Дьяволица (СИ)

— Надежда, у тебя заказов гора, ты где ходишь? — позвала Надю администратор.
Расставаться с дочерью, такой нежной и уютной, Наде не хотелось, но потерять и эту работу она не могла себе позволить.
— Мне пора, — снова чуть не плача, сказала Надя.
— Постой, — Лиза достала из кармана чистый бумажный платочек и вытерла матери растёкшийся макияж со щёк. — Так-то лучше.
И они попрощались.
Когда Лиза вернулась к столику, тот был уже пуст.
— Мы уходим, Лиза, — окликнул её у входа Альгис.
Нет, Лиза не расстроилась, что праздник не состоялся. Наверное, весь поход в кафе был нужен только для того, чтобы она могла помочь маме. Теперь у мамы больше не будет болеть колено. И гастрит тоже перестанет беспокоить. И даже хронический насморк.
Всё-таки как хорошо, что они встретились.
В машине Альгис спросил у Лизы:
— Сильно выложилась?
— Ты заметил, да? — вопросом на вопрос ответила она.
— Это в твоём характере.
— Да нет, всё нормально, — мотнула головой Лиза. — Хоть что-то для неё сделала.
— Меня радует, что ты сохранила человечность, — сказал наставник, и его взгляд скользнул на зеркало заднего вида.
Сзади сидели надутые и отвернувшиеся друг от друга Юки с Марго. Последней как раз катастрофически не хватало такого важного качества, как человечность.
***
После несостоявшегося праздника для Марго всё сложилось не очень-то благополучно.
Если раньше хамское поведение сходило ей с рук, то теперь, после серьёзного разговора с Альгисом, я решила, что пора вводить жёсткую систему наказаний и дрессуры.
В кафе, пока Лиза разговаривала с матерью, Марго влепила Юки пощёчину, да с такой силой, что сломала своему будущему жениху челюсть и шею. Тот быстро восстановился, но инцидент произошёл на глазах посетителей кафе, а это недопустимо.
Следующий месяц Марго провела в изоляторе. Не скудном пайке, лишённая общения и удовольствий.
Увы, другие, более мягкие методы с ней неэффективны. Чтобы вылепить из Марго полноценного члена Службы Смерти, приходится забывать о гуманности. Иначе мы все умрём.
Глава 24
В бессмертии время летит ещё быстрее, словно ты узкое горлышко в бесконечных песочных часах. Казалось бы, вклад Службы Смерти в жизнь мира незначителен, но малейший затык — и наступит конец времён.
Я отточила навык принимать сигналы из информационного поля до совершенства и теперь стою на пороге судьбоносного шага. На кону буквально всё. Вариантов, что всё пойдёт не так, — море. Но если Служба Смерти сделает этот шаг, всё изменится. Кардинально.
К прорыву я готовилась несколько месяцев. Запомнила наизусть все детали. Проработала опасности. Обучила членов своего клана, как действовать.
Накануне решающей операции ко мне зашёл Альгис. Озадаченный. Причина его неспокойных мыслей крылась вовсе не в страхе умереть, не в волнении перед мировым переворотом, а…
— Я знаю, о чём ты думаешь, — улыбнулась я. — И мой ответ: «да».
— Ты с самого начала знала? — спросил он.
— Почти. С того дня, как Лиза вошла в состав нашего клана.
— Это такая попытка заставить меня хотеть жить дальше? — казалось, он обвиняет меня, но нет. На самом деле Альгис впервые за долгое время утратил душевное равновесие.
— Нет, Альгис. Это то, над чем я не властна, — покачала я головой. — Вы созданы друг для друга.
— Думаю, это плохая идея. Лиза слишком чиста для Службы Смерти. И уж тем более для меня.
— Все мы здесь в одной лодке. У тебя есть шанс жить счастливо и любить. Вечность или один день — не могу тебе сказать. Но отчего же не попробовать?
— И она ответит мне взаимностью? — спросил у меня тот, кто прожил без малого девять веков.
— Ты сумеешь достучаться до неё, — уклончиво ответила я.
— Благодарю, моя госпожа, — коротко кивнул Альгис и перевёл тему. — На рассвете выступаем?
— Да. Наш план остаётся без изменений.
— Тогда хорошего тебе отдыха, Диана, — пожелал он.
— И тебе, — кивнула я.
***
Члены международного саммита собрались за большим овальным столом. Участники мероприятия расселись по местам, но, вместо того, чтобы услышать приветственную речь главы государства, созвавшего саммит, стали свидетелями вопиющего нарушения порядка: в зал через парадные двери вошла я.
 
Чтобы мою речь поняли все, пришлось изъясняться на английском.
— Добрый день, господа! Не стоит паники: если бы я хотела убить вас или похитить, сделала бы это уже давно.
— Кто вы? И кто вас сюда пустил? — спросил президент моей родной страны.
— Меня зовут Дьяволица. И с сегодняшнего дня моё имя вы будете чтить сильнее и вернее божьего, — я заметила, как мой пока единственный собеседник потянулся к тревожной кнопке под столом. — Не стоит, Илья Ильич. Система безопасности выключена. И запасная тоже. А так как пытаться убить меня бесполезно, предлагаю включить мозги и выслушать то, что я скажу.
За столом, помимо российского лидера, сидели президенты США, Германии, Франции, Италии, Китая, Южной Кореи, император Японии, а также премьер-министр Великобритании.
Исключительное событие. Эта встреча должна была решить самые важные вопросы межгосударственных отношений.
А в итоге явилась я.
Некоторые из участников саммита уже поняли, кто стоит перед ними, и, к моему удовольствию, в их глазах читался, скорее, интерес, чем страх.
— Все вы понимаете, что наша планета умирает. На вашу жизнь и, возможно, жизнь ваших детей хватит, но потом — перенаселение, загрязнение и конец! Вижу, половина из вас уже догадалась, кто перед вами. Некоторые даже озаботились особо секретным приказом уничтожить меня и мою пару.
— Чего вы хотите? — как негласный лидер и принимающая сторона спросил Илья Ильич.
— Всего лишь сохранить баланс жизни и смерти на Земле. Это и в ваших интересах тоже. Если конкретно, мне нужны самые широкие возможности для моей команды: легальные документы на всех, разрешение убивать любого, чьё существование ведёт планету к гибели.
Главы государств возмущённо загудели.
— То есть на месте жертвы может оказаться любой из нас? — спросил китайский лидер.
— Совершенно верно. Нам всё равно, кто жертва: маньяк или президент.
— Тогда какой нам смысл принимать такие условия?
— Потому что иначе все вы станете жертвами и умрёте, — ответила я. — Сегодня же. После гибели президентов А****, И****, К****, думаю, у вас не останется сомнений в моих возможностях.
— Вы отдаёте себе отчёт, что сейчас прокладываете себе дорогу в ад? — осведомился всё тот же острый на язык Илья Ильич.
— Я там уже бывала. Не без вашей, кстати, и мистера Дампа помощи.
— В этот раз вы оттуда уже не вернётесь, — открыто начали угрожать мне.
Я усмехнулась. Весь наш диалог и возможные его последствия я изучила заранее.
— Вы не до конца меня поняли: если даже вы совершите невозможное и убьёте меня, то умрёте сами. Впрочем, можете попробовать прямо сейчас. Насколько знаю, в прошлом вы, Илья Ильич, были прекрасным стрелком, — я протянула ему пистолет с глушителем, и президент без колебаний взял его, вытащил магазин, проверил наличие патронов, затем вставил магазин обратно и взвёл курок.
Первая пуля прошила столешницу. Вторая должна была попасть мне в грудь. Все остальные патроны друг за другом полетели в меня, но — увы и ах! — я увернулась.
По лицам глав государств можно было понять, что они едва ли не молились, чтобы российский президент убил меня. Поэтому, когда патроны кончились, на меня уставились девять пар глаз.
— Это какой-то фокус? — Илья Ильич переводил взгляд с меня на пистолет и обратно.
— Мы с вами, что, в цирке, чтобы баловаться дешёвыми трюками? — усмехнулась я. — Довольно болтовни! Господа, в ваших силах сохранить жизни себе и своим близким. Пока ещё в ваших силах. Каждый из вас сейчас даст мне клятву верно служить мне и высшей цели.
— А если нет? — спросил мистер Дамп, президент США. — Вы нас убьёте?