг - и вот она, пропасть. Случилось то, о чем так настойчиво предупреждал Светозар. И Арант не справлялся сам. Осталась лишь надежда на тех, кто стал ему второй семьей. Ведь однажды они уже помогли ему, тогда, в детстве, после Великого Мора.
Помогут и сейчас.
  
Глава 20. 
 
- Вот как-то так, - выдохнул Арант, закончив покаяние, и замер на стуле.
Светозар Людотович стоял к нему спиной, глядя в окно. Арант был очень благодарен за это. Рассказать все свои сомнения прямо в лицо у него бы не получилось.
- Что ж… - Светозар помолчал некоторое время и неспешно развернулся. – Ты правильно поступил, что пришел ко мне. Ты молодец.
У Аранта перехватило дыхание. Глава Дома Порядка не злился, наоборот – смотрел с гордостью и лаской!
- Но ты же понимаешь, что оставить этот разговор между нами не выйдет? – продолжал Светозар тем временем. – Я обязан доложить о тебе Руслану Станиславичу. Такие дела решает только он.
- Да… Да, я понимаю, - Арант опустил голову. – Конечно, так будет лучше.
Светозар улыбнулся.
- Не волнуйся. Он учтет твоё чистосердечие, сынок. Искренность и честность – самый верный путь к исцелению. А пока что… - он тяжело вздохнул и снова посмотрел в окно.
Под окном проезжали скоморохи. Стук лошадиных подков о брусчатку терялся во всеобщем смехе и громкой веселой музыке. Арант засмотрелся на яркие шелковые ленты, которыми какая-то танцовщица выписывала в воздухе затейливые узоры.
- Пока что тебе нужно прояснить зрение, - закончил Светозар.
Арант вздрогнул. В животе шевельнулось дурное предчувствие, впервые за всё это время.
- Что это значит?
- Это значит, Арант Асеневич, что ты будешь вести записи с допросов. В пыточной, - припечатал Светозар.
- Что?!
- Да, Арант. Что ты так пучишь глаза? Ты думал, мы будем цацкаться с хаоситом? Да будь он хоть Великим князем, но от правосудия и Порядка ему не уйти!
Всё внутри взбунтовалось, зашипело разъяренной змеей. Арант замотал головой. Светозар не должен был этого делать, это было неправильно. С Тэхон нельзя было так. Арант не знал толком почему и тем более не мог облечь это в слова. Просто чувствовал – нельзя! Тэхон отличалась от прочих хаоситов.
- Но Тэхон девушка, разве так можно?
- А вот мы завтра и посмотрим, девушка ли это! Всё. Больше никаких пререканий, - Арант открыл рот, но Светозар не дал ему вымолвить ни слова, остановив взмахом ладони. – Молчи! Не возражай. А пока ступай в свои покои и перечитывай Устав Осмомысла. Ступай и больше не приходи к Тэхон. Тебе это нужно, - уже мягче сказал старик, заметив раненый взгляд. – Я знаю, это больно. Лечиться вообще неприятно, сынок. Но ты же понимаешь, что это полезно для твоей души?
Арант захлопнул рот, ушел к себе и покорно читал Устав до тех пор, пока не стемнело, а перед глазами не запрыгали мушки. Искушение навестить Тэхон было велико. Всё внутри бунтовало и сжималось в непонятном протесте. Слова Дана Втораковича не шли из головы, и даже священные строки Осмомысла оказались перед ними бессильны.
 
На следующее утро Арант, уставший и разбитый, встретил Руслана Станиславича. Тот приехал ранним утром: заря едва успела окрасить край неба. Как и полагалось знатному человеку со слабым здоровьем, путешествовал он в карете. Но карета была простой и безыскусной на вид, украшенной одним лишь символом веры. Арант криво улыбнулся, увидев её. На точно такой же его, слабого после болезни, привезли из вымершей деревни в Кром Порядка.