30 дней моей мести (СИ)

― Были.
― Насколько серьёзные?
― Возможно, я был бы давно женат. Но беда миновала.
― Ого. И почему не срослось?
― Это так важно?
― Ну… я хочу понять, что ты собой представляешь. Всегда ли ты такой… ― неоднозначное движение растопыренными пальцами. ― Циник. Или умеешь быть нормальным.
― А ты как думаешь?
― Не знаю. Потому и спросила. Я помню тебя лишь по школе, а там, увы, тебе точно гордиться нечем.
Губы Кометова снова дрогнули. Однако на этот раз он не промолчал.
― Не срослось, потому что мы расстались. Обоюдно, мирно, но сплетен избежать не удалось. Странно, что ты не в курсе. Это долго мусолили в сетях.
― Я пропустила. Как давно?
― Лет пять назад.
― Тогда ясно. Я была слишком занята универом. Да я никогда и не следила за твоей жизнью. Мой максимум ― включённый музыкальный канал, пока готовится обед. Что ж такого сенсационного может быть в разрыве отношений? Измена?
― Нет.
―???
Кирилл долго молчал. Было видно, что отвечать на неловкий вопрос ему не хотелось. Однако ведь придётся. Либо он сам расскажет, либо она залезет в интернет и начитается жёлтой прессы.
― Лика, она… бросила меня ради другого человека.
― Да ладно? ― удивилась Матвеева. ― Тебя? Такое-то золотко? Ради кого? Старичка-миллиардера с недвижимостью на Бали?
― Да если бы…
― Если бы? Только не говори, что восходящую звезду променяли на гопоту с соседнего подъезда?
― Нет… ― забытая между пальцев сигарета дотлела до фильтра, норовя опалить кожу. ― На девушку.
― Что-что?
― Что слышала.
― Твоя невеста переметнулась… в лесбиянки? ― Ульяна даже рот зажала обеими руками, чтобы сдержать рвущийся наружу смех. ― Слушай, я просто не могу не процитировать старый прикол: насколько ж ты был паршивым парнем, что она отказалась не только от тебя, но и от всех мужчин?
Спорткар нервно дёрнулся, чувствуя настроение хозяина.
― Очень смешно, ― стиснув зубы, процедил Кометов. Желвак на его виске заходил ходуном. Несмотря на то, что с Ликой они расстались хорошими друзьями, папарацци не могли обойти такую новость стороной. Именно с того момента, собственно, за ним и закрепилась репутация вспыльчивого скандалиста. Ну а знающие своё дело пиарщики в совокупности с громкими романами со временем очистили подмоченную артисту репутацию и вернули ему статус завидного холостяка, однако неприятный осадок, разумеется, остался.
― Нет, ну правда, ― Матвеева подтёрла выступившие в уголках глаз слёзы. ― Такое радикальное решение не принимается же за один день. Видимо, были предпосылки. Может, ты её бил? Домашнее насилие и обида на весь мужской род отличная мотивация для того, чтобы переметнуться.
― Вот кого бы я бил, так тебя.
― Нет? А что? Носки вонючие по квартире разбрасывал? Мылся раз в месяц? Сопли по простыне размазывал?
На неё изумленно уставились, забыв про то, что надо следить за дорогой.
― Ты с кем раньше встречалась?
― Что, тоже нет? Может, тогда ты скорострел? Две минуты и байки?
― Не перекидывай на меня свои любовные неудачи.
― А что? Секс самый распространённый вариант распада отношений. Это не я, это статистика сказала. Так что, оно? Проблемы с дружком? А, нет! Знаю! Ты извращенец: плётки, кляпы?
― Кто-то сейчас договорится.
― Не, ну всё же сходится. Латекс тебе нравится, связывания тоже. Налицо явный БДСМщик. Пересмотрел "50 оттенков серого"?
― Следи за языком.
― А что с языком? С ним вроде всё в порядке, он на месте. Лучше давай колись, ты у нас кто: актив или пассив? Хотя, видимо, пассив, если вспомнить тот раз в отеле…
Феррари резко тормознул, застыв посреди дороги. Справа Кремлёвские стены, слева Москва-река. Неспящая столица переливалась в огнях. Красиво. И пусто. Даже прохожих нет.
― Эй, ― возмутилась Ульяна, которую при торможении дёрнуло вперед. От сломанного носа спас, кто бы мог подумать, ремень безопасности. ― Если решил меня утопить, предупреждаю, я буду цепляться за жизнь до последнего, ― Кирилл молча смерил её взглядом сурового родителя, у которого дитя, несмотря на запреты, всё равно совало мокрые пальцы в розетку. Спарткар, зарычав, решительно вывернул на противоположную полосу, меняя курс и окутывая улицу дымом из выхлопной трубы. Ой. Сейчас её как выкинут на Красной площади и чё делать? Пришлось задействовать козырь: невинные глазки и улыбку отличницы. ― Эм… переговоры?
 
― Всё будет. И переговоры тоже, ― сухо пообещал водитель. ― И хорош скалиться. Я боковым зрением вижу твои зубы мудрости. Смотрится жутко. Будто голову собираешься мне откусить.
― Здрасти-мордасти, я ж не самка богомола, ― пассажирка с плохим предчувствием глянула себе через плечо. ― Куда направляемся, Сусанин?
― Едем на практике выяснять, кто тут актив, а кто пассив.
О-оу. Кто-то по ходу долялякался.
  
Глава 8. Пентхаус
 
― Я буду кричать.
― Кричи.
― И царапаться.
― Попробуй.
― И кусаться.
― Тогда я вынужден буду применить оборонительные меры. И они тебе не понравятся.
― Отвези меня домой.
― Нет. Тебе пора учиться отвечать за свои слова.
― Маньяк припадочный, а-а-а… ― визг оповестил о том, что Ульяну, как мешок картошки выволокли из машины и перебросили через плечо. ― Люди добрые! Спасите! Насилуют! ― завопила она, истошно дрыгая ногами.
Кирилл сочувствующе оглядел пустую подземную парковку, на которой и машин-то стояло не так много, зато все как на подбор: Порше, Ягуар, даже одна электро Тесла затесалась. Экземпляр скорее для понтов, нежели для нормальной полноценной езды на российских дорогах.
Здешним частным паркингом могли пользоваться только жильцы местного элитного жилья, а таких тут было не так много. Это вам не сталинский муравейник, где на каждом этаже понатыкано по шесть квартир.
― До кого ты пытаешься докричаться? Тут никого нет.
― Есть камеры!
― Вряд ли они пишут звук. Но ты поори ещё, охране понравится. Работа скучная, развлечений почти нет, хоть ты им настроение поднимешь. И хорош уже дёргаться, давно башкой об асфальт не билась?
Лучше бы молчал. Назло ему лишь ещё сильнее заёрзали на плече, от чего Кометов, не удержавшись от соблазна, куснул её за голый бок. Слишком заманчиво он мельтешил перед носом. Матвеева изумлённо ойкнула и присмирела.
Откровенно говоря, бурчала она, чтобы не терять лицо. На самом деле ей было даже любопытно, что из всего этого безобразия выльется в дальнейшем. Так что в лифте вела себя она уже предельно смирно. Только раз всё же завертелась от щекотки, когда Кирилл ковырнул крупную сетку колготок аккурат у кромки коротких шорт, видимо пытаясь отскоблить выглядывающую ногтём татуировку на бедре.
Обитые мягкой тканью (ну и ну, вот это удобства) двери лифта распахнулись на пятом этаже фешенебельного холла напротив единственной двери. Только зайдя внутрь двухуровневого пентхауса и заперев все замки, он мягко поставил ношу на плиточный белый пол с мраморными вкрапинками. Белый пол в прихожей! Задолбаешься же отмывать.
― Ванная прямо по коридору и налево, ― прихваченный из спорткара многострадальный кардиган был подвешен на крючок подвесной вешалки, присоединившись к одиноко обитающей там кожаной куртке. ― Руки помой, и сама умойся. А то как индеец разукрашенный ходишь.
Как мило.
― Пакет есть? ― съязвила Матвеева. ― Давай на голову надену.
Тяжёлый вздох оповестил, что её услышали, но настолько устали реагировать на вечные колкости, что взяли речевую паузу. Кометов, сбросив ботинки, уже скрылся за поворотом, где начиналась огромная, ну просто огромнейшая кухня-гостиная-столовая. Помещение без перегородок по метражу было больше, чем вся квартира Селезнёвой. А тут имелся ещё и второй этаж. М-да… Живут же некоторые.
 
Просторную ванную с окном, размером с её спальню, Ульяна нашла без проблем. Ох. Хромированный кран блестит от чистоты, нигде ни пятнышка. Белоснежное полотенце пахнет кондиционером. Корзина для белья пуста. Всё такое светлое, идеально новое, дорогое и… пустое. Логово одиночки.