30 дней моей мести (СИ)
Ульяна: «Моя сумка осталась в машине»
Меньше, чем через минуту экран телефона снова призывно моргнул.
Кирилл: «Да. Заложник здесь. Ведёт себя на удивление тихо. Сфотографировать с сегодняшней газетой, чтобы ты поверила, что она цела, невредима и не порезана?»
Ульяна: «Ха-ха. Смешно. Там конспекты. Они нужны мне на понедельник»
Кирилл: «Да не вопрос. Я мог бы, конечно, сейчас придумать что-нибудь в твоём духе, например, начать шантажировать, но не буду. Раз надо, забирай»
Точно бухой. Больно добрый.
Ульяна: «Куда подъехать?»
Кирилл: «Давай завезу. Могу прямо сейчас»
Ульяна: «Нет. Сейчас я занята»
Кирилл: «Чем?»
Ульяна: «Не твоё дело»
Кирилл: «Жаль. А то составил бы тебе компанию. Ладно. Завтра всё равно буду в твоих краях. Где-то часам к десяти утра пойдет?»
Ульяна: «Пойдет»
Минута, две, три. Телефон в очередной раз моргнул. Кое-кто крайне настойчив.
Кирилл: «И это всё? Хоть спокойной ночи пожелала бы»
Ульяна принципиально не ответила. Как и на последующее сообщение, с лаконичным «Ну ты чё, уснула что ли?». Не дождавшись взаимных любезностей Кометов отстал, обозвал её на прощание «хмурой букой». Странный какой-то… С какого боку ему поговорить приспичило?
Заморачиваться по этому поводу она не стала. Куда важнее, что её вещи, к счастью, к ней вернутся. Завтра хоть можно сесть за исправления, а то в понедельник опять выходить в ночную смену, правда в укороченную. В будние дни там попроще с наплывом посетителей, да и начальство шло на уступки. У него большая часть сотрудниц была такие вот студентки с плавающим графиком.
Матвеева рано радовалась. В обещанные десять часов никто в дверь к ним не ломился и странные посылки на коврике не оставлял. Только где-то минут через сорок занятая медийная личность сподобилась написать, что задерживается, а насколько ― непонятно. Спасибо хоть предупредил, но ждать у моря-погоды уже не собирались. Она не Ассоль, а он не грёбанный Грей. У людей вообще-то и своя жизнь есть.
Кирилл бросил быстрый взгляд на адрес, который ему скинули в смс-ке, сверяя с навигатором. Улица и дом те. Высокое двухэтажное здание с множеством рекламных вывесок. Ульяна написала, чтобы он поднялся наверх и отдал сумку администратору на рецепшене и с того момента на звонки больше не отвечала.
Бросив Феррари у входа, Кометов послушно поднялся по лестнице, оказываясь в большой спортивной студии, занимающей весь второй этаж и разбитой на направления: фитнес-зал, пилатес, секция бокса, что-то ещё. А вот и приветливая девушка на входе. Узнала его, так как чуть не рухнула от восторга со своего крутящегося кресла.
― З-здравствуйте, ― засуетилась она, подскакивая на месте, попутно поправляя залаченные локоны и строгую юбку. ― Чем могу помочь?
― Привет, красавица, ― Кирилл облокотился на стойку, слепя обезоруживающей улыбкой, благодаря которой ему ещё ни разу не отказывали. ― Помоги найти Матвееву Ульяну. Она где-то тут сейчас.
― Я не уверена, что могу разглашать эту информацию…
― Даже мне? Брось, ― беглый взгляд на именной бейджик. ― Катерина. Я же не банковские реквизиты её прошу. Наоборот, как раз их и собираюсь вернуть. Она тут недавно у меня забыла…
Уламывать администратора пришлось недолго. Проси об этом кто-то другой, может, ничего бы и не получилось, но сейчас просил Кирилл, а он умел подобрать нужные слова. Так что через пару минут Кометов уже тихонько приоткрывал дверь одного из многочисленных залов. Негромкая музыка вырвалась в общий коридор. Белоснежные стены с мягкой подсветкой, зеркала вдоль стены, шесты по всему залу ― студия для занятий танцев. Сейчас он был пуст. Почти.
Ульяна крутилась на пилоне, удерживаясь в подвешенном состоянии одними руками… рукой… и даже просто сгибом локтя. Она так изящно и плавно двигалась в такт музыке, создавая акробатическими по своей составляющей трюками настоящий танец. Короткий спортивный топ и шорты из-под которых выглядывало знакомое тату выставляли напоказ женственные формы, обладающие удивительной пластичностью. В совокупности с грациозными движениями зрелище выходило впечатляющим… И даже больше.
Пол дэнсом Матвеева занималась больше трёх лет. Выбор именно на это направление пал чисто случайно. В то время она испробовала много секций: от пилатеса, бассейна и скалодрома до обычного спортзала, но всё так или иначе не заходило по душе и бросалось, самое большое, через пару месяцев.
Мимо зала Тамары, её нынешнего тренера, Матвеева тогда тоже едва не прошла мимо, но тормознула, залюбовавшись тем, как красиво и легко девушки кружились на пилонах. Это было так волшебно, так впечатляюще, что зависнув, она с восторгом стояла и наблюдала за происходящим. Тамара заметила её и предложила попробовать. Одно занятие, второе, третье и понеслось… А теперь они настолько с ней подружились, что тренер разрешала ей заниматься одной в свободное время, когда зал был пуст.
Групповые занятия Ульяна не очень любила, предпочитая уединение. Танцы на пилоне стали её отдушиной и её страстью. Это ведь и эстетика, и прокачка гибкости с выносливостью, и спортивная нагрузка, да ещё какая! а она была ей необходима для поддержания фигуры. Но самое главное ― пол дэнс стал для неё незаменимым антистрессом.
Чтобы не происходило в жизни и какое бы у неё не было настроение здесь всё оставалось по ту сторону стен. На пару часов наступало блаженное забытье. Выделывая в воздухе тот или иной элемент, а их разнообразиям оставалось удивляться, она словно погружалась в другой мир. Внутренний мир, где господствовали только эмоции. В такие моменты была лишь музыка, что ловила её настроение, она и потаённые желания.
Вот и сейчас благодаря многолетней практике руки скользили по пилону, а тело, подчиняясь приказам хозяйки, послушно принимало нужные позы, умело переключаясь с одного трюка на другой. В такие моменты Ульяна ничего и никого вокруг не видела, так что то, что за ней наблюдают обнаружила лишь через несколько минут, при очередной смене поз случайно бросив беглый взгляд на зеркальную стену.
О том, чтобы продолжать, разумеется, речи уже не шло. Её приватность самым подлым образом была нарушена. Прокружившись и мягко соскользнув вниз, Матвеева без особого восторга выключила музыку на плеере, подсоединённую к колонкам и направилась к Кириллу, который к тому моменту с ногами примостился на одном из многочисленных широких подоконников. Рядом с ним уютно пристроилась знакомая тёмно-бежевая сумка.
Кометов громко зааплодировал, от чего по пустому залу разнеслось затянувшееся эхо.
― Я впечатлён. Правда. Это зрелище теперь никогда не сотрётся из моей памяти.
― Не льсти себе. С памятью как раз у тебя и проблемы, ― сумку тщательно изучили на содержимое. Вроде всё на месте и так же, как и лежало. ― Что, даже не рылся?
― Удивление в голосе меня обижает. Мне же не десять лет, чтобы хихикать от прокладок в секретном кармашке, ― оскорбились в ответ. ― Но ксерокопию паспорта я сделал на всякий случай, да.
― Даже не хочу знать, зачем.
― Чтоб ты от меня никуда не делалась.
― Прекрасно, ― длинная лямка была закинула на плечо, а на Кирилла испытывающее уставились, сложив губы трубочкой и выжидающе скрестив руки на груди.
― Что такое? ― не понял собеседник. ― Любуешься?
― Жду.
― Чего?
― Когда ты свалишь.
― А надо?
Ульяна нетерпеливо тряхнула головой.
― Нахрена ты припёрся? Я же просила оставить всё на рецепшене.
― И пропустить такое? Может станцуешь ещё немного? Для меня.
― Обязательно станцую. Канкан, на твоих похоронах. Без нижнего белья.
― Какая жестокость! Я же даже этого не увижу. Женщина, где твоя человечность?