Французский любовник

Роза шагнула под ледяную воду, позволяя струям стекать по лицу. Она должна все забыть. Отвернуться от прошлого и… от Стефана.
Утром Роза с трудом открыла глаза и выключила будильник. Пора открывать лавку. Всю ночь ей снилось, что Стефан любит ее. Он держал ее на руках одновременно почтительно и страстно.
Из-за этих видений она проснулась совершенно разбитой. В шесть утра она вышла на парадное крыльцо и заметила отца, который только что вернулся откуда-то. Он выглядел очень довольным.
— Буду в лавке позже, Рози, — крикнул он. — Сначала немного вздремну.
Роза потянулась и побежала. Если прибавить шагу, можно, хоть недолго, не думать о Стефане.
Но едва она завернула за угол, как увидела Стефана собственной персоной, бегущего к ней. Влажные волосы спутались и блестели. На голой груди сверкали бисеринки пота. Шаг размашистый, как у атлета. Он выглядел разогретым и совершенно готовым к… Боже, как Роза хотела его.
Нет, довольно. Лето кончится, и она с разбитым сердцем будет смотреть ему вслед. Она увеличила скорость и повернула в другую сторону. Он быстро догнал ее.
— Луи уехал. Эстелла вчера вечером повела его на прогулку по пастбищу. Он наступил в свежую коровью лепешку. Затем на озере он познакомился с чигу. И, кажется, страдал от укусов всю ночь. По-моему, моя мать и дочь забыли его предупредить, что опасно гулять ночью без жидкости от мошкары, — бубнил Стефан, не сбавляя темпа. — Моя мать вернулась домой утром в прекрасном настроении. Ты не знаешь, в чем дело?
Роза насупилась. Она понятия не имела, как связано хорошее настроение Иветт с улыбкой Маури.
— Не знаю. Но это моя улица, а не твоя, Я здесь бегаю почти каждое утро.
Они бежали бок о бок. Сквозь листья пробивались краски рассвета. Рядом крутил педали продавец газет и болтал со Стефаном о рыбалке.
Наконец парень уехал, и они снова остались одни. Стефан посмотрел на Розу одним из своих проникновенных взглядов. И ее тело запылало.
— У тебя между грудями пот. И они очаровательно колышутся. Я помню их вкус, помню, с какой готовностью твое тело открывалось мне, — взволнованно сказал он. — Я бы хотел поцеловать тебя там, где майка от пота прилипла к коже. Роза, долго ты еще будешь хранить свои секреты?
— Какие секреты?
Роза запаниковала. Стефан явно был слишком близко.
Он схватил ее руку и заставил остановиться. Потом обнял, прижал к себе.
— Когда ты расскажешь мне о них, я пойму, что ты доверяешь мне. Ты моя любовница, а я твой любовник. И ты владеешь моим сердцем. Я не отдаю его легко. Я восхищаюсь тобой, какая ты есть. Красивая, ласковая, волнующая женщина. Если хочешь, можешь звонить в любое время, когда подумаешь обо мне.
— Я в жизни не сделаю этого, Стефан. О таких вещах я никогда не разговаривала с мужчиной.
— И я никогда не разговаривал с женщиной о таких вещах. Но разве сейчас не время, чтобы начать?
С этими словами он притянул ее к себе и поцеловал.
Потом Стефан легко поднял ее. Руки Розы обвили его шею.
— Я могла бы заставить тебя заняться со мной любовью за две секунды, — прошептала она, когда вновь обрела голос, и откинула назад его влажные волосы. — Если бы захотела.
— Ты хочешь соблазнить меня. Я вижу это по очаровательным небесно-голубым глазам.
— Это невозможно, — отрывисто выдохнула Роза, потому что его восставшая плоть уже терлась о ее бедра.
Стефан поставил ее на землю. Потом натянуто улыбнулся, повернулся и побежал к своему дому.
В то время как Роза напряженно смотрела ему вслед, на горизонте появилась миссис Уилкинс.
— Тебе придется быстро бегать, Роза. Он сильный. И он непременно захочет на тебе жениться. Только не тяни его к алтарю и не заставляй ходить по струнке. Толченая кукуруза не для него. Поэтому ему надо время.
С начала августа Розе стало трудно сосредоточиться на работе. Дела шли ни шатко, ни валко. Хотя она и ждала обычного оживления ближе к осени. Когда Эстелла уедет в колледж, а Донатьены сложат вещи и покинут Уотервилл. Маури с каждым днем выглядел все лучше и лучше. Он теперь часто без цели ходил вокруг дома и постоянно порывался что-нибудь починить. Обычно он приходил в лавку перед закрытием и выглядел очень бодро. Роза только надеялась, что ничего не изменится, когда Донатьены уедут.
 
— Не беспокойся обо мне, — часто повторял он, видя ее озабоченность. — У меня есть план.
Когда он помогал в лавке, Роза могла больше времени уделять утренней пробежке. Стефан встречал ее. С ним было так хорошо бежать, забывая обо всем на свете, когда солнце только встает. Она стала привыкать к этим утренним пробежкам.
К вечерним звонкам Стефана Роза Грейнджер привыкнуть не могла. Он говорил по-французски что-то нежное, и она дрожала, мечтая о нем. Их свидания были слишком утонченными, чтобы походить на настоящие. Стефан, казалось, отступил. Именно так, как и ожидала Роза. Как другие мужчины. Когда они встречались, он вел себя скорее как приятель, а не как мужчина, который звонит каждую ночь и превращает ее в желе.
Когда они бегали по утрам, Стефан смотрел на нее с теплотой и нежностью, а ей хотелось обжигающего, чувственного взгляда. Так у нее появился еще один друг, в то время как она хотела любовника.
Весь город сплетничал о Мегги Уайт. Она ходила невероятно довольная, как бывало всегда, когда она добивалась того, чего хотела.
Роза посмотрела в окно лавки и увидела пикап Стефана у кафе Денни. Она уже давно мысленно представляла, как Стефан крутится в опытных руках Мегги, известной укротительницы мужчин, Целых пятнадцать минут Роза ходила взад-вперед по лавке, пытаясь сосредоточиться на работе. Наконец она решила, что с нее хватит. Она заперла дверь и пошла в кафе. Если Стефан развлекается с Мегги, она должна знать.
Роза вошла и увидела на кухне спину Стефана. Денни взгромоздился на табуретку у бара. Он обсуждал летнюю жару и плохой бизнес с местными пьянчужками. Роза кивнула Денни и прошла в кухню. Поверх белой футболки и джинсов на Стефане был поварской фартук. Замечательно. У Денни перерыв, а Стефан готовит.
Он не выглядел безжалостным бизнесменом из Чикаго, но он и не походил на любовника, который предал ее с Мегги Уайт.
Стефан улыбнулся ей и вернулся к ростбифу, который резал ломтиками, чтобы поставить в духовку.
— Мясо по-арлезиански, — объяснил он, добавляя в блюдо выжатые грунтовые помидоры, грибы и оливы.
Роза собралась с духом. Она хотела задать ему очень важный вопрос, поэтому надо, чтобы он был целиком сосредоточен на ней.
Стефан умело раздавил тупой стороной ножа дольки чеснока и бросил их в смесь. Затем добавил свежепорезанный базилик и лавровый лист.
— Теперь я могу говорить, — сказал он, моя руки над большой кухонной раковиной. — Денни попросил сделать на сегодняшний вечер что-нибудь необычное. Он не в настроении готовить.
Стефан внимательно посмотрел на нее.
— Ты возбуждена. Позволь, я дам тебе стакан воды со льдом.
Пока он ходил за водой, Роза думала, как спросить его о Мегги. Главное — сохранить спокойствие, если ее подозрения оправдаются.
Стефан протянул ей большой стакан воды. И она тут же выплеснула ее на него. Стефан не спеша вытер лицо.
— Могу я спросить, в чем дело?
— Мегги. Ты видишься с ней.
Она никогда не была ревнивицей. А теперь ничего не могла с собой поделать.
Стефан нахмурился, потом взял тряпку и вытер пол.
— И тебе это не нравится? — спросил он.
— Нельзя ежедневно звонить мне и говорить то, что ты говоришь. Нельзя каждое утро бегать со мной… И потом делать это с Мегги.
— Ты хочешь меня? Для себя? Почему? — настороженно спрашивал он, не отрывая от нее взгляда.
Капля воды попала на гриль. Раздалось шипение.
— У меня нет проблем. — Роза скрестила руки на груди. — Нет, я не хочу тебя. Совсем не хочу. И перестань мучить меня вопросами.
Стефан улыбнулся. Схватил ее в охапку и сделал несколько шагов по направлению к кладовке. Потом дернул за шнур, и лампочка осветила Розу. Ей не хотелось, чтобы Стефан видел, как она сердита и обижена. Однако она не двинулась с места.